Охота на генерала (СИ) - Штогрина Анна

В дверь кабинета постучались, и помощник сообщил о приходе важного гостя. Герман собрал все бумаги, убрал их в стол. Велел пригласить визитера.

Респектабельный мужчина в деловом костюме, короткостриженный с проницательным взглядом, уверенно вошел к нему в кабинет.

Буровой нахмурился. Всех друзей он знал в лицо, а врагов и подавно. Визитер не относился ни к тем ни к другим. Выступал необходимой прослойкой на переговорах. Связующим между сильными мира сего.

- Герман Радионович, здравствуйте. Меня зовут Станислав Александрович Зарынников. Вы ведь знаете от кого я к вам пожаловал,- спокойно и сдержанно проговорил мужчина и протянул Герману руку. Тот пожал ее без особого энтузиазма. Кивнул угрюмо.

Генерал прекрасно знал майора Зарынникова. И несмотря на то, что званием он гораздо ниже самого Германа, по важности в определенных кругах, он не уступал.

Мужчина продолжил, не дождавшись от молчаливого собеседника ответа.

- Я от Григория Алексеевича Смирнова. Он направил меня для курирования вашего вопроса.

Герман криво усмехнулся. Вот как! До верхушки уже дошли его планы. Это лишний раз подтверждало, что все ходят под колпаком, и он не исключение.

Буровой кивнул Станиславу на свободный стул. Тот присел и продолжил

- Мы готовы поспособствовать, чтоб ваш проект проспонсировался из госбюджета. Нам светиться нельзя. Я уверен, что вы это и сами понимаете. Ближайшая встреча организовывается в Афинах уже в следующий понедельник. И я готов выступить гарантом вашей безопасности.

Герман кивнул. Ехать в логово сильных мира сего без дипломата и гарантий безопасности беспросветная блажь. Потому как очень часто неугодные или провинившиеся смотрящие не возвращаются обратно в свой город. Теряются без вести в Греческих достопримечательностях. Трупы не находят, но и людей тоже. Прошлый смотрящий освободил место для Германа именно затерявшись в Афинах. Особого контроля за Буровым не наблюдалось. Ограничение его деятельности или бизнеса не осуществлялось. А все потому, что он умнее предыдущего наместника. Всегда вовремя переводит деньги на общак. Не зарывается и отстегивает долю со всех проектов. А с госзаказов и подавно.

- Какие условия?- наконец, спросил Герман.

- Стандарт. Девять процентов нам, девять Грузинам. Ну и так, по мелочам, еще до пяти набегает,- расслабленно говорил дипломат,- Вам переживать нечего. Индульгенция на приезд выписана. Я приставлен к вам в виде гаранта. Ваша безопасность для меня превыше всего. Если Старшим угодите, то спонсирование начнется после подписания необходимых документов. Вы ведь понимаете, Герман Радионович, это просто бизнес. Виллы в Малаге бесплатно не раздают. А потому наша с вами задача сработаться и быть друг другу полезными,- Станислав улыбнулся идеально белой улыбкой. Уж очень лицемерной и натянутой.

- В Афинах нас с вами будут уже встречать. Схема стандартная. Едим только вдвоем. Все устройства сдаем после приземления. Заходим в Обитель чистые и без прослушки. Переговоры займут максимум день-два. Повторюсь, я уверен в успехе нашего с вами предприятия. По возвращению на родину, мы с вами еще отметим и обмоем плодотворные переговоры...

- Ну это врядли. Я дома все обмываю,- Буровой резко пресек словесный поток Станислава. Он просчитывал в уме варианты. Раз госслужащий сидит перед ним и очень часто повторяет о том, что все отлично, то это его уже напрягает. Но и вариантов нет. Если договорились уже на сходку в Афинах, то не приехать - значит выказать колоссальное неуважение. За это по нему могут катком проехаться. Идти против мировой системы, выпадать из нее, это то же самое, что подписать себе смертный приговор. Неугодных ликвидируют моментально.

- Я принимаю условия,- решительно ответил он.

- Отлично, я знал, что мы с вами договоримся. Вы очень умный и рассудительный руководитель. С вами приятно иметь дело. И, кстати, совсем забыл,- после лестной тирады Станислав достал папку с бумагами и подтолкнул ее по столу к Герману,- Это маленький подарок от Григория Алексеевича. Необходимая земля. Все документы оформлены. Осталось вписать ваше имя. Ну или вашего поверенного. Нас не интересует на кого они будут оформлены... Бумаги ценные, были кропленные,- Станислав протянул руки,- Желаете удостовериться, что я их не касался?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Герман усмехнулся и положительно кивнул.

- Желаю.

Медленно встал и зашторил окна. Достал ультрафиолетовую лампу. Раскрыл папку и проверил, что договора горят синим пламенем. А руки посыльного чистые, темные. Он уверен, что смыть отпечатки майор не смог бы. Так как с такими ценными документами его подвезли под полицейское отделение и, наверняка, ждут в машине. Потому он не подменил и не сфотографировал их.

Буровой раскрыл шторы и снова вальяжно уселся в кресло.

- Частный самолет будет готов в следующий понедельник к девяти. Повторюсь, я уверен в успехе нашего мероприятия!- перед уходом Станислав снова белозубо оскалился и пожал на прощание руку генерала.

А Буровой остался в тягостных размышлениях. Дохрена раз этот пижон повторил о предстоящем успехе...И это жуть, как напрягает!

Герман покрутил в руках зажигалку с рубином. Медленно подкурил сигарету.

Мысли о солнечной электростанции и предстоящей поездке в Афины то и дело ускользали и заворачивали не в то русло. Кудрявая зеленоглазая ведьма мутила серое вещество в его голове. Мало того, что снится через день. Сука, выматывает. То целует, то сбегает, никак не дает себя трахнуть. То теперь после встречи на концепткаре открыто начала на него охоту. И так невовремя. Именно тогда, когда он начинает новый проект, и шакалы подступают, пытаясь урвать кусок от его империи.

Дни после концепткара медленно тянулись. Зажигалка с рубином все чаще мелькала в руках генерала. Марго...Она ведь стопроцентно засланная шпионка государственников и Смирнова. Но с другой стороны, что мешает ее трахнуть?! Тем более, что она так открыто просит этого!

Глава 15 

Марго.

-Пошли,- коротко сказал Герман.

И я пошла за ним. Как завороженная. Горячая ладонь... закрывающаяся дверь в каюту... большая круглая кровать...и мой генерал...

- Раздевайся, девочка,- скомандовал Герман в нависшей тишине.

Глядя ему в глаза, я начала медленно спускать шлейки сарафана. Буровой отошел к креслу и сел. Расматривал меня с чувством превосходства. Так, словно он еще до конца не решил, хочет ли меня трахнуть.

И мне стоило бы возмутиться его сухой прямолинейности. Поизображать из себя недотрогу.

Вот только я точно знала, что с этим опытным взрослым мужчиной такие девичьи игры в кокетку не прокатят. И то, что он дал мне шанс получить часть его внимания, сейчас я должна ценить. Ведь один мой неверный шаг или протест, и больше такой возможности у меня не появится.

Я ведь сама пыталась соблазнить его. Завлечь.

Ну что ж, вот он. Он согласен. И моя задача взять и дать так, чтоб он захотел еще. Больше и чаще.

Если б все это происходило до моего сна. До наших отношений и призрачной любви, я бы бежала от этого киборга подальше. Утирала б наивные слезы и возмущалась его хамству. Как это было, когда он в квартире предложил мне сделать ему минет.

Но сейчас все иначе. Я не возражала против его приказов. Я их так долго ждала...

Все одинокие, вымученные ночи, что я тосковала по своему генералу, я воображала его заинтересованный взгляд, слово, обращенное ко мне. И сейчас сбылась моя мечта стать к нему ближе. Принадлежать ему.

Легкая вишневая ткань упала к моим ногам. Я стояла перед хищным взглядом Германа в простом черном комплекте белья. Чуть расправила плечи, ждала его вердикт.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Мужчина лениво проскользил взглядом по всем моим изгибам. Задержался на груди, что высоко поднималась от частого дыхания, на трусиках, что уже были слишком влажные.

И то, что он видел, ему нравилось.

В светлых брюках четкие очертания потяжелевшего члена привлекали мое внимание. Я нервно сглотнула вязкую слюну.