Галактический протекторат - Вадим Попов

Блондин подошел к Даньке, улыбка стала шире, продемонстрировав крупные ровные зубы, а потом в правой руке словно сам собой возник прямоугольник удостоверения.

– Генерал Роберт Джонсон, военная разведка. Добрый вечер, Данила, мне нужно с вами поговорить.

Данька пожал плечами.

– Я так понимаю, особенного выбора у меня нет. Сколько ваших дроидов отслеживает нашу с вами беседу?

Блондин улыбнулся еще шире.

– Это не имеет значения. Я просто хочу поговорить.

Они шли мимо витрин Нант-Петербурга. Сквозь усеянные каплями ленивого ночного дождя стекла, незрячими глазами глядели киберслуги, с разрешенной законодательством низкой и средней степенями искусственного интеллекта. В магазине одежды примитивные механические манекены почти с человеческой внешностью, раз за разом выполняли одни и те же движения, демонстрируя возможности высокотехнологичных, всегда подключенных к Сети костюмов, меняющих фасон и расцветку по желанию владельцев. На крыльце магазина, под ритмичную музыку ломалась в модном танце равнодушная к дождю волоокая блондинка-кибер. Закрытый купальник на ней, то истаивал до микроскопического бикини, то восстанавливал статус-кво.

– Галактическая Империя процветает… – Сказал Данька самым невинным тоном.

Роберт Джонсон уловил иронию, понимающе усмехнулся и промолчал.

Двери небольшого кафе с табличкой "Закрыто" им открыл бармен бычьих габаритов с прижатыми к лысому черепу боксерскими ушами. Впустив их, он запер дверь и исчез за стойкой. В пятне света от высокого торшера возле круглого стола бросал блики заставленный фарфором металлический сервировочный столик.

Запахло кофе. Данька прислушался. За стойкой шуршала по горячему песку джезва.

Роберт Джонсон приглашающим жестом указал на столик.

Данька подумал что "колокол тишины" тут наверняка включает бармен за стойкой. Надежное законспирированное местечко с барменом-убийцей.

– Какая честь, какой прием… – Усмехнулся Данька, усевшись на стул и поводив пальцем по накрахмаленной скатерти. Глядя в глаза собеседника, он сказал: – Я всегда считал, что военная разведка работает за пределами Галактической Империи. Я ошибался?

– Всё несколько сложнее, Данила. Наша встреча носит частный характер. Прежде всего, примите мои извинения. Я не ответил на ваше сообщение по поводу исчезновения Евгении Гридневой. Сожалею.

Данька, не вставая, изобразил церемонный поклон с подметанием пола невидимой шляпой.

Бармен бесшумно поставил на стол две чашки эспрессо, сахарницу, молочник и вазу с печеньем, и испарился.

Роберт Джонсон продолжил:

– Поверьте, я действительно был в командировке, и… Словом, за семьей Яра Гриднева приглядывали, но недостаточно.

Данька кивнул и сказал:

– Ну, теперь-то вы в курсе происходящего. Гражданин Галактической Империи и сестра героя, спасшего главную планету империи вправе рассчитывать на помощь государства в сложной ситуации.

В жесте показной усталости генерал прикрыл глаза и размеренно, словно читая лекцию, заговорил.

– Я рад, Данила, что вы так хорошо думаете о нашем государстве. Император считает, что только предшественница нашей Империи – расхлябанная Терранская федерация могла смотреть сквозь пальцы на деструктивную деятельность Ордена Креста и Полумесяца. Я уже не говорю о последствиях. Орден стал государством в государстве и едва не уничтожил цивилизацию. Это большая удача что Яр Гриднев смог вернуть Землю из того подпространства… или как еще научники называют эту штуку… В общем оттуда, куда её запихал орден. В Галактической Империи такого больше не произойдет.

Роберт Джонсон запнулся. Данька так и не понял, был это естественный жест или просчитанная пауза опытного мастера переговоров.

– Я в курсе ваших подвигов в космопорте Ярры… и читал ваши характеристики из канцелярии военного училища. И как вы сумели найти Яра Гриднева. Да-да, мы в курсе его "возвращения", и как его друг я этому очень рад. Так вот, Данила, у меня сложилось впечатление, что помимо махания кулаками, мозгом вы пользоваться тоже умеете. Иначе вас не взяли бы на факультет психотехники, верно? Поэтому вы должны понимать, что жизнь каждого гражданина Галактической Империи – бесценна.

– Сейчас вы скажете "Но…", – усмехнулся Данька. – А потом начнете говорить что-нибудь про политическую обстановку.

– Именно так. Вы же сами всё понимаете, Данила. – С элегической грустью улыбнулся Роберт Джонсон. – …Но политическая обстановка не позволяет Галактической Империи напрямую вмешаться в дела планеты, находящейся под действием галактического протектората – фактически планеты временно переставшей быть нашей. Я знаю, что сегодня Ленту-5 называют "орденской планетой", мне это тоже отвратительно. Даже не знаю, какой из терминов отвратительнее: "орденская планета" или "галактический протекторат". Мы, люди – граждане Галактической Империи и применять какой-либо "галактический протекторат" можем мы и только мы!

– А вы запатентуйте название. – Ехидно посоветовал Данька.

Роберт Джонсон, пропустив иронию собеседника мимо ушей, продолжил:

– Конечно это не навсегда. Но "божьи мельницы мелют медленно". И мы не можем поставить ради одного гражданина или нескольких граждан всё государство на грань войны с инопланетными расами из Совета Разумных, этот проклятый протекторат установивших.

Данька кивнул.

– Я понимаю. Но я не верю, что имперская военная разведка действует только "напрямую".

– Верно! – весело согласился Роберт Джордан. – Мы работаем над ситуацией самыми разными методами, и скоро она может измениться. Но гражданским лицам, которые находятся на этой планете – или которые собираются туда сунуться на свой страх и риск – этим категориям граждан мы ничего гарантировать не можем.

– Похоже, сейчас вы начнете объяснять мне чего я не должен делать. Хотя кто я вам такой? Думаю, речь не обо мне.

Генерал хмыкнул.

– Рассуждая логично, Вы должны идти к Яру и беседовать с ним. Он же ваш друг, а не я.

– Именно поэтому я и говорю с вами, Данила. Я знаю Яра. Он меня не послушает. – Сказал Джонсон нарочито спокойным тоном и отвел взгляд куда-то в сторону.

Данька прищурился.

– Думаю дело в другом, – произнес он медленно. – Думаю, что у Галактической Империи может быть единственный герой – император. А Яру лучше оставаться легендой. Мертвой легендой. Его появление… назовем это "возвращением с того света", сегодня никому не выгодно.

Джонсон смотрел на него и молчал.

– И вам запрещено вмешиваться. Хочет Яр Гриднев погибнуть на "орденской планете" – пусть гибнет. Поэтому вы хотите переложить ответственность, хотите чтобы его предупредил я. Но о чем? Об опасности? Он не глуп и знает, куда сует голову. Почему он послушает меня?

Генерал нахмурился, хотел было что-то сказать, но смолчал.

– И потом. – Данька крутанул между пальцами чайную ложку и аккуратно положил её на белоснежный лен скатерти. – Вы забываете, что его поездка в моих интересах. Неважно кто из нас двоих вытащит Женьку из этой передряги. Я думаю, что у Яра с его опытом шансов будет побольше, чем у меня.

– А что бы вы, Данила, посоветовали? – сказал генерал вкрадчиво.

Данька откинулся на спинку удобного плетеного кресла и, после паузы произнес:

– У хорошего дипломата, особенно если за его спиной стоит имперская военная разведка, больше шансов, чем у меня или у Яра.

Роберт Джонсон пожевал губами. Внезапно лицо его показалось Даньке очень старым. Словно под светом софитов налились лиловым синяки от недосыпа под глазами, носогубная складка стала резче, а нос стал проситься на сравнение с клювом грифа-падальщика.

– У Галактической Империи нет возможности сделать то, что хотелось бы сделать в этой ситуации мне … или даже самому императору. – Сказал он каркающим голосом и закашлялся.

– Я так и думал. – Сказал Данька, отодвигая кресло и поднимаясь. – Слава императору. И империи – слава. Прощайте, Генерал.

Возле дверей Данька остановился.

– Единственная просьба: не можете помочь – не мешайте.

Роберт Джонсон, не оборачиваясь, тихо сказал:

– Всего доброго. И удачи.

Данька щелкнул замком и вышел под дождь.

Контору вербовщиков Данька нашел без труда. Она располагалась рядом с посольством Берка. Двое длинноногих бледнокожих чужих, вооруженные бластерами, расхаживали внутри периметра активированного силового поля, окружавшего посольство. Впрочем, притулившийся рядом трехэтажный куб из стекла и бетона с вывеской "Управление делами галактического протектората Лента-5", обходился без серьезной охраны, если не считать за таковую вахтера-отставника с пивным пузом, дрыхнувшего на входе, в компании выключенного полицейского дроида.

После визита в секонд-хэнд Данька облачился в мятую клетчатую рубаху, поношенные джинсы и вытертую рабочую куртку. Разумеется всё без "сетевой ткани", вообще без каких-либо гаджетов. Парикмахер за двадцать минут превратил аккуратную прическу курсанта военного училища в полубокс. Осмотрев себя в зеркале парикмахерской, Данька остался доволен – тот еще вид… Не хватало в качестве последнего штриха ссадины на скуле, но, поразмыслив, он решил, что это сделало бы получившийся образ чересчур законченным. Как говаривал преподаватель диверсионного дела, "в образе того, под кого вы маскируетесь, всегда должна быть некоторая недосказанность… помните, что жизнь несовершенна". Данька кивнул своему отражению, ага, еще как несовершенна, забудешь тут…