Под крылом судьбы - Ольга Светлова

– Послушай, Римочка, твой отец – пенсионер, но пользуется огромным уважением у нас в стране, и не только. Это я к тому, что не всегда важно занимать тот или иной пост.

Мужчинам надо отдать должное. Они умеют долго и скрупулезно что-то объяснять, после чего чувствуешь себя, в конце концов, полной идиоткой, так ничего и не поняв.

Я оставила в покое попытки разобраться в сложных мужских отношениях и занялась приведением в порядок гардероба. Не могу назвать Антона жадным, он добросовестно выделял мне на личные расходы тысячу долларов в месяц. Вы скажете, что этого достаточно, и, возможно, я согласилась бы. Но если вы пройдетесь хотя бы раз по бутикам, торгующим женскими тряпками в Париже, то поймете, как ничтожно мала эта сумма! Однажды я сказала Антону, сколько я бы смогла потратить в Париже за один день – он чуть в обморок не упал. Мужчины, говоря о деньгах, шуток не понимают. Со следующего дня он несколько увеличил мой лимит (ненавижу это слово!) и попросил быть благоразумной (заговорил, как папочка).

Однажды нас пригласили на прием, его устраивал какой-то германский ювелирный магнат. Мы очень волновались, нам сказали, что на приеме будут представители знатных европейских семейств. Мы подкатили к замку магната на арендуемом авто, другие гости прибывали в роскошных лимузинах. На женщинах я впервые в жизни увидела настоящие, фамильные, как их принято называть, драгоценности, такие изредка показывают в кино. Но никакой экран не способен отобразить торжество ослепительного сияния их бриллиантов и изумрудов! Мы чувствовали себя бедными родственниками, гости вели себя чопорно и даже надменно. Заметив нашу скованность, хозяин дома, человек, как вы поймете чуть позже, с оригинальным чувством юмора, просил не обращать на это внимания:

– Когда-то они были представителями всемогущих аристократических семейств, а сейчас у них, кроме спеси, не осталось ничего. Я пригласил их, потому что будет забавно, вот увидите.

Ужин не произвел на меня какого-то особенного впечатления, мужчины, так же, как и у нас, не могли справиться с вилкой и помогали себе руками. Только одна графиня, не запомнила ее имени, восхитила изысканностью манер. Вы знаете, они не употребляют алкогольных напитков за ужином, и я посчитала, что мероприятие будет проводиться в духе не забытых еще нами времен сухого закона. После ужина гости перешли в другой зал, и тогда я поняла, что ошибалась! Столы были буквально завалены бутылками! Вино самых разных годов и производителей, виски, джин, ром и даже водка. Гости буквально набросились на это море алкоголя! Что тут началось, я рассказывать не буду, мне даже неловко об этом вспоминать! Скажу лишь, что та самая графиня, чьи манеры восхитили меня, напилась до того, что свалилась в искусственный пруд во дворе хозяина поместья. Достойно, на мой взгляд, вели себя (естественно, кроме нас с Антоном) только хозяин дома и прислуга, которая абсолютно невозмутимо вытаскивала гостей из самых разных уголков дома и сада и терпеливо укладывала в их роскошные лимузины. На следующий день мы отправили открытку радушному магнату с благодарностью за вчерашний ужин – такие правила этикета, – в ответ он прислал письмо с дружественными пожеланиями и при этом сообщил, что все другие гости также искренне поблагодарили за оказанный прием. Аристократы!

Мы побывали в Риме, Лиссабоне, Франкфурте, Лондоне и других городах – всех уже и не упомню; я сильно тосковала по дому, моему любимому городу и своим болтливым подружкам. Мысли об Олеге я, как и обещала, старательно и добросовестно изгоняла из головы.

Наше заграничное турне приближалось к концу.

Антон получил кучу сертификатов и свидетельств от различных уважаемых международных финансовых учреждений и, конечно, гордился этим. Я же хорошо попрактиковалась в иностранных языках.

Всю нашу поездку мне не давала покоя одна мысль: кто организовывал Антону встречи, где он брал деньги на нашу безбедную жизнь за границей? Мужа мой вопрос нисколько не смутил, хотя он не посчитал нужным отвечать всерьез.

– Все благодаря тебе, дорогая. И будь добра, ни о чем не беспокойся.

Шутник. Я поняла, что ответа от него не дождусь, но к совету прислушалась. Действительно, почему я должна об этом беспокоиться?

Наконец наступил день возвращения домой. Наш полет несколько омрачил тот факт, что Антон выбрал в салоне самолета места для курящих. Он пристрастился к новому сорту сигар, которые, как он пояснил, курят настоящие ценители табака. Вероятно, они очень дорогие, потому что продаются только в специализированных табачных магазинах. Вы знаете, что такое «места для курящих» в самолете? Самые последние ряды кресел, возле туалетных кабинок. Этот факт очень огорчил Антона, мысленно причислившего себя к мировой элите, о которой он так любит порассуждать. Почему-то ему не пришло в голову, что мы летим не первым и не бизнес-классом и что до элиты нам еще очень далеко. Огорченный донельзя, Антон курил и разглагольствовал.

– Общепризнанный факт, что курение – болезненная привычка, – говорил он. – И потому, по логике вещей, курящих можно отнести к категории тяжелобольных или, скажем, инвалидов. Инвалидам в цивилизованном обществе обязаны уступать дорогу, предоставлять лучшие места, обеспечивать особое обслуживание. Общество воспринимает это как данность. Но к курящим отношение прямо противоположное! Главный аргумент противников курения – то, что табачный дым наносит непоправимый урон некурящим. Курящих изгоняют из общественных заведений. В США, стране, которая считается форпостом демократии, курящих подвергают самой настоящей дискриминации; их выгоняют курить на улицу независимо от погоды, не принимают на работу и даже в судах при бракоразводных процессах считают курение отягчающим обстоятельством. Дошло до того, что курящего человека можно элементарно оскорбить, выпроводить из помещения, если он нечаянно, возможно от долгого мучительного ожидания, закурил. В той же стране законодательство устроено таким образом, что женщины и дети, гомосексуалисты и верующие, инвалиды и больные СПИДом, темнокожие и ветераны войны имеют множество всяческих прав и льгот. Но если тебя угораздило быть нормальным, физически здоровым человеком, с обычной сексуальной ориентацией и при этом еще курить, то ты непременно становишься изгоем.

Антон помолчал, попыхивая сигарой, и продолжил:

– Мнение о том, что некурящие физически страдают от пассивного курения, еще необходимо доказать. Людей пугают, демонстрируя легкие курильщиков, умерших якобы от табакокурения. Помнишь фотографию абсолютно черных легких? Так вот, оказывается, у некурящих людей, живущих в крупных городах, точно такие же легкие. Влияние табачного дыма в общей массе неблагоприятных экологических факторов, разрушающих наши легкие, просто ничтожно, какие-то доли процента, основной урон наносят вредные выбросы в атмосферу.