Бурундук - Оскар Хавкин

Когда ящик окружили люди, бурундук заметался туда и сюда: то узкое чёрно-серо-жёлтое тельце у заслона, то у планок, то стремглав по круглой, гладко выструганной палке, прикреплённой-подвешенной к крыше решётчатого домика…

— Вот, — сказал дед, — от медведя ушёл, от канюка ушёл, от колонка ушёл, от деревенской дубинки ушёл — а к двум девчушкам в плен попал!

Уля присела перед ящиком, лицо вплотную к планкам. Кузя застыл, повернув к ней мордочку, и глаза у него были растерянные и печальные: «Что же вы со мной сделали, я к вам как к друзьям, я к вам с доверием, а вы?»

— Не сердись, Кузя, — сказала Уля. — Это мы чтобы ты по пути не потерялся, чтобы тебя никто не обидел… Как приедем домой, мы тебя сразу выпустим… Ну, скажи ему, Лера!

Кузя повернулся к ним полосатой спинкой и взял в обе лапки кедровую шишку. А девочки всё не отходили от ящика.

— Сами они как бурундуки — незащитные, — сказал тихо, про себя дед Савося, — только полосок нет, у медведя в лапах не побывали. И не дай бог!

Что он хотел сказать, девочки не поняли.

Солнце шло к западным хребтам, когда они покинули сайбу.

Впереди дед Савося с ружьём и рюкзаком за плечами. За ним Лера и Уля — по сумочке в одной руке у каждой и ящик с Кузей меж ними качается на палке.

А позади, прикрывая отряд, папа, тоже с вещевым мешком, ружьём и с чемоданчиком, где бумаги, карты, книги и письма с красивыми марками…

Они вышли на тропу за черёмушником, и тут Уля с Лерой приостановились и поглядели на оставленный ими стан. Опустевшая сайба, загасший костёр, блестевший сквозь кустарник ключик…

К осени дед Савося вернётся сюда, к своим плашкам и кулёмкам. Но Ули и Леры уже не будет. У них свои дела в городе.

Уля глядела на широкую спину деда, такую добрую, такую надёжную, и что-то хотелось ей сказать ему хорошее: «Не забудем, приедем, вернёмся…» Уля и Лера идут с папой вниз к реке, где их ждёт пароход. Их ждёт пароход, родной дом, школа, они идут к новой жизни… И вместе с ними рыжий и полосатый бурундук Кузя, которого тоже ожидают новый дом, новая жизнь и новые друзья… Может, поэтому таким вызовом этому неизвестному новому звучит в таёжной глуши Улина песенка:

Яблоки-веники,Весело мне.Весело мне,Весело мне…