Неведомое зарубежье - Максим Удовиченко

Взобравшись на бархан, Аристарх и деятель Маланья увидели очень любопытную картину: артисты крайне сосредоточено и в весьма задумчивых позах сидели компактно цепью – музыканты отдельно, хор свободолюбивых женщин отдельно.

Перед цепью, подобно мудрому военному руководителю, величаво расхаживал дедушка Мухаммед (Very Good) и разъяснял что-то очень важное, назидательно грозя указательным пальцем.

– Политинформацию проводит! – промелькнула в голове Аристарха мысль, вполне соответствующая сюжету.

– Аристарх! Жди меня в лагере! Дела партийной важности безотлагательно требуют моего присутствия, – произнес Маланья, с легкостью горнолыжника скатываясь с песчаного хребта и умело лавируя шлепанцами между барханов.

Решив не осложнять и без того не простую ситуацию лишними вопросами, Аристарх, направляясь в лагерь, по пути обдумывал план предстоящей операции по отлову котов.

5.5 Операция по принуждению котов к миру

Не без труда пробравшись по песчаным заносам до своих апартаментов, Аристарх, к немалому своему удивлению, услышал до боли знакомые голоса и почему-то именно за своей дверью. Открыв дверь, Аристарх обнаружил все те же лица, но на сей раз, «с доставкой на дом».

– А вы здесь зачем? – только и смог произнести Аристарх, увидев чрезвычайно довольного египтянина Мухаммеда, который судя по всему, в очередной раз обыграл незадачливого Сулеймана в нарды, и каким-то образом примкнувшего к ним французского студента военизированного толка Жанна-Филиппа, внимательно наблюдавшего за игрой.

– Да, вот… Решили тебе с отловом котов помочь… – произнёс Мухаммед обыденно, в своей непринужденной манере.

– Если вы собрались подорвать столовую, решив проблему с котами и поваром одновременно, то это без меня! – активно запротестовал Аристарх, памятуя о наклонностях своей необычной, но весьма дружной команды.

– Ну, что вы, уважаемый Аристарх! Как вы могли такое подумать! Наши намерения чисты, как слеза младенца! – в очередной раз проводя удачный ход, торжественно заявил Мухаммед. – Но если у вас имеются какие-либо творческие идеи, мы с величайшей радостью готовы их выслушать, – не менее торжественно заключил он.

«Как пить дать, какую-то скверну замышляли!» – интуитивно уловил ход мыслей Мухаммеда Аристарх, – и дабы придать предстоящему мероприятию хоть сколько-нибудь легитимный характер, вполголоса произнёс: – Представляете, а ведь у меня есть идея!

– А мы даже не сомневались! – практически в один голос откликнулись, прекратив игру, Сулейман и Мухаммед.

– Я, конечно, не совсем уверен в гарантированном результате, издание, видите ли, старое, но идея может сработать… – пояснял Аристарх, доставая книгу и открывая её на странице с изображениями пентаклей.

– Это ещё что за буклетик?! – под общие возгласы удивления озвучил Мухаммед появление манускрипта.

– Уверен, здесь есть что-то про животных! – сунул Аристарх изображения пентаклей под нос Мухаммеду.

– Аристарх, да ты просто гений! – восторженно комментировал происходящие Сулейман, – Oui, c'est génial! Excellent![58] – причитал французский студент военизированного толка Жанн-Филипп, рассматривая рисунки книги.

– Да вот же! Вот оно, изображение кота! Только здесь он заросший какой-то!

Да и на арабском написано, что-то про животный страх! – ткнул Мухаммед в изображение пентакля с рисунком льва и надписью «Неотвратимость судьбоносных встреч».

– Точно! У нас в практиках Вуду такие картинки тоже есть! Нагоним на кошачьих негодников страха! Узнают тогда, как покушаться на людей со светлыми помыслами! – в предвкушении неминуемого успеха голосил нигерийский военнослужащий Сулейман.

– Отлично! Нарисую картинку прямо перед их логовом! Вот тогда они попляшут! – ощущая близость победы над распоясавшимися кошачьими бунтарями, воскликнул Мухаммед, направляясь вместе со всеми собравшимися к выходу.

– Не забудь пояснения к картинке на арабском написать! А как напишешь, три раза вслух произнеси! – крикнул Аристарх вдогонку уходящим на первое магическое задание товарищам.

Глава шестая. Рецепты древней книги

В точности скопировав магический рисунок книги и трижды, весьма громко произнеся арабские заклинания перед логовом котов, команда по укрощению кошачьих стала терпеливо ждать результата.

Жаркие сахарские дни сменялись холодными сахарскими ночами, вереница похожих друг на друга дней и ночей плавно подошла к концу недели.

Поведение котов, по наблюдениям компетентных членов «команды по отлову» стало гораздо спокойнее, но их поголовье каким-то странным образом неуклонно увеличивалось.

– Достопочтенный Сулейман! – обратился как-то Мухаммед к своему нигерийскому приятелю. – Меня терзают смутные сомнения по поводу наших котов.

– У меня создалось впечатление, что коты не только не ушли из-под столовой, а скажу по секрету… – вдруг шёпотом добавил он.

– Их стало больше! – неожиданно повысил он тон, видимо, сам испугавшись своего предположения.

– Нужно выставить ночной дозор! – вмешался в разговор как нельзя кстати появившийся Аристарх, не давая встревоженному Сулейману возможности поделиться своими витиеватыми соображениями.

– Точно, точно дозор! И, несомненно, ночной! – выразили своё безоговорочное согласие Мухаммед и Сулейман.

Не устояв под натиском сокрушительных доводов Сулеймана, Мухаммеда и примкнувшего к ним французского студента военизированного толка Жанна-Филиппа, как то: «Котов становится всё больше и больше, и это настораживает!» или «Коты очень дикие, неухоженные и голодные, и выглядят весьма свирепо, более того, издают устрашающие звуки, а по сему без тайных обрядов здесь никак!» или «Животный мир пустыни необъясним и мало изучен! На лицо встреча с феноменом! Sans doute, il s'agit d'une découverte scientifique! C'est excellent! Sans précédent![59]», руководству пришлось-таки одобрить идею «Ночного дозора».

6.1 Ночной дозор

Вечерело, меж барханов на все ещё розовато-голубом небе едва заметно, словно извиняясь за своё появление, робко выглянула полная луна и несколько звёзд.

Ветер всё ощутимее демонстрировал свою колюче-леденящую ночную сущность, заставляя компетентных членов «команды по отлову» то и дело кутаться в армейские бушлаты.

– Наблюдаешь ли активность кошачьих у лаза под столовой? – весьма компетентно осведомился Аристарх, проверяя работу переносной станции у занявшего в лагере наблюдательный пост Сулеймана.

– Слышны весьма слабые звуки возни и характерное урчание, видимо дневную добычу делят, активность минимальная… – уверенно доложил обстановку Сулейман, прослывший в кругах руководства лагеря «крупным специалистом» за свой живой интерес к проблеме и недюжинную осведомлённость о жизни и нравах кошачьих.

– Продолжайте наблюдение! Передай Жанну-Филиппу, чтобы записывал всё необычное в свой дневник! – назидательно напутствовал Аристарх, укрепляя пластиковый столик увесистым камнем и расставляя нарды.

Петляя меж барханов узкой лентой, дорога в Мавританию в бледном свете полной луны, извиваясь, уходила вдаль и терялась в бескрайних песках пустыни, ветер еле слышно напевал, выводя заунывные трели.

Расположившись на вершине бархана, Аристарх и Мухаммед периодически обозревали близлежащие пейзажи в бинокль ночного видения.

– Что-то сегодня луна полная, да и ветер уж очень заунывно воет! – прервал сосредоточенное молчание Мухаммед, закончив расстановку фигур.

– Да, ночка предстоит беспокойная… – в раздумьях произнёс Аристарх, доставая из походной сумки заветную книгу. – Запамятовал спросить, всё как-то времени не было… А что за рисунок ты там нарисовал? – добавил он, открывая книгу.

– Самый что ни на есть правильный, да вот этот, с мохнатым котом огромных размеров, – уверенно указал Мухаммед на изображение пентакля с рисунком льва и надписью «Неотвратимость судьбоносных встреч».

– Ты называешь, это животное мохнатым котом? – удивлённо уставился на пентакль Аристарх.

– Нет сомнений, шеф! Самый настоящий закормленный и обросший кот! Еды много, а ухода мало! Вот и вымахал зверюга! – с чувством знатока, разъяснил непростую судьбу нарисованного животного Мухаммед.

– А не мог бы ты перевести для меня и, желательно поподробнее, полстраницы пояснений к этому чудесному рисунку заросшего кота? – вкрадчиво-настороженно, попросил Аристарх.

– Нет проблем, шеф! Почерк разборчивый! – с задором взялся за перевод Мухаммед.

– Так вот, называется эта картинка весьма замысловато: «Неотвратимость судьбоносных встреч» – начал он переводить значения пентакля.

Тут сказано, что всё живое, созданное Аллахом всевышним и милосердным и находящаяся вблизи места нанесения пентакля, будет подвергнуто судьбоносным встречам, делавших же злые дела, ждёт встреча с плодами дел своих.