Под открытым небом (СИ) - Астафьева Александра

И пока в моей голове все еще витают мысли о парне-музыканте, которого понятия не имею, где теперь искать, я практически лечу к балетному залу, минуя длинный пустой коридор. Услышав доносящиеся чувственные звуки фортепианных клавиш, тихо и неуверенно подхожу к открытой аудитории и застываю на месте от изумления. Если бы кто-нибудь сказал мне, что скоро я увижу его собственной персоной, сидящим за фортепиано в хореографическом зале, где собираюсь провести урок, я бы назвала этого человека лжецом.

Глава 7.1

Кор

Мне не нужно оборачиваться и прекращать игру на фортепиано, чтобы почувствовать присутствие Джии. Зал мигом наполняется ее энергетикой. Затылком я ощущаю ее изумление, восторг и другие волны эмоций, наделяющие уверенностью в своем решении по поводу принятия этой девушки в творческий коллектив. Плюс ко всему, танец Джии вдохновил меня на написание небольшого проигрыша, который она слышит прямо сейчас. Накануне вечером, находясь дома, я поспешил в свою студию, где горящие пальцы еле поспевали за мелодией, которая навязчиво проигрывалась в моей голове. У нее нет названия, нет еще сформировавшегося стиля, но я знаю, что эти звуки могут стать новым шедевром в моей музыкальной копилке. И в этом не только моя заслуга, но и прекрасной девушки по имени Джиа.

Меня разрывает любопытство, что переживает она в настоящий момент. Если Джиа пришла на кастинг не просто так, а ради необходимых побед, значит сейчас ее должна переполнять радость. Не потому, что я вмешался в планы моих достопочтенных коллег, а потому, что хочу ей немного помочь. Подтолкнуть, дать возможность показать себя такой, какой она является, и, если угодно, приоткрыть имеющиеся в ней другие таланты.

Полагаю, не стоит говорить о том, каким образом я оказался здесь. Волшебство все-таки существует. Один настойчивый звонок мистеру Андерсену сделал свое дело. А теперь я сижу и мысленно улыбаюсь, не прекращая свою игру. Пусть дослушает до конца, полюбуется моим пристрастием к музыке.

Отголосок последней сыгранной ноты повисает в воздухе на неопределенное время, отдаваясь звонким эхом по всему залу. В конце концов, я оборачиваюсь. Череда всевозможных эмоций мелькает на ее красивом лице.

– Привет, – звук моего голоса глухо отскакивает от стен огромного пустого зала.

Сложив руки на груди, девушка стоит у входа в класс, рассматривая меня молча с неподдельным интересом. Лишь мимолетная лучезарность сменяется отчетливым блеском холодности в ее потемневших глазах.

Продолжая сидеть за фортепиано, я также не отрываю от нее взгляда и побеждаю, когда она, выдохнув, направляется в другую часть зала, игнорируя мое присутствие.

– И что ты здесь делаешь? – на удивление слышу задиристый тон в голосе, пока она кладет сумку с вещами на стул и достает оттуда танцевальную обувь. Затем оборачивается в мою сторону. – Наверное, ты перепутал аудитории. Занятия для музыкантов этажом выше.

Она раздражена. Или… притворяется?

– А еще, – смотрит на меня в упор, прекращая возиться с сумкой, – здесь не место для репетиторства выступлений в ночных заведениях, тем более не за этим инструментом, – пальцем указывает на фортепиано, заставляя меня лишний раз взглянуть на клавиши.

А вот тут я бы поспорил, но позже.

Не такой реакции я ожидал от нее. Не знаю, почему она настроена враждебно и какую затеяла игру. Могу заверять, что я тоже умею играть. И не только на фортепиано.

– Я и не ждал, что ты встретишь меня с распростертыми объятиями, – пытаюсь расслабить обстановку. – Но у меня для тебя есть хорошая новость. Не смотря на вчерашние дебаты, ты принята в танцевальный состав моей команды. Так что, – развожу руками, – поздравляю.

Джиа замирает всем телом. Пуанты покорно свисают с ее рук на ленточке, а в зале ощущается неловкая тишина.

Давай, не молчи, ответь что-нибудь.

Возможно, в честь этого события мне стоило подойти и пожать ей руку. Но я не стану этого делать. Я окончательно хочу ее понять: если она так жаждет для себя новых танцевальных открытий, как выражала в своем танце еще вчера, то, вот он – шанс, и другого уже не будет.

Мне стоило немалых усилий, чтобы переубедить упрямого Пола и его дружков. Что касается моей деятельности в открытии новых талантов, то в этом случае настойчивым оказался именно я и сейчас не готов принимать ее враждующее настроение, не говоря уже про отказ. Но решать ей, а не мне.

Следующее, что она делает, вызывает в памяти пошлые реплики Стива. Закидывая ногу на станок, Джиа скользит в сторону по всему его основанию. И выглядит это довольно впечатляюще. Черт возьми, однако озабоченный придурок был прав по поводу гибкости балерин. Теперь место здравых мыслей заполняют не совсем приличные картинки, пока я, как идиот, пялюсь на пластику Джии. В свою очередь, девушка пристально наблюдает за мной в отражении зеркала. А после, как ни в чем не бывало, произносит:

– Не думаю, что нуждаюсь в твоей милостыни, – меняет ноги, и тон ее голоса возвращает меня на землю. – Ты же слышал, что они говорили обо мне. И если я посчитаю нужным, добьюсь всего сама и без чьей-либо помощи. А теперь, уходи. У меня через пять минут начинается урок.

Сказала, как отрезала.

Кажется, я начинаю понимать ее поведение. И невозмутимость, с которой она заканчивает растяжку внутренних бедер, еще больше раззадоривает меня. Весь ее вид так и кричит о том, чтобы я проваливал на все четыре стороны. Но нет, красавица. Так дело не пойдет. Мне жаль, что она поверила тем болванам, а не мне. Поэтому я останусь в этом зале ради нее.

– А я не могу уйти, – чуть провожу пальцами по клавишам, создавая легкое бренчание. – Я здесь работаю, – говорю ей, чем и застаю девушку врасплох.

– Что? – нервно осматривает хореографический зал. – Это… должно быть, какая-то шутка. Где мисс… Борджи – мой музыкальный аккомпаниатор?

– Вот он, – указываю на себя, наслаждаясь ее уязвимостью, – твой музыкальный аккомпаниатор.

Делаю особое ударение на этом слове. Скорее, больше для себя.

Твой.

Наверное, так оно и есть, я ведь уверенно тогда заявил, что она – моя, пусть даже это и было в собственных мыслях.

– Ты, что, следишь за мной? – слегка повышенным тоном интересуется девушка.

– Если бы. То же самое могу спросить у тебя, – становится весело от комичности ситуации. – Стало быть, в последнее время нас сталкивают случайные обстоятельства. Не замечала? – взглядом даю понять, что я не шучу. Но это ненадолго.

И все-таки, глупая улыбочка расползается по моей довольной физиономии, когда я наблюдаю на ее лице признание капитуляции в нашей неравной борьбе. Хотя, какая там борьба. В отличие от нее, я  пришел сюда с миром. А недружелюбное поведение Джии теперь становится ясным, поэтому не вижу смысла тянуть. Пора бы уже приступить к занятию, тем более, наши переглядывания – мое с ноткой веселья, ее – невразумительное – временно приостанавливаются группой из шумных девочек, влетающих в зал. Они о чем-то спорят. Возможно, обсуждают парней или же просмотр последнего нашумевшего фильма. Мне не разобрать.

– Всем доброе утро!

После обращения Джии к девочкам, все, как одна, расходятся по своим местам у станка. На вид им не более двенадцати-тринадцати лет. Однотипная балетная форма, с собранным пучком на голове в виде «гульки», делают их похожими друг на друга, как близнецов.

Окончательно смирившись с моим присутствием и придя в себя, Джиа становится посередине зала, чтобы привлечь внимание всех присутствующих учениц. Между тем, двое из них продолжают глазеть на меня с любопытством. И только парочка звонких нетерпеливых хлопков в ладоши строгого учителя танцев мигом возвращают заинтересованность последних к своей персоне.

– Меня зовут Джиа Саммерс, – начинает она. – С сегодняшнего дня я ваш новый преподаватель классического танца…

Девушка рассказывает немного о себе и своих достижениях: где училась, что закончила, подробнее останавливается на последнем месте работы – театре.