Через шторм - Александр Георгиевич Шавкунов

Палуба предательски лягает в пятки, норовит уйти из-под ног. Улучив момент, срубил верхушку шлема… вулканическое стекло полоснуло по плечу. Ролан зарычал, принял новый удар гардой, отвёл и долбанул локтем. Личину вмяло, как мокрую бумагу. Демон отшатнулся, но на его месте выросло ещё трое с окровавленными клинками.

Мимо Ролана с рёвом пронёсся орк, подхватил одного и исчез за бортом. Двое переглянулись, один шагнул и замер, выгнувшись, как натягиваемый лук. Нагрудник треснул по центру и показалось красное острие. Высунулось на длину ладони. Последнего Ролан смял двумя мощными ударами. Первым выбив меч, а вторым проломив шлем.

Сайрус мелькнул мимо, почти стелясь по палубе, набросился на очередного демона. Тот сцепился с матросом и не успел среагировать. Катана рассекла сгиб колен, моряку осталось только вогнать тесак в беззащитную шею.

Волна ударила в грудь, корабль задумчиво наклонился, сбрасывая острый нос Нагльфара. Очередная волна разделила их, ударила в борт… Воля Империи опасно накренилась. Рулевой отчаянно завизжал, как заяц в клыках лисы. Навалился на штурвал, ему на помощь бросился дворф и орк. Вцепились в деревянные рукояти, перебарывая механизм.

Судно начало разворачиваться, жалобно затрещала центральная мачта. Парус на ней раздут пузырём. Ролан задрал голову, гадая, что не выдержит первым: дерево или ткань? Мелькнула тонкая фигура, Великая Тень спрыгнула из вороньего гнезда. В полёте извернулась и вонзила кинжал в парус. Под отчаянный треск ткань и облегчённый стон дерева понеслась вниз.

Рухнула на плечи демона, отчего ноги того согнулись в обратную сторону. А тело сложилось вдвое. Женщина перекатилась меж ног другого, змей взметнулась с досок и дымчатый кинжал ударил в подмышку.

Ролан сцепился с особо крупным демоном, орудующим огромной палицей. Трижды увернулся и, поймав на замахе, ударил по пальцам. Оружие вырвало из укоротившейся ладони, выкинуло навстречу волнам. Демон озадаченно поднёс ладонь к лицу, поглядел на человека. Последнее, что он увидел, это отражение молнии на лезвии.

***

Бой оборвался, когда Ролана окатило очередной волной, едва не вышвырнув за борт. Он осознал, что последнюю минуту рубил мертвеца. Пошатываясь, отступил и растерянно огляделся. Палуба забрызгана чёрной и красной кровью, которую смывают волны. Команда выбрасывает за борт тела, своих и врагов. Капитан обнимает, целую в обе щёки, рулевого и помогавших орка с дворфом.

— Правда, весело?

Звенящий радостью голос хлестнул по нервам. Ролан развернулся и воззрился на Сайруса. Брат заляпан чёрной кровью с головы до пят. Обычно свободная одежда облепила тело, а волосы собрались в толстые иглы. Лицо в потёках, на лбу и подбородке красуются ссадины, а бок одеяния вспорот. Парень придерживает ладонью, но меж пальцев толчками выплёскивает красное.

— Ты ранен!

— Ты тоже. — Сказал Сайрус, указывая на плечо.

— Пустяки…

— У меня тоже. — Перебил брат, натянуто улыбаясь.

Палуба качнулась, легонько, но Сайрус побледнел и рухнул на колени. Катана загремела по доскам, он потянулся за ней и растянулся лицом вниз. Великая Тень подхватила за плечи, перевернула, прежде чем Ролан успел протянуть руку.

— Подбери его меч! — Крикнула женщина, тоном, который слишком сильно напомнил тон матери.

Ролан подчинился прежде, чем осознал слова. Подцепил катану и посмотрел вслед Тени, уносящей брата под палубу. Остальные ассасины исчезли, так же внезапно, как и появились. Растворились в тенях или в пучине, вместе с мертвецами.

***

Лицо Сайруса бледно, как разбавленное молоко, на лбу блестят бусины пота. Дыхание учащенно и прерывисто. Глаза под веками дёргаются из стороны в сторону не переставая. Медики срезали с него одежду, открыв сухой торс с рубленой раной на левом боку и десятком мелких по всему телу.

Ролану стало дурно от одного вида. Он не раз наносил схожие, но именно эта вызвала оторопь. Может потому что она у брата, а не на враге. Парень коснулся плеча, поморщился от укола боли. Края раны успели сойтись и набухнуть, к вечеру покроются коростой, а утром будет новый шрам. Он привык, что на нём всё заживает лучше, чем на любой собаке. Настолько, что ожидал подобного и от брата… забыв, что Сайрус самый обычный человек. По крайней мере, с точки зрения тела.

Великая Тень влила в рот Сайрусу стакан густого алкоголя. Убедилась, что проглотил, и долила ещё половину. Приподняла голову за затылок.

Медики торопливо положили на стол свёрток из тонкой кожи. Развернули. В тусклом свете заблестели инструменты, которые Ролану напомнили скорее пыточные. Тонкие ножи, крючки и щипцы всех размеров, маленькие пилы и свёрла.

— Пошли отсюда. — Сказала Айла, беря за локоть. — Мы будем только мешать.

— Но…

— Никаких «но».

Опять этот тон и опять Ролан подчинился быстрее, чем сообразил. Лишь бы Лу не прознала про эту особенность.

— С ним всё будет в порядке?

— Не знаю. Но, варианта всегда только два. — Ответила тень, ведя под широкой лестнице. — Жизнь или смерть.

Глава 16

Воля Империи покачивается на волнах в блеске полуденного солнца. Попутный ветер гонит прочь от проклятого острова. Ролан облокотился о фальшборт, по-прежнему не занятый никакой работой, кроме бытия самим собой. Ветер обдувает левую сторону лица, взгляд скользит по ряби волн. Мимо снуют матросы, кипит рутинная жизнь большого корабля.

Трое юнг драят палубу, ещё двое перебирают канаты. С камбуза тянет овощной похлёбкой для эльфов и шурпой для орков и дворфов. Ну и для людей, как для себя решил Ролан. Надо бы и Сайрусу занести миску, но медик наотрез запретил. Кормит братца лишь постным бульоном и тёплой водой.

Нагльфар преследовал экспедицию три дня, но постепенно затерялся на стыке неба и земли. Ролан сгорбился, представив, что случится, если нападут на другой корабль. Остаётся надеяться, что охота Луиджины на богов отвадит Дикую Охоту. Если она пришла за прокормом… внутренний голос подсказывает, что цели у демонов другие. Неизвестность тревожит сильнее, чем возможность новой схватки с отродьями междумирья. Ролан опустил взгляд на воду у борта. Приподнял бровь, моргнул и для верности протёр глаза.

Поверхность моря течёт крохотными потоками в сторону движения корабля. Это похоже на сонм прозрачных змеек, что бьются о доски в истерике. Ролан проследил взглядом, охнул и побежал на нос.

Горизонт взбухает и вздымается, властно поднимая небо по всей длине. Облака тянутся туда, изгибаясь дугой и вытягиваясь. Ролан непроизвольно выпрямился, провёл ладонью по лицу.

— Что же это такое?

— Извечный Шторм!

Великая Тень, по обыкновению, появилась из ниоткуда. Встала рядом и обвела горизонт жестом щедрого хозяина.

— Прошу любить и жаловать, самая странная часть нашего мира.

— Какой… огромный. — Пробормотал Ролан.

— Огромный? Ха! Посмотрим, как ты запоёшь, когда мы к