Город Бессмертных. Трилогия - Даниэль Дессан

Внезапно на помост выскочил невысокий и довольно нескладный человек в ярко-красном камзоле. Его густая черная борода резко контрастировала с наголо выбритой головой.

Народ, поняв, что представление начинается, оживился. Лысый тем временем набрал полную грудь воздуха и завопил что есть мочи:

– Почтеннейшая публика! Лучший странствующий цирк во всем Велленхэме! Только одно представление моей труппы в вашем славном городе! Каждый трюк смертельно опасен! Смотрите все, и не жалейте монет для артистов, рискующих жизнью на потеху зрителям!

– Когда ж ты замолкнешь, – тихонько пробормотал Эннареон, успевший десять раз пожалеть, что подошел так близко к сцене.

Голос хозяина труппы оказался на редкость противным и при этом – громким. Чуткому слуху эльфа действительно пришлось несладко. Наконец, красный камзол скрылся в шатре. Три музыканта заиграли вполне мелодичный марш, после воплей хозяина труппы звучавший музыкой богов.

Эннареон с облегчением вздохнул, но вдруг замер, забыв выдохнуть. Из шатра танцующей походкой вышла девушка сказочной красоты и изящества. Стройная фигура была обтянута яркой тканью, подчеркивающей восхитительные линии тела. Светлые длинные волосы были собраны на затылке в густой хвост. На лице играла озорная улыбка. Эльф буквально утонул в ее глазах, ярко-синих, цвета неба в августе. Тем временем, девушка легко запрыгнула на помост, и, все также пританцовывая, подошла к одному из деревянных столбов.

– А она ничего, правда, дружище? – Тангор дернул эльфа за рукав плаща.

– А? Что? – рассеянно отозвался Эннареон, не сводя взгляда с артистки.

Гном открыл рот, чтобы съехидничать, но увидел этот взгляд, и замолк на полуслове.

Девушка в две секунды каким-то непостижимым образом взобралась по столбу до верха и теперь тихонько шла по канату, ловя равновесие. Солнце ярко освещало ее стройную фигурку, балансирующую между небом и землей.

Музыка зазвучала громче, и толпа ахнула: артистка принялась танцевать на канате, будто на сцене. Узкая полоска пеньки на тридцатифутовой высоте отчаянно затрепетала. Зрелище действительно завораживало. Умопомрачительно сложные движения, которые и на земле-то не всякий танцор сможет изобразить, девушка совершала настолько легко и естественно, что дух захватывало от восторга. Без сомнения, несмотря на молодость, у нее был колоссальный опыт таких выступлений.

Вдруг раздался громкий треск и эльф, ахнув, увидел, как канат распался на два. Артистка, изогнувшись в воздухе, каким-то чудом успела ухватиться за обрывок и стремительно понеслась к столбу, к которому тот был привязан. Все произошло за считанные мгновения, но Эннареон рванулся к сцене сразу же, как только услышал звук рвущейся пеньки.

Расстояние в десять шагов он преодолел в два могучих прыжка, еще один понадобился, чтобы влететь на помост. Циркачка попыталась избежать удара в деревянную опору, но безуспешно. Вскрикнув от боли, она выпустила конец каната из рук.

Хрупкая девичья фигурка камнем рухнула вниз, прямо в руки эльфу. Эннареон успел отметить уголком сознания, что артистка все-таки смогла кое-как сгруппироваться, а затем в работу включилось натренированное тело. Поймав девушку, эльф как бы продолжил ее движение, приседая, чтобы погасить скорость падения, и одновременно крутанувшись, чтобы смягчить силу удара.

«Вроде удалось»! – успел подумать он, прежде, чем потерял равновесие и упал на помост, не выпустив, однако, артистку из рук.

Музыка, наконец, смолкла. По толпе пронесся шумный многоголосый выдох. Тангор склонился над эльфом:

– Шустрый! Сам-то цел?

Эннареон осторожно пошевелился, прислушиваясь к ощущениям.

– Думаю, да. Как она? – эльф кивнул на девушку, которая лежала на нем неподвижно.

– Без сознания, – подоспел Эллагир. – То ли от боли, то ли от страха. Плечо разбито в кровь. Альрин, – повернулся он к спутнице. – У тебя исцеление лучше получается…

– Без сомнения! – ослепительно улыбнулась чародейка. – Yerrha equillia!

Артистка пошевелилась и открыла глаза.

– А ну, хватит! – раздался сзади противный голос.

Эннареон, узнав его, поморщился. Маги обернулись и увидели того самого человека в красном камзоле, который объявлял о начале представления. Лицо его исказила злоба.

– Я не собираюсь платить за лечение! Вас не просили! – прогнусавил он. – Лисси, вставай, дрянь эдакая! И живо за работу!

Циркачка стремительно вскочила на ноги. Не следовало проделывать это столь быстро. Она покачнулась, и упала бы снова, но Эннареон успел подхватить ее.

«Словно шелк», – подумал он, слегка поглаживая тонкое запястье. Внезапно пальцы наткнулись на грубый рубец. Эльф бросил быстрый взгляд на руку девушки и вздохнул. На нежной, медового цвета коже явственно выступало треугольное клеймо. Легеррандский знак рабства.

– Простите, хозяин, – тихонько проговорила Лисси, мягко высвобождая ладонь. – Я сейчас буду в порядке.

– Ей нужно отдохнуть, – сказал Эннареон, холодно глядя прямо в глаза владельцу цирка.

– Поуказывай еще, красавчик! – огрызнулся тот. – Если мне понадобится совет эльфа, – он произнес это с нескрываемым презрением, – я спрошу. Лисси! – бросил он артистке. – Будешь танцевать с лентой на помосте!

– Я… да, конечно, мастер Та́гриз, – все также негромко ответила девушка.

Она сделала шаг вперед и снова оступилась.

– Да ты будешь сегодня стоять на ногах, сучка? – взревел Тагриз, размахиваясь для хорошей оплеухи.

Но его ладонь не достигла цели, неожиданно столкнувшись с рукой Эннареона, твердой, как сталь. Хозяин труппы охнул, схватившись за предплечье.

– Лисси, – спокойно повернулся к девушке эльф. – Хочешь покинуть этого человека? Мы едем на запад. Можешь присоединиться к нам.

Артистка выглядела совершенно непонимающей, но все же слегка кивнула, глядя на Эннареона широко распахнутыми от удивления глазами.

– Тогда беги за вещами, и поторопись, – вмешался Тангор.

– По крайней мере, – Эллагир усмехнулся, – с нами будет безопаснее, чем с ними, – он кивнул на красный камзол.

Тагриз тоже сбился с толку от всех событий, но одно понял ясно: его рабыню сейчас уведут, среди бела дня, прямо во время выступления. Этого, конечно, нельзя было допустить. Сноровисто достав кинжал откуда-то из складок одежды, он с коротким рыком кинулся на эльфа, главного виновника происходящего. Маги и Тангор не ожидали такой стремительной атаки. Но Эннареон вдруг сделал маленький шаг в сторону, перехватывая кисть нападающего, и, мощным рывком, повернулся всем корпусом.

Владельца цирка подхватила какая-то неведомая сила. Она мягко, но непререкаемо повела его по широкой дуге вокруг эльфа. И невозможно было не подчиниться. Наконец, Эннареон отпустил руку Тагриза и тот, пролетев еще несколько шагов, неуклюже шлепнулся на зад.

В толпе засмеялись.

– Посмеешь напасть, расплата будет суровой, – не повышая