Каблучок на удачу - Ирина Ивановна Пиняева

ситуации я поняла и деревянной лопаткой указала место за столом. Немного подумав, принесла ему фужер с вином.

– О! Спасибо, – он удовлетворенно сделал глоток.

– Сервис! – с видом заправского официанта выдала я и отсалютовала фужером.

Я так засмотрелась на диво-дивное – мужчина на моей кухне – что чуть не спалила уже начинающие поджариваться овощи.

Савельев сидел, грея вино в руках, и осматривал убранство кухни. Квартирка у меня небольшая – двухкомнатная. Отделку я делала сама, придерживаясь классического стиля. Кремовый, кофейный, белый и совсем немного синего и бордового – вот и вся палитра. Кухня восемь квадратов, на которой уместился небольшой удобный гарнитур, набитый под завязку всевозможной современной техникой, стол и два стула: немного, знаю, а мне, одинокой девушке, больше и не надо.

– Вам не нравится? – озадаченный и растерянный взгляд гостя немного меня расстроил, я невольно сама осмотрела свои владения – вдруг пропустила какую-нибудь неприятность, ну там грязная тарелка с вековой плесенью, сушеный труп мыши, но ничего подозрительного, кроме подвядшего цветка в горшке на подоконнике, не обнаружила.

– Просто для меня первый раз кто-то готовит на кухне.

– А ваша мама?

– У мамы был папа, а у папы были деньги и возможность нанять кухарку. А потом папы не стало, как и денег. Впрочем, мы к тому моменту могли готовить себе сами, – закончив фразу, Костя безразлично пожал плечами.

– Хм… и сколько вам было? – я нацепила рукавицы, последний подарок бабушки, и достала готовое мясо из духовки.

– Четырнадцать, – его безразличный тон говорил, что для него это было нормально, но мое сердце защемило от жалости. Я представила четырнадцатилетнего мальчика, готовящего что- то себе, младшему брату и ни на что негодной матери. В этом возрасте подросткам свойственно считать себя взрослыми и самостоятельными, но, по сути, это все еще дети, которым нужна поддержка и забота. Самое главное, Константин не сломался, не сбежал от ответственности, а добился невероятных высот в бизнесе. Я невольно прониклась уважением к этому мужчине.

– Ну, что ж, будем навёрстывать! – излишне бодро забегала я по кухне, вытирая руки о цветной фартук, который больше напоминал робу мясника и размером и сюжетом – мама постаралась, она у меня человек творческий.

Наконец, я поумерила свой пыл и подвела итоги:

– Тарелки, вилки, ножи, салфетки… должна признать, что тоже отвыкла готовить кому-то, – смущенно улыбнулась я, еще раз вытирая сухие руки о фартук.

– Может, помочь чем?

– Нет. А да! Вино. Назначаю тебя… э… Вас главным по алкоголю! – вот.

– Давай на «ты», – улыбнулся он.

– Давай …ээээ..те. Давайте.

– Так, мне, значит, позволено споить даму? – он удивлённо поднял брови.

– Сомневаюсь, что получится. Дама много не пьёт!

Я споро накрыла на стол. Пышное картофельное пюре с овощами и сочным, хорошо прожаренным бифштексом, красное вино, идеально подходящее к мясу, но главными сокровищами стола были мамины соленья на небольших, глубоких тарелочках: арбузы, грибы, малосольные огурчики и папино копчёное сало. Вот, решила побаловать мужика. А- то балованный он женским вниманием, но не тем, которое действительно надо.

Наелись до отвала и я, и мой гость, и Малышу перепало вкуснятины. Теперь наша троица смотрела на мир сытым, довольным взглядом.

– А мы вино ещё будем? – удивительно, как совместный ужин сближает. Я смотрела на своего Босса Всего совсем другими глазами: он казался мне уставшим, не дополучившим душевного тепла, мужчиной, который многого достиг, благодаря уму и силе характера.

– Я бы не отказался, – и, прищурив глаза, продолжил, – а что, напоить хочешь?

– Конечно, и воспользоваться. Наливай уже.

Опустошив вторую бутылку, мы переместились в гостиную комнату. Здесь обстановка была еще более скромной: низкий диван, кресло в углу, узкий телевизор на стене и узкая же тумбочка, зато на полу настоящий персидский ковёр кремового цвета, на который мы и уселись.

– Даже не знаю. Мы обычно семьёй играем в игры, – припоминая семейные вечера, сказала я.

– Отлично. Мы с семьей вообще не проводим совместные вечера, поэтому проводим вечер по сценарию твоей семьи. Давно не играл. В «Дурака»? Дед научил жульничать?

– Увидишь, – хитро улыбнулась я, и полезла в тумбу за настольными играми и колодой карт.

Время пролетело – мы даже не заметили. В картах я была признана безоговорочным лидером. Спасибо деду. Я даже сама себе спела песню: «We are the champions – my friend!!!»

Зато была разгромлена, раздавлена и полностью разорена в "Монополию".

– Напомни мне, чтобы я с тобой в "Монополию" больше не играла. Это же надо было так унизить мое достоинство! – я шутливо надула губы, после чего мы дружно расхохотались.

– Значит, когда она в «Дурака» меня размазала, она о моем достоинстве не думала. А как я, то сразу достоинство!

– Смирись.

Ну и напоследок решено было посмотреть фильм. Вот здесь наши мнения кардинально разошлись: я хотела боевик, а Костя отчего-то мелодраму. Сошлись на "Бегущем человеке" со Шварценеггером в главной роли, если быть честной, я тоже не особо любила, но утешилась тем, что фильм снят по мотивам Кинга.

Разместиться решили на диване, каждый захватил в свое владение по подлокотнику в противоположных краях – подальше друг от друга.

Последнее, что я помню: Шварценеггер взял девушку в заложницы, и я уснула.

Утро встретила в своей постели, укрытая пледом. Удивительно, но я выспалась. И чувство было такое, как в детстве засыпаешь, и мама сидит тебя ласково гладит по голове. Удовлетворенности, уверенности… с чего бы это?

В доме была тишина и полное отсутствие кого-либо живого. Я сходила в душ и решила приготовить омлет. Малыш спит где-то? Обошла квартиру, так и не найдя… никого и ничего.

В голову пришли слова "Забрал сердце и покой. Малыша и то увёл с собой". Ну, с сердцем я, конечно, погорячилась. Вообще надо его выпроваживать. Пусть только собаку вернёт.

Что бы проверить свои предположения я выглянула в окно. Гуляют, видимо, Малыш проявил жалость к женскому полу и дал хозяйке поспать. Молодец, весь в меня. Так им и надо пришлым мужикам.

Вообще я себе поражаюсь: ну КАК можно было так вчера опуститься, перешагнуть через свои принципы?

Сама ведь столько плакала, столько боли было… неужели на те же грабли наступлю?

И пока я занималась самобичеванием, привела себя в порядок, приготовила пышный омлет с беконом и овощной салат, … и бутерброды с ветчиной и зеленью, накрыла на стол и стала ждать своего нежеланного гостя с моей собакой. Кофе… кофе забыла! Побежала варить.

Вернулись они с прогулки довольные – выгулялись. Я чувствовала себя несколько скованно и косноязычно. Да что же это такое,