Крестные матери - Камилл Обре

она справилась! Мне пришлось отдать ей драгоценные четки из золота и жемчуга, которые перед смертью подарила мне бабушка. Но я отдала их только для того, чтобы сваха выбрала именно меня для переезда в Нью-Йорк. Она недавно сказала, что мне нужно отправиться в Америку очень скоро, иначе та семья найдет для своего сына другую невесту.

– У них в Америке разве нет итальянок? – спросила Филомена.

– Есть, но сваха говорит, что они слишком независимые, – ответила Розамария, вытащив из-за корсажа платья письмо из Америки, которое ей дала сваха. – Эта леди из Нью-Йорка родом из Тропеи, как и я, вот что мне помогло! Она хочет, чтобы сын женился на такой же девушке, как она сама, и она оплатит мне путешествие. Все уже обговорено. Я отправлюсь сразу же, как они купят для меня билет.

– Подожди! – воскликнула Филомена. – За кого ты выходишь замуж? Ты знаешь, как он выглядит? А он знает, как выглядишь ты? Он любит тебя?

– Он богат, поэтому не имеет значения, как он выглядит. Они не прислали фотографию и не пытались меня впечатлить. Им тоже не важно, как я выгляжу. Для них важнее, что я послушная девочка, которая будет ему верна и будет повиноваться его родителям. Будет любовь или нет, в любом случае я поеду.

Филомена, все еще шокированная ее словами, недоверчиво посмотрела на подругу.

– Это просто способ попасть в Америку, – упрямо сказала Розамария. – Если он мне не понравится, найду кого-нибудь другого.

Филомена заметила, что Розамария все время говорит «я», а не «мы». Мысль о том, что она потеряет единственную подругу, была слишком мучительна.

– Могу ли я отправиться вместе с тобой?

– Да, но не прямо сейчас, – ответила Розамария. – Не так-то легко теперь попасть в Америку. Тебе нужен спонсор или договоренность с кем-то, как у меня. И тебе необходимо быть осторожной, потому что иногда эти спонсоры – очень плохие люди, которые возьмут тебя в рабство, пока ты не отдашь им долг. Как на нашей ферме. Но моя сваха знает, кому можно доверять. Есть ли у тебя что-то, чем ты можешь ей заплатить, чтобы попасть следующей на очередь? Все хотят сбежать из Италии, подальше от войны. Поэтому цены стали выше.

Филомена покачала головой и проглотила слезы. Розамария порывисто обняла ее.

– Слушай, когда я попаду в Америку, я сама найду тебе мужа, и тебе не придется никому за это платить. Я буду твоим спонсором и пошлю за тобой. Не волнуйся. – Она сжала ладонь Филомены, чтобы успокоить ее. – Тебе нужно быть храброй, Филомена. Доверься мне.

– Обещай, что вытащишь меня отсюда! – выдохнула Филомена. Она не могла позволить себе заплакать. – Богом клянись, что не заставишь меня ждать слишком долго.

– Клянусь, – торжественно произнесла Розамария. – Ты знаешь, я найду способ. И вот, в подтверждение моих слов, смотри, какую книгу я взяла в библиотеке. Нам с тобой нужно выучить английский, потому что именно на нем разговаривают в Нью-Йорке.

Таким образом у них появилась еще одна общая тайна – уроки английского. Шли недели, но ничего не происходило, и Филомена была втайне этому рада, убедив себя, что со временем они найдут способ сбежать в Америку вместе.

Но в один из августовских дней Розамария отвела ее в сторону и восторженно сообщила:

– Все готово, я еду! Мне нужно отправиться в Неаполь за билетом и документами. Мне столько всего нужно тебе рассказать! А ты поедешь со мной и встретишься со свахой.

– Но мне же нечего ей предложить, – тоскливо возразила Филомена.

– Она знает. Но я могу тебя ей представить, и она сама убедится, какая ты славная девушка. Затем, когда я отправлю ей денег, чтобы она сделала тебе документы, она будет знать, что помогает именно тебе, потому что запомнит тебя по нашей встрече.

– Хорошо, давай поедем, – согласилась Филомена.

* * *

Неаполь оказался огромным, устрашающим, но при этом пьянящим и энергичным городом. Посреди ревущих автомобилей, древних каменных зданий, ручных тележек и шумных магазинов каждый из жителей, казалось, был одержим перемещением с места на место, будто их жизни зависят от этого бешеного темпа. Но никто из них не был так же целеустремлен, как Розамария, которая взяла Филомену за руку и потащила через лабиринт извилистых улочек и толпы людей. Над их головами с замысловатого переплетения веревок свисало сохнущее белье, а измученные матери кричали из окон на вопящих оборванных мальчуганов, бегающих внизу по дворам.

Первое, что пошло не так, – свахи не оказалось дома. Они не смогли встретиться с ней и представить Филомену. Пожилой седой мужчина, муж свахи, открыл дверь их крохотной квартирки, затем прошаркал внутрь и вручил Розамарии коричневый конверт с ее именем, а потом пожелал ей buon viaggio[6].

– Что в этом конверте? – спросила Филомена, когда они вновь оказались на улице.

– Мой билет! Я не хочу открывать конверт здесь, где кто-нибудь может его у меня украсть. Давай зайдем вон в ту церковь и там его рассмотрим, – сказала Розамария, снова ухватив Филомену за руку. – Подожди, ты еще увидишь, как там красиво внутри. Это самая красивая церковь из всех, что я видела! Она называется Санта-Кьяра, и король построил ее для своей жены.

Филомена внезапно почувствовала, что не может больше выносить этой жары, новостей, толпу обозленных прохожих. На сердце было так тяжело, словно его сделали из камня. Филомена уже испытывала однажды это чувство – когда ее оставила мать.

Но Розамария тащила ее дальше, поворачивая на перекрестках с ликующим энтузиазмом, который Филомена не могла разделить. Когда девушки дошли до церкви, они обе запыхались. Розамария, задержавшись на ступеньках, показала наверх, затем подняла голову Филомены за подбородок, чтобы та тоже посмотрела туда же.

– Смотри! Видишь небольшую статую на самом верху тонкой колонны? Это шпиль Девы Марии. Разве она не прекрасна? Она стоит выше всех. Давай зайдем в церковь и поставим ей свечу.

В церкви в это время не было службы, так что скамьи были в основном пусты. Там сидело только несколько пожилых женщин в черном, которые молились своим любимым святым. Девушки окропили пальцы святой водой и перекрестили друг друга, а затем сели на лавку, пахнущую отполированным деревом и благовониями. Розамария с волнением открыла конверт и просмотрела содержимое.

– Все здесь! – радостным шепотом объявила она. – Билет до Америки, немного денег на поездку и документы, которые необходимы мне, чтобы меня пустили в Нью-Йорк.

Она засунула конверт за корсаж платья, затем опустилась на колени на специальную подушечку, закрыла глаза и молитвенно сложила руки.

Филомена опустилась на колени рядом с ней, но молиться не могла.