Журнал «Приключения, Фантастика» 6 92 - Александр Чернобровкин

— Заскочу как-нибудь на днях, — пообещал я полусерьезно и спрятал жетон. Черт его знает, как повернется жизнь, а укромное местечко никогда не помешает.

Около полуночи меня отыскал Лок Менрайт. Он прямо истекал любезными улыбками, дарил их направо и налево и так легко гнул спину в поклонах, будто раньше его обязанностью было вылизывать гостям подошвы. Мои подошвы в число избранных не входили, поэтому Менрайт разговаривал со мной, одев на лицо будничную улыбку, причем восьмизубую. Значит, дела мои совсем плохи.

— Шеф ждет вас.

Аудиенция состоялась в большом кабинете, расположенном в левой башне. Кабинет был обставлен скромно, богатство хозяина выдавали лишь висевшие на стенах картины, каждая из которых была включена в Фонд Шедевров. Шеф, бодрый старичок с маленькой головкой, большими ушами и огромной лысиной, утопал в глубоком кресле. Он сплел пальцы рук перед грудью, оперся на них острым подбородком, и создавалось впечатление, что голова лежит на плахе. Позади кресла стояли две держиморды. На мое приветствие шеф медленно закрыл и медленно открыл глаза. Бесстрастный взгляд их прощупал меня от темечка до ногтей на ногах и, я думаю, оценил с точностью до одного экю. Такое я не умею, зато хорошо оцениваю степень порядочности, что и проделал. Оба были не в восторге от объекта изучения, оба попытались скрыть это, и оба не сумели.

— Садись, — тоненьким, изношенным голоском разрешил шеф.

Я погрузился в кресло, стоявшее напротив него.

— Что будешь пить? — Во время деловых разговоров не употребляю, — скромно заявил я.

— Качество, достойное подражания, — изрек шеф и укоризненно посмотрел на Менрайта.

Управляющий борделем сделал глотательное движение, точно хотел затолкать назад, в желудок, прилившую к лицу бледность.

Шеф улыбнулся уголками губ, повернул глаза в мою сторону и ласково, как добрый дедушка спрашивает любимого, но балованного внука, поинтересовался:

— Сынок, ты не удовлетворишь мое любопытство: почему ты предпочитаешь корабль деньгам, на которые можно купить лучший?

— Допустим я влюбился в яхту.

— Любовь, любовь… — старик хихикнул. — Эх, молодежь, у вас одно на уме… Я бы тебе, сынок, посоветовал…

— В советах не нуждаюсь, — оборвал я. Шеф долго хлопал ресницами, удивленный пренебрежением к его советам. Взгляд его, потеплевший было, опять покрылся корочкой бесстрастности, и я понял, что оттолкнул протянутую мне соломинку. По крайней мере, для шефа я уже перестал существовать. Пока только для шефа.

Он вынул правую руку из-под подбородка. Стоявший справа телохранитель вложил в нее документы.

— Договор дороже денег, — сообщил шеф таким тоном, будто именно он и только сейчас додумался до этого, и протянул документы Менрайту.

Управляющий взял их двумя руками и передал мне. Я вручил в обмен на них старый пусковой жетон корабля.

Шеф сделал едва заметный жест рукой — проваливайте! — и опять подсунул правую часть плахи под подбородок. Эх, топор бы мне!..

Лок Менрайт догнал меня в коридоре и возмущенно закаркал, перейдя вдруг на «ты»:

— Как ты мог, разговаривать с шефом таким тоном?! Это самый богатый человек на планете! Одно лишь казино «Черная дыра» приносит ему полмиллиарда в год!..

Ах, он, оказывается, хозяин «Черной дыры»?! Это судьба! Если бы у меня была совесть, она бы не мучала после того, что я сделаю. Потому что это будет ответ на будущий поступок шефа.

Менрайт, догадавшись, что слова его колышут только воздух, убавил громкость и возмущенность, спросил деловито:

— Пробудешь здесь до утра?

— Вряд ли. Поболтаюсь еще часика два-три и полечу в отель. Надо отдохнуть перед стартом.

— Счастливого пути! — с многозначительной улыбкой пожелал Лок Менрайт и затерялся в толпе гостей.

Вылетел я в половине третьего. Переключившись на автопилот, ждал ответа, каким способом попробуют меня убрать. О том, что это случится, я догадался, когда получил в свое распоряжение флайер шефа: об исчезновении этой машины никто не узнает и никто не заявит в полицию. Каким способом он исчезнет: взрывное устройство или собьет другой флайер? В любом случае это случится не около виллы. Скорее всего, между двумя грядами невысоких гор. Ближняя гряда была чуть выше дальней, и я решил этим воспользоваться. Вот и ответ: флайер без сигнальных огней догнал меня, пристроился в хвост и сбавил скорость. Нас разделяют минуты две полетного времени. Мне их хватит.

Я достал из холодильника пакет. В нем был наспинный летательный аппарат для любителей прогулок на свежем воздухе. Я одел аппарат и, когда флайер пролетел над ближней грядой и резко снизился, выбросился из кабины.

Угадал прямо на верхушку дерева. Ветки изрядно похлестали меня по лицу и рукам, досталось и телу. Зато преследователь, черной тенью промелькнувший надо мной, ничего не заметил. Я видел, как он быстро догнал мой флайер и произвел выстрел из электропушки. Заряд был мощнейший, флайер буквально вспыхнул электрической лампочкой и сразу же потух, словно перегорела нить накала. Через несколько секунд где-то внизу заскрежетало, точно тупым ножом вспарывали консервную банку. Наемный убийца выстрелил еще раз, видимо по обломкам, и исчез в направлении виллы.

Время три ноль-две. Мой (теперь уже мой) корабль две минуты назад стартовал с космодрома. То-то шеф будет озадачен исчезновением яхты. Ну, это его трудности. А мы займемся преодолением своих — посвятим на свидание с кораблем. Погодка, конечно, не прогулочная и одет я легко, но делать нечего. Особенно доставалось от холодного ветра. Он добрался до каждой косточки и словно тряс их, проверяя, надежно ли закреплены. Вроде бы надежно. Через час и три четверти я засек сигналы передатчика, вживленного в тело Тука. Еще двадцать минут полета, и карманный пеленгатор вывел меня на двуногого (в честь Родроба, наверное) фаготекса. Тук проводил меня к кораблю, замаскированного под скалу. В свете только что взошедшего солнца я проверил маскировку и счел Родроба достойным называться моим учеником.

— Ну что, Тук, не надоела тебе эта побрякушка в лапе? — спросил я, забравшись вслед за фаготексом в корабль.

Тук настолько быстро сунул мне под нос лапу с передатчиком, что сомнений быть не могло.

— Не волнуйся, сейчас снимем. Больше она нам не нужна.

9

Уже около часа сидели мы с Туком в подвале казино «Черная дыра». Постепенно затих над нашими головами шум последнего, третьего, дня фестиваля, даже самые азартные игроки вынуждены были оставить в покое рулетки и колоды карт: пошел пятый час понедельника, казино закрылось. Теперь шла сдача недельной выручки в банк. Переводили ее по многоканальному кабелю, вделанному в стену. Прямо передо мной в стене темнел проем, снятая панель лежала на полу. В проеме клопом присосался к кабелю прибор, изготовленный руками изобретателя-самоучки. Отсасывал здорово: цифры на табло еле успевали переплетаться из одной в другую. Вскоре они замерли, достигнув миллиона, и кредитная карточка выскочила из прибора. Я забрал ее и вставил следующую. На табло на миг появилась однозначная цифра, сменилась двузначной, эта, чуть медленнее, — трехзначной. Пошел отбор девятой доли. Всего их будет десять: я оценил покушение на мою жизнь в десять миллионов экю.