Стану ему женой. Ребенок от монстра - Мария Устинова

бояться! — отрезал Эмиль. — Вы ничего противозаконного не сделали!

На заднем плане раздался шум: разбуженная Дина спрашивала, что случилось. Эмиль отстранил трубку, я услышала приглушенное: «Это Лена».

— …пусть обратится в агентство.

Я слушала, как они препираются. Беспокоить Каца всегда было неловко, мне казалось, он нас с Аней недолюбливает, хотя никак не давал об этом понять. Но то ли я подспудно улавливала это шкурой, то ли такое впечатление создавалось из-за его холодности. Дина — другое дело. Я чувствовала, что она на моей стороне. И когда она вмешалась в разговор, сразу стало легче.

— Лена, обратитесь в охранное агентство, — вновь раздался голос Каца. — Они охраняли мою семью. Я позвоню, вас заберут.

— Даже если это что-то серьезное? — я вспомнила, как Эмиль не хотел лезть в разборки.

— Они специализируются на таких проблемах. Давайте адрес.

Точного адреса я не знала, но, как смогла, объяснила, в какое кафе меня занесло.

— Не выходите, — повторил он, прежде чем отключиться.

Я сжала трубку в кулаке и выдохнула — как будто холодом. Мучило жуткое предчувствие: случится что-то плохое. Такое же ощущение надвигающейся беды я испытывала, когда умерла мама, когда мы расставались с Андреем… Аня, уловив мою тревогу, начала хныкать.

— Т-ч-ч, — строго прошипела я, и посадила ее на колени.

Хорошо. Предположим, киллер мог узнать обо мне.

Достаточно было завести связи в криминальной среде и слухи бы донесли, что у Ремисова есть ребенок. Я открыла фото портрета, чтобы держать перед глазами. Пролистала, что было. Там были и другие мои работы: лучшие, те, которыми я гордилась и притащила на собеседование, наивно поверив, что они чего-то стоят.

Это единственное, что осталось от прошлой жизни, то, что я ценила. Но и эту ценность смяли и выбросили в мусор…

Мои рисунки, вдруг поняла я. Портфолио. Я ведь действительно поменяла все, что могла, но стиль не поменяешь — это во мне, часть меня, раньше мне говорили, что у моих работ есть «лицо», стиль автора. Я их много размещала в интернете, когда искала работу. Без портфолио никак, иначе я бы даже заказов не получила. Собирать его мне пришлось заново. Но по моим работам меня можно было бы найти… Если бы он говорил с кем-то, кто хорошо знает меня и мой стиль.

— Ах вы гады… — прошептала я, имея в виду свой старый круг художников.

Валера. Вита. Мои преподаватели — теоретически каждый из них мог меня узнать, не на сто процентов, но мог бы заподозрить мою руку. Особенно Валера. Не думаю, что зеленоглазый киллер допрашивал преподавательский состав, а вот мой бывший попадал в косяки с бандитами. Более того: два года назад к нему приходили, и чуть дух из него не вышибли.

Если киллер шел по слухам, то услышал бы, как мы с Андреем познакомились. И про мою подругу Виту, и про бывшего парня… Андрей мои проблемы уладил, а вот эти двое встряли на деньги.

Вита знала, что я беременна.

Валера прекрасно знал мой стиль, он мной восхищался. Знал, что я беру заказы в интернете, умел искать картинки. Этот момент не учли ни я, ни Эмиль. Не поэтому ли после «собеседования» киллер брал запись видео? Чтобы показать и точно убедиться, что это я? Сколько же он потратил на это времени, и стоила ли овчинка выделки? Кто ему нужен: мы с Анютой или Андрей? Ведь не зря же переспросил, когда я задала вопрос: а ты знаешь, где он?

Как Эмиль правильно заметил: это не значит, что Андрей жив.

Совсем нет.

Но зачем-то это было нужно.

Мысленно я проследила цепочку: киллер долго искал меня, пока не наткнулся на портфолио. Убедился, что это я. Подстроил, чтобы меня взяли на работу, где директор был его целью.

Не тронул меня, когда я его раскрыла. Хотя мог бы.

У меня было два объяснения странной игры: либо он хотел подставить Андрея, либо выманивал на меня. И если второе, то я догадалась, зачем на самом деле киллер забрался в мой номер.

Глава 11

Я расстегнула сумку и перекопала вещи, ощупывая каждую. Одежда, моя и Анина, игрушки… Куда он засунул жучок?

Андрей пользовался отслеживающими устройствами. Я по опыту знала, какими маленькими они могут быть. Может, так киллер и в гостинице меня нашел?..

В дверь кабинки постучали. Я вздрогнула, а Аня расхныкалась.

— Вы долго? — голос у дамы был немного истеричным.

— Да! — отрезала я. — Соседние свободны.

С неразборчивым бормотанием та хлопнула дверцей кабинки рядом. Чтобы не привлекать внимания, из туалета я вышла минут через десять, и мы с Аней устроились на диванчике в закутке перед ним, готовые спрятаться обратно при опасности. Я следила, чтобы нас не было видно из окон. Возможно, те люди, обыскав улицы и даже заглянув в кафе, пока мы скрывались в кабинке, уже ушли, но я не хотела проверять.

Аня крутилась на диване, капризничала — малышка давно хотела спать. Я пригладила ей волосики, закусив губу от боли за нее.

— Потерпи, Анечка, — чтобы занять ее, я сунула в ручки куклу.

Ту самую, которую Андрей купил.

Звонок раздался минут через двадцать — с незнакомого номера.

— Алло? — робко ответила я.

— Елена Макина? Вас беспокоит директор охранного агентства по поручению Эмиля Каца…

Я выдохнула от облегчения.

— Оставайтесь на месте. За вами приедут через несколько минут.

— Хорошо.

Я спрятала телефон в сумку и вытянула шею, чтобы видеть вход.

— Иди сюда, — подхватила хнычущую дочку вместе с куклой, готовая бежать или прятаться. — Посиди у мамы на ручках спокойно…

Когда дверь распахнулась, и в кафе появились двое мужчин характерного вида, хоть и в обычной одежде, нервозность достигла такой отметки, что я сразу вскочила, как ужаленная. Первой идти к ним боялась, и ждала звонка, сжимая ручки сумки.

Оглядевшись, один из них достал телефон. Тут же зазвонил мой.

— Елена, где вы? Мы готовы вас забрать.

Я направилась к ним, прижимая дочь к себе. Ане не нравилось, но она быстро успокоилась — вокруг было много интересного. Мужчины окружили меня: один подхватил под локоть, другой открыл дверь. Машина была напротив выхода. В компании профессиональных телохранителей я сразу почувствовала себя лучше. Если им доверяет Эмиль, то я могу тоже.

— Меня преследовали, — предупредила я на всякий случай. — Люди на черных джипах. Они недавно обыскивали улицу.

— Мы никого не видели.

Я хотела сказать о том, что в мои вещи могли напихать жучков, но просто не успела — нас посадили