Чёрно-белый человек (СИ) - Ефим Сергеев

— Не наговаривай на хорошего человека!

— Ладно, ладно, — пошел на попятную Виктор, видя, что Маша сейчас расплачется. — давай лучше о будущем нашего творения подумаем. И попробуем накидать идей для новых сценариев.

— А я уже придумала кое-что, — похвалилась девушка и даже показала ему язык, — помнишь, мы были в парке Puy du Fou, нам там очень понравилось, — тут она прикусила губу и печально вздохнула.

Они там были ровно три года назад, всей семьей: Маша с родителями, Виктор с Наташей, все бабушки и дедушки. Этот парк — нечто большее, чем просто парк аттракционов. На его сайте совершенно справедливо написано: «Он признан лучшим парком аттракционов в мире и отличается от других развлекательных центров подобного типа». Там показывают потрясающее шоу на открытом воздухе — за пару часов перед глазами зрителей проходит вся история Франции. Без преувеличения — незабываемое зрелище. А какие там фейерверки! В полной темноте, когда гаснет всё освещение, даже на парковках. Краски настолько ярче, чем когда смотришь салют в городе… даже сравнивать не хочется![3]

— Ну вот, я и подумала, что можно делать клипы, подобные нашему, по истории любой страны, строя из песка на экране что-то из главных достопримечательностей, а в качестве помощников… Том и Джерри — если про Штаты, драконы — если про Китай, Кот в сапогах — если про Францию, Чиполлино и Пиноккио — если про Италию…

— Машуня, ты гений! — искренне восхитился Виктор. — Я завтра же звоню Олегу Васильевичу!

— Это кто? — недоумённо спросила Маша.

— Это сын той самой Анны Константиновны. По её словам — не последний человек в мире рекламы. Хочу с ним встретиться.

— Зачем?

— Ну как зачем? Ты что, думаешь, вот так просто взяли, залили ролик в сеть и сразу миллионы просмотров, слава, уважение. Ну и деньги, если их тоже иметь ввиду. Нет, если хочешь много благодарных зрителей и поклонников, надо как-то раскручивать своё детище.

— А как бы мы действовали, если бы он не подвернулся, — Маша упёрла руки в боки и ехидно ухмыльнулась.

— Или потратили бы кучу времени, чтобы разобраться как самим что-то можно сделать, или всё равно пришлось бы к кому-нибудь обращаться, — не принял шутливого тона Виктор.

— Фу, какой ты скучный! — надулась девушка, — нас и без всякой рекламы станут смотреть.

— Станут конечно. Весь вопрос в том: хочешь ли ты, чтобы зрителей было сто или сто тысяч?

— Да у меня только друзей во всех сетях уже около пятисот!

— Машунь, не придирайся к цифрам. Всё ты поняла, я же вижу.

— Ладно, встречайся со своим рекламщиком. Только мне потом отчитаться не забудь, — отбрила дядюшку племянница. — Кстати, — она взглянула на часы, — сейчас бабуля ужинать позовёт. Останешься?

— Нет, поеду. У вас как всегда всё диетическое. А это не из моего меню.

ГЛАВА 7

Уйдя от Маши, Руденко не поехал сразу домой. Подчиняясь странному желанию, доехал до Патриарших прудов. Хотя почему… «прудов»? Пруд ведь давно всего один. Если бы его спросили, почему он приехал именно сюда, Виктор, наверное, ответил бы, что у него не выходит из памяти образ того человека, со встречи с которым начались его странные приключения. А поскольку так похожий на него литературный персонаж появился изначально именно здесь, вдруг оно, это место, имеет какой-то особый смысл. Наверное, подспудно надеялся, что прямо тут его посетит какая-нибудь особо ценная мысль. Обойдя вокруг пруда пару раз, наконец увидел освободившуюся лавочку и, усевшись на неё, Виктор снова, в который уже раз затеял диалог со своим «внутренним собеседником».

— Когда лейтенант смотрел наше творчество, я молчал. Только за его реакцией следил. Если клип всё же как-то влияет на людей, то… да ну, совпадение просто.

— Не слишком ли много совпадений, которые оказывались вовсе и не совпадениями? — «двойник», как всегда, выступил в роли критика. — И почему бы не рассмотреть вариант, когда, как в шутку говорится: «ни одно доброе дело не остаётся безнаказанным»? Ну, типа — остаточный фон и всё такое…

— И кто же тогда в противоположных случаях пострадал, кроме журналюг и горе-водил?

— Это, конечно, неизвестно, но, может, кого и коснулось? Ты же проверять не будешь?

— Ну… возможно. Кстати, если с журналистами до сих пор что не так, пусть поправляются поскорей.

Действительно, оба журналиста с конца марта так нигде и не появлялись. Про Орлова писали, что он находится на лечении и отдыхе в Европе, но без подробностей. Правда, забегая вперёд, можно сказать, что передача «Субботний вечер с Рудольфом Орловым» снова начала выходить с седьмого сентября. Но совсем в другом формате.

— Вот-вот! Думай лучше что делать, если такое воздействие окажется реальностью, пусть и с небольшой вероятностью.

— Да что тут думать!? «Делай, что до́лжно и будь что будет» — не мной придумано, не мне и отменять.

* * *

Вот с таким неоднозначным настроем Руденко и встретился через пару дней с сыном Анны Константиновны.

Офис компании с непритязательным названием Media Advertising Group располагался на самой верхотуре одного из небоскрёбов Москва-Сити, что говорило о весьма неплохо идущем бизнесе. Он был небольшим, но очень уютным и стильным. У дизайнера удачно получилось соединить хайтековские элементы с тёмным полированным деревом и мягким ковровым покрытием в тех же тонах. Получилось, как в дорогом лимузине. Ну, примерно.

Секретарша — женщина лет тридцати, одетая в элегантный брючный костюм песочного цвета, сразу, как только Виктор вошел, поздоровался и представился, предложила пройти в директорский кабинет:

— Добрый день! Проходите, Олег Васильевич Вас ждёт.

Олег Васильевич Антонов оказался высоким представительным мужчиной слегка за сорок. Подтянутым, тщательно выбритым. Безупречный серый костюм, голубая сорочка, шейный платок вместо галстука, замшевые туфли и явно дорогие часы создавали образ человека знающего и умеющего вести бизнес. Обстановка кабинета повторяла по стилю приёмную, единственное, что несколько выбивалось из образа насквозь делового офиса — несколько небольших икон, стоящих на маленьком приставном столике. Хозяин кабинета поймал немного удивлённый взгляд Виктора, брошенный на них, но никак не отреагировал. Поздоровались. Уселись за гостевой кофейно-чайный столик, стоящий у панорамного окна во всю стену.

— Я так понимаю, — начал Антонов, — вы принесли ноутбук, чтобы показать тот самый клип, о котором мне с таким восторгом рассказывали дочь и матушка? — он кивнул на кейс, который Руденко опустил на пол рядом со столиком.

— Да, конечно. Иначе моя просьба о консультации была бы слишком умозрительной.

— Давайте посмотрим! Я в предвкушении, — немного театрально воскликнул хозяин кабинета и потер руки. — Мне действительно хочется посмотреть, — он примирительно улыбнулся. — Если