Игры богов - Мэри Филлипс

— Я в течение нескольких лет убирала самые большие и роскошные дома в Лондоне, так что мой опыт говорит сам за себя, — произнесла смертная. — А теперь я хотела бы применить свои умения в вашем доме.

— Брось, Артемида, — сказала Афродита. — Тебе не удастся спрятать ее от Зевса и Геры. Тебе же не нужны неприятности? Артемида, — обратилась она к девушке, — всегда ведет себя тише воды ниже травы. Она боится своих родственников.

— Зевс и Гера ничего не узнают, — возразила Артемида. — Если, конечно, она будет выполнять мои указания. Ты умеешь выполнять указания?

— Я буду трудолюбивой, послушной и тихой… — начала девушка.

— В этом я не сомневаюсь, — перебила ее Артемида. — Какова твоя дневная ставка?

Смертная все так же тихо назвала цифру.

— А ты проводишь дезинсекцию и дератизацию?

Ответом ей было характерное выражение лица девушки.

— Ты согласишься, если мы будем платить тебе на почасовой основе? Сможешь вывести в доме крыс и прочую гадость? Тараканов, мошек… Кажется, белок у нас нет.

— Я… — промямлила смертная.

— Тебе надо будет приходить каждый день, — сказала Артемида.

— Мы не в состоянии позволить себе это, — возразила Афродита.

— Очень даже в состоянии, — ответила Артемида. — Просто надо перестать покупать еду.

— Но мне нравится еда! — жалобно заявила Афродита.

— Очень жаль. Без нее вполне можно обойтись, а вот без уборщицы — никак. — Она повернулась к смертной: — Тебе придется неукоснительно соблюдать определенные правила. К завтрашнему дню я составлю для тебя список правил и заламинирую его.

У смертной был такой вид, что Артемида испугалась, как бы та не упала в обморок.

— Я… — начала было девушка.

— Можешь не благодарить меня, — сказала Артемида.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — заметила Афродита. — Привести сме… уборщицу в наш дом!

— Афродита, я ценю твою заботу, — произнесла Артемида, — но поверь, я хорошо знаю, что делаю. Девушка, приступай к работе с завтрашнего дня. А сейчас я иду гулять с собаками. Всего хорошего.

С этими словами она прошла мимо смертной, которая все еще растерянно смотрела на них, спустилась по ступенькам и вышла на улицу.

11

Элис не помнила, чтобы она соглашалась с предложенными условиями, но на работу все равно вышла. Она не любила крыс, однако оказалось, что убивать их ей нравится еще меньше — в этом не было никакой логики, и тем не менее… Ее жизнь превращалась в целую цепочку парадоксов («парадокс» — вот отличное слово для «Эрудита»), и на все, что происходило, она, похоже, никак не могла повлиять. Она зарабатывала больше, чем когда-либо ранее, и в то же время ей отчаянно хотелось вычеркнуть этот дом из своей жизни. Но каждое утро какая-то непреодолимая сила заставляла ее подняться с постели, умыться, одеться и подойти к покрытому трещинами, замшелому крыльцу, на котором она должна была молча ждать, пока ее запустят, — таково было одно из Правил. И каждый день она задавалась вопросом, зачем ей все это нужно. Ее чувства в данном случае, по-видимому, значили ничуть не больше, чем чувства пешки на шахматной доске. Тем не менее она сама приняла решение — разве нет?

Уже первый день принес с собой немало странностей, но это было лишь начало. Сначала Элис решила, что ей очень повезло — ведь она сразу же нашла работу, причем ставка оплаты была намного выше, чем в агентстве. Пуститься в свободное плавание ей предложил Нил. Его буквально взбесило решение руководства агентства — в результате он заявил, что незачем отдавать неизвестно кому немалую часть своего заработка, когда можно легко найти работу самостоятельно. Элис призналась, что ей очень сложно вступать в разговор с незнакомыми людьми и рекламировать себя, после чего Нил долго втолковывал ей принципы успешного общения и помог заучить фразы которые должны были произвести впечатление на работодателей. Элис была ему благодарна до глубины души: она знала, что Нил мог бы тратить свои вечера на намного более интересные вещи, чем помощь ей. Но молодой человек проявил настойчивость, при этом он несколько раз повторил, что чувствует за собой вину за случившееся.

Неприятное ощущение, что «повезло» — это не то слово, которое следует употреблять в ее ситуации, охватило Элис в ту самую секунду, когда она в первый свой рабочий день подошла к двери дома и подняла руку, чтобы дотянуться до исцарапанной ручки дверного молотка.

— Никогда не стучи нам! — сказала женщина, открывшая ей дверь. Это была Артемида.

Целых две минуты после того, как Элис увидела Артемиду накануне, она казалась ей самой красивой женщиной на земле, но потом появилась Афродита — и красота Артемиды сразу поблекла.

— А как же я буду входить? — спросила Элис. — Может, вы дадите мне ключ?

— Нет, — ответила Артемида. — Никаких ключей. Тебе достаточно приходить точно в установленное время, и тогда кто-нибудь тебя впустит.

— А что, если никого не будет дома?

— Мы всегда дома. Кстати, никогда не нарушай Правила. И никогда не заговаривай с нами первая. А теперь входи.

Элис переступила порог и вошла в прихожую.

— Правило номер один, — проговорила Артемида. — Никогда не поднимайся на третий этаж дома. Правило номер два: я всегда права.

Рассматривая дом, Элис что-то пробормотала в знак согласия. Дом был в ужасном состоянии — попросту говоря, грязным до невозможности. Элис ожидала чего-то подобного: грязь несложно было разглядеть через открытую дверь. Но девушке и в голову не могло прийти, что ее будет столько. Грязь и пыль покрывали все толстым слоем. Все здесь — ковер (Элис могла только предположить, что это ковер: ни фактуру ткани, ни рисунок разобрать было невозможно), стены, окна, которые пропускали мини, намек на дневной свет, — все было покрыто грязью до такой степени, что Элис чуть было не предложила хозяйке обратиться к археологам. Но для этого необходимо было заговорить.

То есть нарушить правило Артемиды и пойти против собственной натуры.

С трудом отдирая подошвы от липкого пола, Элис следом за Артемидой прошла несколько комнат. В глаза ей бросилась переломанная, перекошенная мебель, потолки были почти полностью затянуты паутиной, а плинтуса изрешечены крысиными норами. И все это время Артемида вслух зачитывала правила, причем не с одного, а с целых трех ламинированных листов.

— «Правило номер 29. Ни при каких обстоятельствах никого не впускай в дом. Правило номер 30. Одевайся только в консервативном стиле — ради своей же безопасности».

Элис лишь молча кивала. Артемида так ни разу и не повернулась, чтобы убедиться в ее согласии или хотя бы проверить, здесь она или уже сбежала из этого странного дома.