Зачет по любви - Анастасия Градцева

авторами закончилось. Теперь надо еще отправить два отчета, а потом просмотреть смету…

Я не удержалась и душераздирающе зевнула. Но тут же испуганно прикрыла рот ладошкой.

– Ой, прости, это не значит, что мне скучно. Мне интересно! Правда очень интересно! Рассказывай дальше!

– Не извиняйся, я ничего такого и не думал. Ты просто устала, – его голос прозвучал неожиданно ласково. И рука как будто потянулась к моему лицу, но на полпути замерла и вернулась обратно, так и не коснувшись меня. – Хочешь, отвезу тебя?

– Тебе же еще работать надо.

– Надо, но я все это могу и из дома сделать. Едем?

– Да, конечно, я только забегу… – тут я неожиданно смутилась и быстро договорила: – в туалет.

– Давай, – спокойно кивнул он. Вдруг из кабинета раздался уже знакомый мне женский голос:

– Маааакс! Ты где потерялся?

– Иду, Карина, не кричи, – с некоторой досадой отозвался Макс, а потом добавил уже для меня: – Жди у крыльца, я туда подойду.

– Да, конечно, – пролепетала я, не веря своему счастью. Пулей сделала все свои дела, заскочила в кабинет за курткой, закрыла его и помчалась к дверям – чтобы не заставлять Макса ждать. Но в итоге ждать пришлось мне, и я изрядно продрогла, пока стояла. Сто раз пожалела, что вышла на улицу, а не осталась в здании, но обратно было уже не зайти: карточки-ключа у меня еще не было, его обещали сделать только через пару дней. Это все немного подпортило мой восторженный настрой.

А когда пришел Макс, то настроение у меня упало еще на несколько пунктов ниже, потому что – вот сюрприз! – он был не один, а с чертовой Кариной.

– Это Лика, – коротко представил меня Макс. – Будет Катиным ассистентом пока. А там посмотрим. Лика – это Карина.

В этот раз ей не удалось сделать вид, что меня не существует, поэтому она остановила на мне презрительный взгляд и процедила:

– Очень приятно.

– И мне, – не моргнув глазом соврала я.

Карина кивнула и будто в этот же момент забыла, что я тут стою.

– Макс, – томно выдохнула она, развернувшись к нему. – Так тебя что, не ждать сегодня?

– Нет, у меня еще много работы, – мягко ответил он.

– Трудоголик, – ласково упрекнула она и потянулась к Максу своими яркими пухлыми губами. А потом засосала его так откровенно, что у меня от ненависти и ревности все нутро обожгло. Я торопливо отвернулась, мечтая придушить эту тварь вместе с ее показательными выступлениями, а потом и Макса бонусом – за то, что поддавался.

Наконец отвратительные чмокающие звуки закончились, и я мрачно повернулась обратно к мерзкой сладкой парочке, ожидая, что ситуация продолжит ухудшаться и Карина поедет с нами.

Но, к счастью, Карина, в отличие от меня, не была нищебродом и владела своей личной тачкой, поэтому, пожелав Максу «спокойной ночи» своим грудным волнующим голосом, она направилась к очень даже недешевому мерсу. А мы пошли к нашей зелененькой Ауди.

– А Карина – это кто? – стараясь выдержать максимально нейтральный тон, спросила я, когда мы с Максом сели в машину.

– Карина – отличный автор, много пишет, а еще руководит сценарной группой по сериалу «Неудачник», – отозвался Макс, явно о чем-то думая.

Вот ее профессиональные заслуги меня сейчас интересовали в последнюю очередь.

– Любовница твоя? – холодно спросила я.

– Лика! – он вытаращился на меня и на мгновение потерял управление: машина чуть вильнула в сторону, но тут же выправилась. – Тебе не кажется, что это немного не твое дело?

– А что вы так нервничаете? – процедила я, почему-то переходя на «вы». – Я же просто спросила.

– И почему тебя это, скажи на милость, интересует?

– А почему бы и нет? Меня все, что связано с вами, интересует!

– Ты сейчас серьезно? – спросил Макс севшим голосом. В свете дорожных огней было видно, какое растерянное у него стало лицо.

– А похоже, что шучу? – задумчиво уточнила я.

– Непохоже, – тихо обронил Макс и замолчал.

Какое-то время мы ехали в тишине. Даже музыки не было. Впрочем, как и всегда.

– Почему ты никогда не включаешь себе песни по дороге? – спросила я, пытаясь быть непринужденной.

– Не люблю, устаю от звуков, мне нужна тишина, чтобы собраться с мыслями, услышать хотя бы себя и… Лика, блин! Да при чем тут вообще музыка? – вдруг вспылил Макс. – Что ты имела в виду, когда сказала, что я тебе интересен? Как человек?

– Как человек, – согласилась я и тут же добавила: – А еще как мужик. Кажется, я в вас втюрилась, Максим Владимирович.

– Подожди, – он нахмурился. – Значит, вчерашний поцелуй – это…

– Это то, о чем я не жалею. Я хотела – я поцеловала. Потому что не вижу смысла скрывать свои чувства.

– Ох какая же ты, – с тоской прошептал Макс и длинно выдохнул сквозь зубы. – Дикая… бесстрашная… Такая похожая.

И замолчал. Молчал до самого моего дома, а потом, когда подъехал к подъезду, остановился, развернулся, взял меня за руку, сжал горячими пальцами ледяную ладонь, и спокойно, словно неразумному ребенку, начал объяснять:

– Лика, мне очень лестно, что такая красивая юная девушка испытывает ко мне интерес. Но это невозможно. Я твой начальник, я тебя в два раза старше, а ты… ты даже младше моего сына! Это за гранью, понимаешь? У нас нет ничего общего. И уж тем более у нас не может быть никаких отношений.

– Тогда почему ты так смотрел на меня? С самого начала! И сейчас смотришь!

– Тебе кажется, – с некоторой угрозой сказал Макс. – Ты просто показалась мне интересной. В этом нет ничего того, что ты себе придумала.

– Значит, – проговорила я срывающимся от волнения голосом, – я тебе не нравлюсь как девушка? Совсем?

– Иди домой, Лика, – жестко, почти грубо приказал он, проигнорировав мой вопрос. – Иди домой, пока я не пожалел о том, что решил тебя взять на работу.

– Да пошел ты! – психанула я, дернула ручку машины и вылетела на улицу. Показала ему фак и гордо зашагала к подъезду.

Расплакалась уже дома, когда осталась одна – за закрытой дверью своей комнаты. А крыса Элька смотрела на меня из клетки сонными глазами-бусинками и, кажется, даже немного сочувствовала.

Глава 7. Главное – не сдаваться

Утром я позвонила Кате.

– Привет, – печально сказала я. – Думаю, мне надо увольняться.

На том конце провода поперхнулись и долго-долго кашляли.

– Ты ебу дала? – наконец прохрипела в трубку Катя. – С какого перепугу? Тебя еще даже не устроили толком.

– Это из-за Макса, – вздохнула я. – Поверь: там все очень и очень сложно.

– Он тебя увольняет?

– Нет,