Жизель (сборник) - Джон Уиндем

– А теперь тихо! – сказал он дракону. – Будешь еще такое устраивать, я тебя далеко упрячу, и надолго. Хватит, пора спать.

Хвил и сам пошел спать, но в тот же момент, как он положил голову на подушку, уже наступил день – так ему показалось, а у порога дома стоял Идрис Боуэн и стучал в дверь.

Идрис выкрикивал что-то мало осмысленное, но Хвил сообразил, что еще что-то случилось, и потому надел пиджак и брюки и спустился вниз. Идрис бегом потрусил к своему дому и с видом фокусника распахнул ворота во двор. Хвил на несколько секунд потерял дар речи.

Перед курятником Идриса стояла самодельная западня из каких-то железных уголков и проволочного плетения. В ней среди цыплячьих перьев сидела, глядя на них топазовыми мерцающими глазами, какая-то тварь сплошного кроваво-красного цвета.

– А вот это дракон, – провозгласил Идрис. – Не то что твой пестрый, как в балагане карусель. Это настоящий, серьезный дракон с крыльями – видишь?

Хвил по-прежнему молча смотрел на дракона. Его крылья были сложены, и в клетке их негде было бы расправить. Краснота, как теперь можно было рассмотреть, становилась темнее на спине и внизу светлела, зловеще играя бликами в свете языков пламени из поддувала. Да, эта зверюга была посерьезнее, чем его питомец, и вид у нее был существенно более свирепый.

Хвил сделал шаг вперед, чтобы рассмотреть дракона поближе.

– Осторожней, друг, – предупредил Идрис, беря его за плечо.

Дракон скривил губы и фыркнул. Из ноздрей вырвался двойной язык пламени длиной в целый ярд – куда там зверушке Хеджесов! Воздух наполнился сильным запахом жженых перьев.

– Хороший дракон, – сказал Идрис. – Настоящий уэльский дракон! Он, видишь, злится, и не удивительно. Каково ему слышать о том, что в его стране поселился империалистический дракон! Вот он и пришел его отсюда выкинуть и скоро из твоего дракончика котлет наделает.

– Лучше бы ему не соваться, – сказал Хвил с уверенностью, которую сам не ощущал.

– И еще одно. Посмотри, он весь красный. Настоящий народный дракон.

– Ну, опять поехал за свое. Снова используешь драконов для пропаганды? Уэльский дракон уже две тысячи лет красный, и всегда был воином. Но он воевал за Уэльс, а не Драл глотку в борьбе за мир. Он хороший классный уэльский дракон, и не из того яйца, что подбрасывает твой старый дядя Джо. А этот, – сказал Хвил, – у тебя воровал цыплят, не у меня.

– Да ладно, на здоровье ему, – добродушно ответил Идрис. – Он сюда пришел выгнать твоего империалиста с нашей законной территории, и правильно! Нам в Ллинллоне эти перемещенные драконьи морды не нужны, и вообще в Южном Уэльсе – тоже.

– Проваливал бы ты к чертовой матери, – сказал соседу Хвил. – Мой дракон тихого нрава, никого не трогает и цыплят не ворует. Если ты к нам полезешь, я в суд подам на тебя и на твоего дракона – за нарушение спокойствия. Я тебе сказал, и ты это запомни. Пока.

Хвил еще раз взглянул в топазовые глаза красного дракона и зашагал к своему дому.

Вечером, когда Хвил сел ужинать, раздался стук в дверь. Бронвен пошла открывать и вернулась.

– Там к тебе Айвор Томас и Дэйфидд Эллис. Что-то по профсоюзным делам.

Он встал и вышел им навстречу. Они пришли с какой-то длинной историей насчет членских взносов, которые он будто бы не заплатил полностью. Хвил не сомневался, что все уплатил вовремя, но убедить этих двоих ему не удавалось. После долгого спора они, недовольно покачивая головами, согласились уйти. Хвил вернулся в кухню. Там его встретила стоящая у стола Бронвен.

– А дракона увели, – просто сказала она.

Хвил уставился на нее. Тут до него вдруг дошло, зачем они задерживали его так долго в бессмысленном споре. Он рванулся к окну. Задняя изгородь была повалена, и какие-то люди толпой за сотню ярдов от дома уносили на плечах клетку с драконом. Хвил повернулся и увидел, что Бронвен предусмотрительно заняла место в задних дверях.

– Воровство, а ты не позвала на помощь! – обвинил он ее.

– Они бы тебя отлупили и отбросили с дороги, а дракона все равно унесли бы. Это Идрис Боуэн и его компания.

Хвил снова выглянул из окна.

– А зачем он им нужен?

– Для боя драконов, – ответила ему Бронвен. – Они ставки делают. На уэльского дракона против нашего ставят пять к одному, и очень уверенно.

Хвил покачал головой:

– Неудивительно. Только это нечестно. У того дракона крылья есть, и он может нападать с воздуха. Неспортивно это, вот что.

Он снова выглянул из окна. К группе присоединялись все новые и новые люди, и они несли свой груз на пустырь, покрытый грудами шлака. Хвил вздохнул.

– Жалко мне нашего дракона. Убийство будет… Но я все-таки пойду посмотрю, чтобы Идрис Боуэн не пустился на грязные трюки. Драка бесчестная, так чтобы она не была еще бесчестней.

– А сам ты драться не будешь? Обещаешь мне?

– Послушай, девочка, разве я совсем дурак, чтобы драться один против пятидесяти? Поверь, мозги у меня есть. Пожалуйста.

Она неуверенно посторонилась и позволила мужу отпереть дверь. Затем схватила шаль и побежала за ним, повязывая ее на ходу.

Толпа собралась на плоском пятачке у подножия груды шлака и состояла из сотни примерно человек, и еще полсотни спешили присоединяться. Несколько самопровозглашенных распорядителей старались оттеснить толпу с середины пятачка, очищая для боя овальный ринг. На одном его конце свернулся в клубок красный дракон, озирая недобрым взглядом толпу. На другом конце поставили асбестовую клетку, и носильщики отскочили. Идрис заметил подошедших Хвила и Бронвен:

– А, это вы! Ну, сколько ставите на своего дракона? – Он нагло улыбался.

Хвила опередила Бронвен:

– Злобная твоя душонка и бесстыжие глаза, Идрис Боуэн! Ты свяжи своему дракону крылья, тогда мы и посмотрим. А так ты только и умеешь драться, когда у тебя подкова в перчатке. – И она оттащила Хвила в сторону.

А вокруг овального ринга заключались пари, почти все в пользу уэльского дракона. Потом на ринг вышел Идрис и поднял вверх руки, призывая к тишине.

– Сегодня у нас вечер спорта. Суперколоссальный аттракцион, как говорят в кино, сегодня и больше никогда – очень, кстати, вероятно. Так что делайте ставки. Как только прослышит про это английский закон, сразу же не станет драконьих боев, как нет петушиных.

По толпе пробежал шумок и смешок тех, кто знал о петушиных боях чуть больше, чем было известно английскому закону.

Идрис продолжал:

– Итак, я сегодня представляю вам чемпионат драконов. С моей стороны – красный дракон Уэльса, на своем поле. Народный дракон, и вы видите цвет народного дракона…

Раздались крики возражений, но Идрис перекрыл их:

– Слева – декадентский дракон империалистических эксплуататоров несчастного китайского народа, ведущего героическую борьбу за свободу под руководством великого вождя…