Маршал с Лубянки. Берия и НКВД в годы войны - Александр Север

До сих пор мы говорили лишь о «штатных» партизанах, которые направлялись за линию фронта, скажем так, в индивидуальном порядке. А ведь были еще бойцы истребительных батальонов. Когда враг был далеко, они активно участвовали в охране прифронтовой полосы — ловили вражеских сигнальщиков и диверсантов, ликвидировали авиадесанты противника, охраняли общественный порядок и т. п. А когда враг уже был на подходе, то эти подразделения трансформировались в партизанские отряды. И уходили в лес на заранее подготовленные базы, где были не только землянки, но и запасы продовольствия.

Сейчас уже сложно сказать, кто предложил использовать бойцов истребительных батальонов в качестве кадров для партизанских отрядов, но сама идея была гениальная. Хотя бы потому, что истребительные батальоны комплектовались местными жителями. А это значит, что они прекрасно знали район дислокации партизанского отряда. Также была предусмотрена военная подготовка. Все бойцы имели огнестрельное оружие. Командирами назначали кадровых военных или чекистов.

Если рассматривать роль Лаврентия Берии в этом проекте, то он как минимум не мешал своим подчиненным в реализации этой идеи. Хотя по отдельным косвенным признакам можно утверждать, что главный герой нашей книги принял активное участие в реализации этого плана. Штаб истребительных батальонов в структуре центрального аппарата НКВД очень быстро занял свое место. А, учитывая медлительность и неповоротливость бюрократического механизма этой структуры, можно предположить, что необходимыми согласованиями занимался сам нарком внутренних дел.

Об истребительных батальонах мало писали в нашей стране. Поэтому существует определенный стереотип. Для неспециалистов эти воинские формирования ассоциировались с дивизиями народного ополчения. Если последних, вместе с курсантами военных училищ, использовали для прикрытия «дыр» в обороне Москвы, то первых для отлова немецких парашютистов. Необученные, плохо вооруженные и негодные к строевой службе инвалиды, безуспешно пытались поймать прекрасно подготовленных вражеских агентов, путаясь под ногами у доблестных сотрудников военной контрразведки, чекистов и милиционеров.

Непонятно, правда, почему 1700 истребительным батальонам (общая численность превысила 328 тысяч бойцов) руководство страны доверило охрану жизненно важных объектов (электростанции, склады, железнодорожные станции и т. п.), несение патрульно-постовой службы в населенных пунктах, а также выполнение различных оперативных задач органов внутренних дел и государственной безопасности. Начальники истребительных батальонов имели право широко использовать агентурно-осведомительный аппарат органов НКВД-НКГБ, а также создавать собственные агентурные аппараты из лесников, пастухов, железнодорожных обходчиков и других людей. Их использовали для выявления парашютных десантов и диверсантов противника.

Использование истребительных батальонов доказало свою эффективность. Например, УНКВД Московской области с помощью бойцов этих подразделений задержало более 200 агентов фашисткой разведки.

В высокой боеспособности действия этих подразделений нет ничего удивительного. Большинство бойцов истребительных батальонов прошло специальную военную подготовку, да и со здоровьем у них все в порядке. В действующую армию они не попали из-за того, что получили отсрочку (например, работая на важном производстве). Их планировалось использовать в качестве бойцов партизанских отрядов (после того, как районы их проживания займет противник). А, например, в Москве им предстояло, наравне с бойцами 2-й мотострелковой дивизии НКВД, участвовать в обороне каждого дома. Сложно представить, чтобы такое ответственное задание поручили людям, не способным держать оружие. Участников будущих уличных боев в столице специально обучили борьбе с танками.

А на Кавказе истребительные батальоны значительно лучше, чем войска НКВД, не только боролись с бандитизмом, ловили вооруженных дезертиров и агентов немецкой разведки, но в качестве проводников и разведчиков участвовали в битве за Кавказский хребет. Объяснение этому простое. Они родились и выросли в горах, знали все тропы и имели подготовку для действий в условиях гор. К тому же они были местными жителями и сразу могли обнаружить чужака.

Часть истребительных батальонов осенью 1941 года превратилась в полноценные партизанские отряды. И отдельные формирования продолжали сражаться в тылу противника на протяжении всей войны.

Когда немцы захватили значительную часть советской территории, то руководству страны пришлось учитывать опыт партизанского движения войны 1812 года и Гражданской войны.

В опубликованной 29 июня 1941 года секретной Директиве СНК СССР и ЦК ВКП(б) «Партийным и советским организациям прифронтовых областей» предписывалось: «В занятых врагом районах создавать партизанские отряды и диверсионные группы для борьбы с частями вражеской армии, для разжигания партизанской борьбы всюду и везде, для взрыва мостов, дорог, порчи телефонной и телеграфной связи, поджога складов и т. п.».

Для Лаврентия Берии это указание стало своеобразным разрешением на организацию партизанского движения на оккупированной территории.

В частности, была издана директива НКГБ СССР о развертывании агентурно-оперативной работы органов госбезопасности от 1 июля 1941 года. В ней были четко расписаны задачи чекистов по организации партизанских отрядов на оккупированной врагом территории.

В ней указывалось: «…Чекистский аппарат, как гласный (кадровые сотрудники НКГБ. — Авт.), так и секретный, должен быть подготовлен для активной борьбы с врагом в любых условиях, в том числе и подпольных.

В этих целях приказываю немедленно приступить к осуществлению следующих мероприятий…» — и далее в десяти разделах были подробно расписаны задачи чекистов.

В первом разделе говорилось о том, что «весь негласный штатный аппарат НКГБ, сохранившийся от расшифровки, подготовить для оставления на территории, в случае занятия ее врагом, для нелегальной работы против захватчиков». Указывалось на необходимость разделения его на отдельные резидентуры и заблаговременное определение способов связи. Основная задача подпольных структур — «организация диверсионно-террористи-ческой и разведывательной работы против врага».

Во втором разделе говорилась о принципах отбора в такие резидентуры. В частности, кроме «преданности делу Ленина — Сталина» от человека требовалось умение владеть оружием и способность решать поставленные перед ним задачи.