Принятие реальности (СИ) - "Pigma"

— А? Почему он не должен быть жив?

Ассасин понял, что она не рассматривает даже в подсознании смерть своего брата.

«Конфликта не было, и он просто пропал? Или она что-то недоговаривает.»

— Расскажи больше о том дне, когда он пропал.

— А ну… Точно! У меня в тот день было день рождения! И мама сделала мне невероятный пир с кучей мяса и овощей с заднего двора и даже подарила подарок в виде красивого камушка! — она показала ему обычный бирюзовый камень, а потом спрятала, как сокровище — Но брата не было, и он не вернулся…

Шевар задумался о ее словах, в которых была странность.

— Почему… ты как будто забыла о своем день рождении, ведь твой брат, как раз может и не возвращается, потому что пошел за подарком.

— Э-э-э ну мы не богаты… поэтому и не праздновали день рождения, просто вчера был праздник, а так как не было брата, то не очень-то и радостным он был для меня…

«Стоит ли ее расспрашивать учитывая, что из нее силком нужно вытаскивать информацию? Может проще пойти к ее матери…»

Шевар размышлял, но девочка подумала, что у него закончились вопросы, но она хотела поговорить еще, ведь ей нравилось чувства, что ее расспрашивают.

— Ну спроси еще что ни-и-бу-у-у-дь.

Ассасин решил, что, если не расспросит ее еще о чем ни будь, она будет только мешать, когда он будет разговорить с матерью.

— Что делала твоя мать с момента пропажи брата?

— А ну, купила цветы, посадила их и продолжала работать в магазине солнце.

— Она не была расстроена?

— Ну у нее было обычное лицо, как всегда, поэтому я и думаю, что брат просто загулялся где то, эх мужчины все такие гулёны…

Шевар очень удивляло все ее высказывание, и он решил его разобрать детально, но про обычное лицо решил спросить уже у матери.

— Что значит все мужчины гулены?

— То и значит! Папа пропал 2 года назад, а сейчас и брат где-то гуляет.

— Тебе мама сказала, что он гуляет, как и про твоего брата?

— Нет, я сама это поняла, а иначе почему они не возвращаются, ладно папа, он был каким-то странным, постоянно был пьяным и когда мама с папой были в одной комнате, он доводил ее до слез, ведь она кричала, видимо поэтому братик, весь в маму! Но однажды, когда папа, пошел гулять, мама была счастливая и у нас был праздник.

— Праздник… случаем не такой же пир, как у тебя на день рождения?

У Шевара стали закрадываться темные мысли, что убийца — это мать.

— Нет в тот день был сильнее, я точно помню — девочка кивнула, будто была уверенна.

— А мама твоя готовилась к пиру ты замечала это?

— Не помню точно… вроде бы большие сумки были, а может нет…

Шевар раздражился таким неоднозначным ответом, но решил не давить на девочку, чтобы под давлением не дала ненужные показания и решил пойти к ее матери.

— Сейчас я пойду к твоей матери, а позже если у меня появятся вопросы, я обязательно, к тебе еще раз подойду.

— Не-е-т! Давай хоть последний вопрос!

Шевар прижал одну руку к своему лицу и выдавил из себя вопрос.

— Когда пропал брат или папа, ты в это время гуляла, а если нет, не видела ли ты что мама, куда-то уходит, относя что-то тяжелое?

— Когда ушел гулять папа, я была дома и не видела, чтобы она уходила из дома с чем-то тяжелым, хотя весь день играла в коридоре! А когда брат ушел тоже, то я пошла гулять.

Ассасин встав не слушая, ее “еще вопросик!”, направился к матери.

Подойдя к комнате и прогнав ее дочь, он вошел в комнату напротив к женщине.

— Здравствуйте, я постараюсь ответить на все ваши вопросы — ответила женщина, чистившая яблоко от кожуры.

Шевар севший на табуретку в бедно на мебель комнату решил немного задавать провокационные вопросы.

— Я слышал, что помимо вашего сына, пропал отец и на каждом был пир…

— Да, первый раз, когда мой муж, опять нажравшись — женщина заскрипела зубами и перестала чистить яблоко от кожуры — валялся в переулке, его кто то убил, видимо поссорился с кем то там, когда мне об этом сообщили, то на радостях закатила пир, на спрятанные от мужа деньги… а с младшим сыном, я хотела подарить хоть один прекрасный день рождения дочери, так как мне дали серьёзную премию, за то что продажи были огромны по сравнению с прошлым кварталом, поэтому отправив погулять дочь, я стала украшать дом, а сына отправила за подарком, но…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Она все это говорила так умиротворяюще, что даже немного пугало Шевара, ведь как можно относиться так спокойно к пропаже сына. Ассасин думал, что по по-видимому она не является убийцей, ведь все это можно проверить, все-таки если было бы так легко, то у поиска людей, было бы больше успешных миссий.

— Почему вы так спокойно отнеслись к возможной смерти сына? — спросил он холодном тоном.

— Я не могу оплакивать его возможную смерть так долго, я уже посадила цветы на заднем дворе и выплакалась там… мне нужно, работать, содержать дочку, даже уже скоро продам дом, хоть и откладывала до последнего, ведь дом это от дальних предков, но все же перееду в места, где жить можно дешевле, одинокому человеку с дочкой — она с грустью осмотрела комнату.

— Вы знаете его друзей, возможно они что-то знают?

— Это лучше спросить у моей дочери, они вместе часто гуляли. — быстро ответила мать.

Шевар, выйдя из комнаты и найдя девочку, попросил ее свести с друзьями, на что она радостна побежала в комнату, где ассасин раньше общался с девочкой, переодеваться в одежду, которую не жалко одевать на гулянки, пока он стоял в коридоре и слушал, как она за дверью напевает про себя, его резко охватило тревожное чувство, растущий быстро в страх.

Когда девочка выбежала из комнаты и увидела ассасина, который стоял со страшным лицом, она сначала испугалась, но быстро взяла себя в руки.

— Пойдемте, я вас отведу к друзьям!

— Нет, давай снова пообщаемся, я вспомнил, что хочу еще задать тебе важные вопросы.

И не дождавшись ее ответа, направился в ту комнату и сел на тоже место, ожидая ошеломленную девочку. Придя, она немного была зла, но все же села и приготовилась слушать.

— Не злись ты так. — сказал Шевар с утихомиривающим голосом.

— Ты гуляла на заднем дворе? — задал неожиданный вопрос ассасин.

— Да… А что? — спросила недоумевающая девочка.

— В него можно попасть, не выходя из дома?— опять задал не понятный вопрос Хамелеон.

— Да…

Не дав девочке договорить, он вскочил и резко вылетел из комнаты в коридор. Там он встретил женщину с подносом в руках, в котором находились почищенные яблоки.

Женщина была в растерянности, ведь ассасин увидев ее стал, ходить по коридору и давил своим телом на доски, чтобы они скрипели. Иногда он делал странные шаги, где уже девочка и женщина смотрела на него глупым взглядом.

— Ты что делаешь дурной!? — вскрикнула девочка.

Шевар полностью проигнорировал девочку и повернулся к матери.

— У вас очень тихий шаг, что даже ассасин, который прислушивается к коридору, не услышал вас…

Мать на это заявление холодно улыбнулась и ответила.

— Не хотела вас беспокоить господин ассасин…

Шевар понял, что доказательств у него против нее сейчас нет и предъявлять обвинение бессмысленно только из-за догадок.

— Я покину вас на некоторое время, мне нужно проверить некоторую возможную информацию.

Игнорируя кричащую на него девочку, он вышел из дома.

«Эта мать… она все это время подслушивала мой разговор с девочкой, поэтому она говорила, так что я бы не прикопался.»

Ассасин аккуратно обошел дом и запрыгнул на задний двор, минуя слабенький забор. Задний двор выходил на узкий переулок, в котором не было людей.

«Если эта мать, все время подслушивала меня, что даже упоминала цветы и подготовила идеальное алиби, чтобы я не задал об этом вопрос и пыталась выгнать, рассчитывая, что буду проверять ее предоставленную информацию… учитывая ее разговор и показания девочки… то трупы должны быть здесь.»

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Подойдя к цветку, на котором была свежевскопанная земля он стал раскапывать. Спустя некоторое время он раскопал мешок, в котором были только кости.