Я же просто хотел поиграть... - Кока Касторский

комнату. Первая ее часть снесла ширму и врезалась в платяной шкаф. Вторая опрокинула столик и стулья. Высокий графин весело звякнул, упав на пол, и на мягком ковре стало расти темное пятно разлившегося вина. Стаканы разбились во время столкновения столика и части двери. И это было плохо. Я был гол и бос. Во время драки появлялся высокий шанс порезать ступни.

Первым в лунном свете, что лился из окон, в дверном проеме появился варбит. Лысый с замысловатой татуировкой на шее, как и все представители его расы выше меня на полторы головы и в два раз шире в плечах. Он ввалился в комнату, пригнувшись и вырвав своими плечами остатки дверного косяка и обналичку. На нем был кожаный камзол из грубой кожи и без рукавов, короткие штаны и тяжелые сапоги с коротким голенищем. Колени и верхняя часть голени оставались открытыми. На обеих кистях железные кастеты.

Громила не заметил меня, протопав до середины комнаты и с кривой ухмылкой уставился на перепуганную и трясущуюся эльфийку. Он не был одаренным, и я почему-то был в этом абсолютно уверен.

Почему? Хрен его знает. Просто знал и все.

Сразу за ним вошли еще двое. В длинных черных плащах с глубокими капюшонами, у первого на поясе была шпага.

Это он зря. Идти в помещение с длинной шпагой, где с большой вероятностью возможна драка… Да еще и закутаться в длинный плащ, что в первые секунды будет сковывать движения, пока его не скинешь… Значит, он и будет первым.

Второй остановился в проходе и знакомым шипящим голосом тихо сказал кому-то, кто остался в коридоре.

— Смотрите за входом и улицей. Если он вдруг выпрыгнет в окно…

Стоящий у перевернутого стола варбит сипло пробасил:

— Тут только маленькая эльфийская шлюшка, пацана нет.

И начал оборачиваться к своим подельникам, ждать пока он меня обнаружит, и дальнейшего мирного разрешения ситуации было глупо. И я начал действовать.

Первой жертвой стал тип в длинном плаще со шпагой. Я не стал пытаться сломать ему шею или нанести эффектный удар по темени, как это часто показывают в крутых боевиках, чтобы усыпить его. Мне надо выжить, а не красоваться своими боевыми навыками, тем более у меня в руках нож и на моей стороне эффект неожиданности. Острый заточенный как бритва заркарский нож с легкостью скальпеля вскрыл горло противника, перерезав грудино-ключично-сосцевидные и еще парочку мышц шеи, попутно вскрыв артерию. Мужчина забулькал хлынувшей в горло и дыхательные пути кровью, оседая на пол.

Здоровенный варбит сориентировался быстро, нанеся закованным в кастет кулачищем молниеносный удар мне в голову. Но я оказался быстрее. Мышечная память и навыки бывшего владельца моего тела сработали четко и филлигранно.

Я поднырнул под руку варбита, уходя от удара, одновременно оставляя глубокую резаную рану под его правой подмышкой, рассекая часть широчайшей мышцы. Надеюсь, анатомия варбитов не сильно отличается от человеческой. Хотя я не оканчивал медицинский, чтобы знать такие тонкости в анатомии человеческого тела.

Оказавшись за спиной верзилы, присел, закручивая корпус. Во время разворота полоснул по подколенному суставу обеих ног, перерезая сухожилия и связки. Лезвие ножа погрузил в тело ровно настолько, чтобы зацепить подколенную вену и артерию.

Варбит взвыл от боли и попытался резко обернуться, чтобы поймать охреневшего мальца, но не смог устоять на ногах и начал заваливаться. Два резких удара за правым ухом, заставили его захрипеть и успокоиться, но громила все еще был жив. Я это чувствовал.

Я чувствовал его боль и страдание. Чувствовал, как жизнь покидает его вместе с вытекающей из ран кровью. Да я бля реально видел тонкие струйки белесого тумана, что выходили из тела варбита.

С начала схватки прошло секунды три. Во всяком случае, я успел сосчитать ровно два удара сердца. Так учил меня Закис отмерять время во время боя. Замерший в дверном проеме тип в черном плаще и надвинутом на голову капюшоне, смотрел на меня и не мог поверить в произошедшее.

Он поднял руку, его кисть окутало серебристое сияние. Я приготовился к рывку, едва заметно сдвинув, согнутую в колене, правую ногу. Тело умирающего варбита лежало между мной и типом в дверях. Нас разделяло метра три. Ерунда, но навряд ли я с такой же легкостью убью его, как этих двоих. Он одаренный и наверняка имеет классовую специализацию.

— Постой, — шипящий голос был спокоен и тверд. Сияние вокруг руки не усиливалось, но и не исчезало. — Мы пришли не для того, чтобы тебя убить. Крокис действительно хочет просто поговорить.

— Зачем тогда было ломать дверь?

Я понимал, что возможно он просто тянет время, но и атаковать первым не хотел, отчетливо осознавая, что он может оказаться сильнее меня.

— Это все Шракес, — мой визави глазами указал на тело варбита. — Он никогда не отличался терпением.

Одновременно со стороны коридора раздались приглушенные выкрики, и звон скрещивающейся стали, прерывая наш короткий разговор.

Глава 7. Борьба за тело и побег на кладбище

Мужик в плаще быстро выглянул в коридор, затем вновь уставился на меня. Было заметно, что он не хочет отпускать меня, но и бросать своих товарищей, у которых сейчас явно возникли проблемы, ему не хотелось. Звуки схватки приближались.

Его рука, окутанная серебристым сиянием, все еще была направлена на меня.

— Я надеюсь, ты разумный человек. И знаешь, где найти Крокиса.

Он опустил руку и растворился в темноте коридора.

Я опустил глаза и заметил, что струйки непонятной и видимой только мне субстанции, поднявшись над телом умирающего варбита, рассеивались в лунном свете. Здоровяк был еще жив, но жить ему оставалось не больше минуты, под телом растеклась большая лужа крови.

Поддавшись необъяснимому порыву, положил руку ему на грудь.

Струйки жизненной энергии (праны, так здесь ее называют) потянулись к моей руке, обволакивая кисть. Они впитывались в кожу, словно разлитое кофе в бумажную салфетку. На мгновенье я испытал чувство эйфории и необычайной легкости во всем теле, а затем неведомая сила выбила меня из тела, и я оказался висящим у потолка в форме бестелесного духа.

Окружавшие меня предметы, да и все вокруг, вдруг стало серым. На полу все так же лежало большое тело варбита, белесые струйки тумана продолжали истекать из него.

Вот только теперь над ним склонилась немного дрожащая призрачная фигура. И это тоже был я. Точнее тот самый, настоящий Линус, тело которого я каким-то непостижимым образом занял. Он держал руку на груди умирающего, поглощая его жизненную силу и злобно ухмыляясь, смотрел