Сирийские перекрестки цивилизации - Андрей Скляров

Говорит ли это хоть что-то о «полной правоте» Танаха и Ветхого Завета?.. Конечно, нет. Как ничего не говорит и просто о степени соответствия реальной истории тех или иных частей этих религиозных источников.

И более того – в архиве Эблы имеются и тексты, которые входят в прямое противоречие с данными религиозными источниками. И уже хотя бы из-за этого архив Эблы нельзя считать никаким «доказательством» Танаха и Ветхого Завета.

Например, упоминается наличие текста о сотворении мироздания, в котором создание земли, небесных светил и всего прочего в мире приписывается одному богу, что согласуется с монотеистическими учениями. Но в том же архиве Эблы фигурирует не один, а множество богов. Указывается, что найденное число «имен» богов достигает аж почти пяти сотен. Конечно, самих богов может быть значительно меньше. Так, скажем, даже в современных монотеистических религиях единый бог называется и другими «именами»-титулами – он Бог, Господь, Вседержитель, Всевышний, Вышний, Всемогущий и так далее и тому подобное. Аналогично и в текстах Эблы за целой группой каких-то «имен» может скрываться на самом деле один конкретный бог. Но никак не за всеми пятью сотнями «имен». Так что количество эблаитских богов заведомо больше единицы. Подтверждают ли в этом случае тексты Эблы Танах и Ветхий Завет?.. Как раз наоборот – архив Эблы не подтверждает, а опровергает центральный догмат монотеистических религий.

Можно привести и другой пример. Так, в найденных текстах есть и повествование о Потопе. Но эблаитское описание соответствующих событий гораздо ближе к известным месопотамским повествованиям о Потопе, нежели к библейскому тексту. При этом эблаитский текст оказывается самым древним из известных нам в настоящее время подобных повествований, относящихся к сирийско-палестинскому региону. Соответственно, он гораздо ближе по времени к самим описываемым событиям, чем другие источники, а потому (хотя бы чисто теоретически) в нем следует ожидать и меньшего количества искажений, нежели в более поздних источниках типа Танаха и тем более Ветхого Завета. Так что и здесь тексты Эблы вовсе не «за», а «против» упомянутых религиозных источников.

В целом же можно констатировать, что все эти политико-религиозные страсти, описанные выше, не стоят и выеденного яйца…

Рис. 46. Остатки сооружений на Акрополе

Эбла – взгляд со стороны

В Эблу мы приехали уже под занавес дня после длинного перегона, начавшегося еще в ливанском Баальбеке и включавшего посещение ранее описанных крепости Крак-де-Шевалье и Апамеи. Дело близилось к сумеркам, и гид нас активно поторапливал. Но местные смотрители были к нам весьма благосклонны, поскольку и в то мирное время посетители не баловали Эблу своим вниманием. Так что мы успели осмотреть и отснять все, что нас могло заинтересовать. Этому способствовало и то, что, хотя размеры древнего города и очень большие, но археологи раскопали лишь немногие его отдельные части.

В некотором смысле Эбла нас разочаровала. И не потому, что там было не на что посмотреть. Как раз наоборот – многие детали весьма показательны. Просто мы ожидали чего-то большего…

То, что археологи назвали «зиккуратом», на широко известные шумерские зиккураты совершенно не тянет. Относительно небольшая конструкция из необожженных кирпичей с оштукатуренными и покрашенными в белый цвет стенами. Здания и сооружения города возведены также из глиняных кирпичей на каменном фундаменте. Фундамент в большинстве случаев – из обычного рваного необработанного камня. Вроде бы ничего особенного – полный примитив, прекрасно согласующийся с уровнем строительных технологий того времени, каким историки датируют Эблу. Но…

Местами (в том числе и под кирпичом из глины) встречаются явно неплохо обработанные блоки из известняка и туфа прямоугольной формы с весьма неплохими плоскостями сторон. В сохранившихся конструкциях эти блоки используются в качестве облицовки и поставлены вертикально, что создает определенное сходство с сооружениями в Паленке (Мексика) и Чавин-де-Унтаре (Перу).

Мягкость породы каменных блоков допускает их ручное изготовление с помощью довольно примитивных технологий. Однако временами смущает ровность плоскостей. Чем и как ее добивались?..

Примечательный момент – здесь явно ощущается определенный дефицит обработанных ровных блоков. Часть образованных ими стен сложена из необработанного камня и тех же глиняных кирпичей. И возникает закономерный вопрос: если каменные блоки были в таком дефиците, что их хватало лишь на очень ограниченную часть облицовки нижней части стен основных сооружений на Акрополе, то зачем их вообще изготавливали?.. Зачем тратили время и силы на вытесывание ровных поверхностей и транспортировку блоков, если столь же ровные стены легко получались в результате простого оштукатуривания кирпичных стен тут же рядом?..

И особенно остро эти вопросы встают при виде довольно больших блоков, которые использованы в качестве облицовки ворот в мощной городской стене. Высота этих блоков – порядка человеческого роста, а вес доходит до нескольких тонн. Ради чего был совершен этот трудовой подвиг?.. При этом опять-таки вплотную к этим ровным блокам примыкают участки стен, сложенные из очень грубо обработанных небольших блоков или вообще из рваного камня…

Рис. 47. Стена городских ворот Эблы

Тут буквально напрашивается версия, что в данном случае мы имеем лишь повторное использование древних блоков, ранее служивших строительным материалом для более совершенных сооружений гораздо более развитой цивилизации. Эблаиты только использовали чьи-то более древние руины – точно так же, как это делали майя в знаменитом Паленке. И как в Паленке, в Эбле было весьма ограниченное количество ровных древних блоков, поэтому эблаиты использовали их лишь в некоторых местах наиболее значимых сооружений – тех, чье особенное положение нужно было обозначить столь внушительной облицовкой. Ну или где (как на воротах) нужно было пустить пыль в глаза гостям из дальних мест.

Рис. 48. Вторично использованные блоки в нижнем ярусе дворца Паленке

Но если в Паленке вторичное использование подобных больших ровных блоков довольно очевидно, то в Эбле оно не столь явно. Хотя их дефицит и неоспорим. Однако этот же дефицит (то есть ограниченное количество больших ровных блоков) не позволяет провести хоть какую-либо идентификацию той цивилизации или культуры, с которой они изначально соотносились…

И еще пара попутных общих соображений, которые хочется привести в связи с той версией истории Эблы, что предлагается ныне представителями академической науки.

Первое соображение.

Оседлые поселения (и города, как их частный случай) тесно связаны с такой деятельностью, как земледелие. Охотники и собиратели не привязаны так к одному месту, как земледельцы, которым нужно дожидаться урожая на засеянных ими полях. Все же очаги древнейшего земледелия, согласно выводам известного советского ученого Николая Ивановича Вавилова (по результатам его многочисленных экспедиций в самые регионы и на основании сравнения им диких и культурных сортов растений), располагались вовсе не в долинах крупных рек, являющихся низменностями, а в предгорных районах и на плоскогорьях. Так, например, долину Нила Вавилов признал вторичным очагом земледелия, а ближайшие к нему первичные очаги располагались в Абиссинии (ныне Эфиопия – место, откуда Нил берет свое начало) и в районе так называемого «плодородного полумесяца» (восток Анатолийского полуострова с прилегающими районами Палестины).

В качестве времени возникновения земледелия в этих первичных очагах Вавилов обозначал время примерно 10–15 тысяч лет назад. Появление же первых известных историкам цивилизаций в долинах крупных рек – в Египте, Междуречье и в долине Инда – относится к периоду IV–III тысячелетия до нашей эры, то есть существенно позже. Это также согласуется с тем, что земледелие в долинах этих рек появляется уже на более позднем этапе. Соответственно, и оседлые поселения, в том числе и крупные (города), в долинах рек должны появляться позже, нежели в предгорьях и на плоскогорьях, в районах первичных очагов. Все это очевидно с точки зрения обычной логики.

Однако историки проигнорировали эти выводы Вавилова (насколько мне известно, подавляющее большинство из них даже не в курсе того, что такие исследования имели место) и придумали свою собственную схему, согласно которой (как уже указывалось ранее) города появлялись раньше всего в долинах крупных рек. Именно поэтому обнаружение Эблы произвело среди ученых кругов «сенсацию» и заставило их пересматривать свою ошибочную теорию, хотя открытие это было совершено в 1975 году, а Вавилов опубликовал свои выводы еще в 30-х годах XX века, то есть почти на полсотни лет раньше.