Окутанная солнцем - Ронда Бэйс

Он уже позвонил домой и сообщил, что задержится. Нельзя сказать, что Кора обрадовалась этому известию. Однако она постаралась держаться ровно, и даже голос ее не дрогнул. Хотя чему тут удивляться. Не в первый раз Мартин так поступает. В последнее время он с большим трудом заставляет себя возвращаться туда, где его ждет молодая и красивая жена.

Что с ним такое? Ну да. Он болен. И доктор Вагнер уже оборвал телефон, пытаясь до него дозвониться. Но Лайтмен специально медлил с обследованием. Почему-то ему казалось, что если диагноз подтвердится окончательно, ему уже незачем будет жить. И он придумывал для себя разные отговорки, которые мешали ему прийти в клинику и сдать анализы.

Например, надо было помочь Трини. И еще уладить все формальности по оформлению документов с Бруксом. Да мало ли что еще надо было сделать! Ему вон целого дня мало, чтобы разобраться с делами. А тут придется выкраивать время для того, чтобы разобраться со своим здоровьем. Нет, сейчас он никак не может это сделать.

Еще его беспокоила семейная жизнь с Корой. Их отношения как-то изменились. И Мартин никак не мог понять, что стало тому причиной.

Кора сделала себе новую прическу. Купила несколько новых нарядов. Она всегда любила ходить по магазинам. Но последние ее приобретения несколько шокировали Лайтмена. Ему нравилось, когда жена отдавала предпочтение спокойным, пастельным тонам. И вроде бы Кора тоже придерживалась этого принципа, когда подбирала одежду. Но те туалеты, которые она приобрела на днях... они никак не вязались с ее гардеробом.

Нельзя сказать, что они не подходили ей. Нет. Вещи сидели идеально. Когда он случайно оказался свидетелем того, как она примеряла дома новинки, то не смог не признать, что на его жене все сидело безукоризненно. Но это как-то не вязалось с той Корой, которую он знал.

Словно кто-то нажал на кнопку, и его жена мгновенно стала другой... чужой и непонятной. Она все еще нравилась ему. Но Мартин не чувствовал между ними той близости, которая была раньше. И это тяготило его.

Кто же нажал на кнопку? Неужели он сам?

К сожалению, ответа на этот вопрос у него не было...

– Пора, – сказал сам себе Мартин и решительно поднялся из-за стола.

Закрыв кабинет, он вышел на улицу и сел в машину. Может быть, съездить, узнать, как дела у Трини?

Мысль показалась не лишенной здравого смысла, и Лайтмен завел двигатель, трогая автомобиль с места.

За окнами «Фортуны» горел свет. Припарковавшись рядом, Мартин, не вылезая из машины, стал наблюдать за тем, как его дочь заканчивает уборку. Ей помогали двое мужчин. Она уверенно руководила ими, указывая фронт работ.

Лайтмен улыбнулся, с удовлетворением взирая на Тринити. Все-таки в ней текла его кровь. Он это понял, глядя, с каким энтузиазмом она взялась за дело. Дочь ухватила суть. Постаралась с наименьшими затратами, учитывая доставшуюся с приобретенным клубом обстановку, преобразовать заведение в красивый и изысканный ресторан. Планируя смету, она проверяла, как работают холодильные камеры и другие приборы, чтобы в случае чего заменить их на новые или служившие исправно своим бывшим хозяевам (в этом ей помогала бригада мастеров, обслуживающая рестораны империи Лайтмена). Читала объявления в поисках распродаж, чтобы приобрести какой-нибудь интересный предмет мебели, покупку которого считала необходимой для улучшения внутреннего убранства. Ремонт близился к концу, и она уже могла перевезти новинки в ресторан.

Все это радовало Мартина и внушало уверенность, что его дочь справится...

Сначала он хотел выйти и поздороваться с ней, но потом передумал. Еще решит, что он ее контролирует. Наверняка ей это не понравится.

Посидев еще некоторое время в машине, понаблюдав, как Трини воплощает в жизнь свою мечту, Мартин поехал домой. Пора было уже предстать пред сердитыми очами Коры. Возможно, на этот раз она не будет дуться, и они проведут спокойный вечер, смотря телевизор и беседуя о чем-нибудь не слишком важном. Так было раньше. Будет ли так теперь? Лайтмен не знал этого.

Но какое-то щемящее чувство подсказывало ему, что возврата к прошлому уже нет...

7

Джонатан стоял перед зеркалом и пытался завязать галстук. Он и сам не понимал, зачем ввязался во все это. Но отступать было поздно. Сам того не замечая, Брукс оказался человеком, который был для Коры Лайтмен незаменим.

То она звонила ему и попросила помочь в выборе люстры. Якобы для Мартина это должно было стать сюрпризом. Джонатан сомневался, что тот вообще заметит какие-либо изменения в одной из комнат своего огромного дома. Но отказать жене босса, а точнее, уже компаньона, не посмел.

Затем оказалось, что у Коры сломалась машина, а ей срочно надо попасть в салон красоты, и она не могла дозвониться ни до одного такси... Джонатан и опомниться не успел, как, сам к тому не стремясь, превратился в постоянного спутника миссис Лайтмен.

И вот теперь пришлось расплачиваться за свою доброту. На днях Кора позвонила и сообщила, что у нее есть приглашение в галерею, которую открывает ее друг. А муж не хочет ее сопровождать, и она попросила Джонатана составить ей компанию.

– Вас же это не затруднит? – наивно осведомилась она.

Брукс задумался. Ситуация начинала выходить из-под его контроля. Надо было что-то делать. Но он совершенно не представлял, что именно. Ну как отказать такой красивой женщине? Как объяснить ей, что их совместные прогулки скоро станут достоянием гласности и, возможно, губительно скажутся на ее репутации?

О своей карьере Брукс не думал. И все же ему не хотелось, чтобы Лайтмен заподозрил его в предательстве.

– Я должен буду поставить в курс дела вашего мужа, Кора, – наконец проговорил он.

– О, ради бога, – с облегчением в голосе ответила она, осознав, что собеседник уже согласился. – Вот увидишь, он только обрадуется, если узнает, что я иду туда не одна.

Так и вышло. Мартин, поглощенный какими-то расчетами, лишь кивнул, когда Джонатан сообщил ему о том, что идет с Корой на выставку. Брукс даже засомневался, услышал ли Лайтмен вообще то, о чем он говорил. Но уточнять не стал. Он и так чувствовал себя не в своей тарелке из-за того, что приходилось просить разрешения, словно школьнику.

Однако Джонатан настолько хорошо относился к Мартину, что готов был пойти на подобные жертвы со своей стороны. Главным для него была их дружба. И он ценил ее...

Галстук никак не слушался его, и, плюнув, Брукс решил одеться менее официально. В конце концов, Кора не упоминала, что обязателен костюм. А он не собирался мучиться в сковывающем движения пиджаке.

Отыскав в шкафу рубашку из ткани, напоминающей жеваный шелк, и черные брюки, он облачился в них и посмотрел на себя в зеркало. Во всяком случае, выглядит вполне пристойно. Наверняка этого будет достаточно для того, чтобы не выглядеть белой вороной среди гостей.