Выбор (ЛП) - Блэк Шайла

Другой доктор вскочил на ноги, стул заскрежетал по кафелю.

— Это абсурд, и я очень оскорблен.

— Прекрати приставать к ней, или я еще больше оскорблю тебя, ударив кулаком в лицо.

Рот ловеласа открылся и закрылся в безмолвном шоке.

— Вы угрожаете мне насилием? Я уверен, что администратор больницы будет рад услышать об этом…

— А теперь я шучу, — он одарил Мэннинга улыбкой, которая говорила одно: нет, он не шутит.

— Я могу назвать только одну причину, по которой ты сказал мисс Янг всю эту ложь обо мне. Ты хочешь ее для себя.

«Ну, разве ты не проницателен, придурок? Кто-нибудь, дайте этому парню приз…»

Последние две недели Бек мастурбировал, предаваясь мыслям о Хэвенли: милые ямочки и косички, большие глаза и сладкие мольбы. То, что он хотел от нее, было, вероятно, гораздо грязнее всего, о чем мечтал Мистер миссионерская поза. Конечно, это делало его лицемером. Но он защитит ее от всех этих придурков, гоняющихся за юбками, даже от Сета, который нравился Беку до тех пор, пока глаза этого говнюка не приклеились к заднице Хэвенли.

— Разве нет? — подстрекал его Мэннинг.

Сидя в своем кресле, Хэвенли повернулась и внимательно посмотрела на него. «Неужели ее интересует мой ответ?» Эта возможность заставила его член шевельнуться и потянуться.

— Конечно, тебе нечего сказать, Бекман, — с вызовом произнес Мэннинг. — Потому что я прав.

Бек нахмурился: — Я просто не удостаиваю ответом твою сексистскую чушь. Попробуй вести себя как взрослый человек и профессионал. Перестань относиться к работе как к мясному рынку, а к медсестрам — как к кускам задницы.

Глаза Мэннинга сузились в молчаливой угрозе. Этот придурок не испугался, что было одновременно глупо и прискорбно. У Бека были отличные навыки причинять боль, отточенные почти за два десятилетия. Боже, он бы с удовольствием продемонстрировал их прямо сейчас.

— Ты все неправильно понял. Я даю указания медсестрам. — Мэннинг надулся. — Я им помогаю.

«Да, вылезти из трусов и лечь на спину…»

— Если Хэвенли нужна помощь, у нее есть я. Не разговаривай с ней, не смотри на нее и даже не думай о ней. Или я расскажу отделу кадров все о тебе.

И этого было достаточно.

Пышный рот Хэвенли сложился в букву "О" от шока. На какое-то ослепительное мгновение Беку захотелось погрузить пальцы в ее ротик, накрыть ее губы своими и целовать до тех пор, пока она не забудет о существовании всех остальных мужчин.

Мэннинг пригвоздил Бека убийственным взглядом, а затем с яростным фырканьем расправил плечи перед Хэвенли.

— Я предлагаю вам отвести вашего сторожевого пса к ветеринару, мисс Янг. Ему нужна прививка от бешенства.

Когда пластический хирург резко отвернулся, Бек не удержался от едкого прощального укола.

— Гав.

Как только Мэннинг ушел, наступила тишина.

С гримасой сожаления-не-сожаления, он скользнул в кресло напротив нее:

— Я не хотел, чтобы это вышло из-под контроля.

— О, боже мой! Я так рада, что это случилось, — Хевенли хихикнула. — Это было забавно, и мне нужно было посмеяться. Неужели все, что вы говорили о нем, правда?

— Да, все.

— Неужели? Он и Кэтрин?

Бек кивнул: — И Марселла тоже.

— А студентка-медсестра?

— О, да. Вряд ли ты первая, кому он предлагает "открыть двери".

Она вздрогнула: — Ну и слизняк! Я ему сказала четыре… Нет, пять раз, что мне это неинтересно, и у меня нет времени на свидания, но он просто не понимает.

Бек все понял. Ее оправдания тоже не остановят его. Но встречаться? Черт, да что он вообще об этом знает? С тем количеством шлюх боли, готовых заниматься сексом без всяких обязательств, он об этом никогда не беспокоился.

— У Мэннинга не самая светлая голова, — протянул Бек. — Я не знаю точно, как он закончил медицинский факультет.

— Может быть, он просто нёс всякую… — она прикусила губу, как будто не хотела произносить очевидное.

— Хрень?

Она одарила его заговорщической улыбкой: — Именно.

Он рассмеялся, очарованный ее красотой, ее нежностью, ее очарованием. Ею всей.

«Боже, где мое мужское достоинство?»

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— В любом случае, спасибо, что подставил плечо, — пробормотала она.

— Ты защищаешь всех — Рейн, неудачника, даже меня. Это действительно благородно.

Бек чуть не поперхнулся. Его друзья обосрались бы от смеха, если бы услышали ее.

— Ты, гм… всегда пожалуйста.

Она подперла подбородок ладонью и послала ему задумчивый взгляд:

— И все же… у меня такое чувство, что ты можешь быть очень плохим парнем.

Хэвенли флиртовала? После того, как она сказала, что не ходит на свидания? Но опять же, все в ней было непрактично. Возможно, она даже не осознавала этого.

«О, я бы с удовольствием показал тебе, насколько плохим я могу быть, малышка».

— Возможно, ты и права, — ответил он, лукаво подмигнув.

Она пристально посмотрела на него из-под темных ресниц: — А разве это должно меня пугать?

— Я никогда не причиню тебе вреда. — «Если только ты сама не попросишь меня об этом».

Хевенли вздохнула.

— Я никогда не встречала такого человека, как ты.

— Что ты имеешь в виду? — «Похожего на зверя?»

— Интересный. Остроумный. Задумчивый.

— Ты забыла ещё добавить очаровательный, умный и красивый.

Она рассмеялась без малейшего намека на сдержанность: — И это тоже.

Бек мысленно перебрал остроумные реплики в своем репертуаре, готовый выкатить еще больше, чтобы заставить ее улыбаться: — Так откуда же ты приехала, с Марса?

— Ха! Вообще-то, нет. Я из маленького городка в Висконсине, — он не пропустил задумчивости, промелькнувшей на ее лице. — Учитывая разницу между Лос-Анджелесом и той местностью, с таким же успехом это мог быть и Марс.

— Ты очень далеко от дома, малышка.

— Ты все время так меня называешь. Я ведь не ребенок, ты же знаешь.

— Я вовсе не хотел тебя обидеть. Я просто говорю, что ты…

«Молодая. Неопытная».

Все то, кем он не был.

— Ещё совсем ребёнок, а уже влюблена по уши? — Я слышала это раньше. — Она пожала плечами. — Возраст всего лишь цифра.

Но она ошибалась. Это была банальность, которую произносили молодые люди, когда они были слишком циничны, чтобы признать правду. Но Беку нравилось ее поведение. Он не мог дождаться, когда сможет отодвинуть её барьеры, которые притягивали его, и прикоснуться к женщине под ними. А потом он научит ее сексу, боли и оргазму. Чувству его руки на ее пышном заду. Тому, как глубоко его член входит в ее киску.

— Как скажешь, — протянул он. — Итак, я никогда не был в Висконсине. Расскажи мне, на что это похоже. Я представляю себе много снега и поля сыра.

— Насчет снега это верно, но сыр не растет на полях, доктор Бекман. И если вы думаете, что я жила на Марсе, то с какой планеты вы?

Он был в восторге от того, что она уже швыряет остроты ему в ответ. — Ты говоришь как настоящая, но умная вертихвостка.

Когда она засмеялась, он был покорён. Боже, она его убивала.

— Ну блин. Я представлял себе страну добротного чеддера. Это просто позор. Хотя звучит восхитительно, — он подмигнул, обрадовавшись, когда она снова рассмеялась: — Парни в Висконсине, должно быть, лелеют разбитые сердца и согреваются по ночам воспоминаниями о твоих поцелуях?

— Нет, вряд ли. — Искорка исчезла из ее голубых глаз. — Я никогда не пробовала.

«Никогда… что? Её никогда не целовали? Господи, неужели она совсем невинна?»

— Так ты девственница?

«Пожалуйста, скажи "нет". Пожалуйста…»

Хэвенли просто склонила голову и покраснела.

Определенно девственница.

Гребаный сукин сын.

Бек не имел дел с девственницами. Это было еще одно его правило — и очень важное.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Пришло время избавиться от своего сокрушительного разочарования и сделать гигантский чертов шаг назад. Он всегда подозревал, что слишком стар и циничен для нее. Теперь он это знал. Если он выплеснет свое желание на Хэвенли, то полностью уничтожит девушку.