Проклятые (СИ) - Нонна Монро

которые зацепились за наши со Скоттом футболки. Один из шипов оцарапал руку. Багряно-черная кровь проступила на запястье. Скотт отскочил, куст сильнее оттянул его футболку, оголяя загорелый торс. Я отвела взгляд, спешно растирая кровь, и отцепила ткань от растения. Софи окинула меня недоумевающим взглядом. Видимо мои щеки вновь вспыхнули. После мы наткнулись на поваленные деревья на земле, полностью укрытой мхом. Вдали показались очертания ветхого дома.

— Я заберу Скотта в лагерь. — Николас резко остановился. Его карие глаза на несколько секунд стали желто-оранжевыми — волчий инстинкт.

— Спасибо, Николас. — Я мягко сжала его мозолистую огромную руку. Кожаные браслеты со стальными вставками украшали жилистые запястья.

Он отмахнулся и направился в сторону лагеря. Скотт некоторое время поглядывал на нас. Почему-то я не смогла отвести глаз. Так и смотрела, пока он с Николасом не скрылся из виду.

— Пойдем. — Софи решительно запрыгнула на дерево и протянула мне руку. — Наконец-то узнаем, почему должны были избегать лесную ведьму.

Глава 8

Сивилла

— Опиши его! Как он выглядит?

— Как выдержанное красное вино. Именно красное, Арлайн, — ухмыльнулась я, пускай сестра и не могла увидеть мою улыбку.

— Тогда не в моем вкусе.

Я живо представила, как она закатила глаза и откинулась… на что-нибудь. Где бы сейчас не была. Может кресло или диван. Или же шезлонг возле бассейна на крыше безумно дорого здания.

— Чем сейчас занимаешься?

— Вокруг моей поляны бродят волки. Не знаю, что им надо, но на всякий случай сижу на дереве.

— На дереве? — я едва не выплюнула выпитое шампанское на официанта, который с задумчивым видом подошел к моему столу. Из-за спины он достал симпатичную бутылку красного вина.

— Мисс, вам небольшой подарок от того молодого человека. — Он указал пальцем именно туда, куда я рассчитывала.

— Я не хочу пробуждаться, — заупрямилась Арлайна, и я вновь представила, как она складывает руки на груди и надувает губы. — Чего бы ни хотели эти волки, пусть еще немного подождут. Пробуждаться всегда так утомительно.

Я улыбнулась тому самому парню и мирно дожидалась, пока официант наполнит бокал вином. Слух ласкала незатейливая мелодия, которую наигрывал музыкант на фортепиано. Было приятно сидеть в этом безумно дорогом ресторане, на мягком красном кресле и наслаждаться неприлично вкусными блюдами, от которых я готова визжать от восторга. Интерьер напоминал залы прошлого века: сочетание небесно-голубого, золотого и ослепительно белого. Над фортепианном раскинулась шикарная хрустальная люстра, состоящая из изящных капелек. Они невесомо парили на тонкой леске, от чего казалось, будто идет дождь из кристаллов.

— И чего ты замолчала? — с укором произнесла Арлайна. Ее прерывистое дыхание отдалось свистом в голове. — Эти волки так и отбивают пороги. Чего им только надо?

— А ты пробудись и пообщайся. Вдруг случилось чего.

— И почему именно волки помнят, где примерно находиться наша поляна! — возмутилась Арлайна.

— Потому что, если что-то произойдет с лесом, они успеют тебя предупредить, — парировала я.

— С моим домом ничего не произойдет.

— И почему природа не наделила тебя состраданием?

— Кто-то из нас должен был быть сукой. Эта участь досталась мне.

Мне надоело сидеть в одиночестве. Откинув прядь золотистых волос, я грациозно двинулась в сторону незнакомца, щедро угостившего меня вином. В этом теле и платье я выглядела неотразимо. И его взгляд лишь подтверждал мои убеждения. В отличие от Арлайны, я умела создавать красивые тела.

— Добрый вечер, — промурлыкал незнакомец, когда я заняла кресло напротив него.

— Сивилла, не смей оставлять меня одну! — закричала Арлайна, отчего в голове, словно прозвучал гром. — Я, кажется, просижу на этом дереве до самого утра.

— Пересядь на другое дерево, — ответила ей я, но губы мои растянулись в улыбке. Удобно, что мы с сестрами можем общаться с помощью мыслей и необязательно раскрывать рот, выставляя себя посмешищем.

— Бруэтта, ты слышишь? Она предлагает пересесть мне на другое дерево!

— И чем же тебе не нравится эта идея? — спокойно ответила наша сестра, и я едва сдержала смешок. Если кто и мог разделить мой сарказм, так это Бруэтта. — А еще лучше перескакивай с одного до другого, а потом садись на самолет и тащи свой зад ко мне. Так уж и быть, оставлю тебе несколько стаканов виски.

— Я не люблю виски, — пробурчала Арлайна.

— Арлайна, поболтай с Бруэттой, а я пока побеседую с этим милым брюнетом.

Я разорвала связь с сестрами и полностью переключилась на незнакомца. Стоило отметить, что он буквально пожирал меня глазами, поэтому с каждой секундой становился менее интересным. Уверена, что он успел сдернуть с меня это кремовое шелковое платье и вытащить шпильки, с помощью которые я прикупила накануне.

Наша беседа длилась не так долго, как хотелось бы Бернарду — так звали незнакомца. Примерно на пятой минуте он предложил покинуть это душное заведение и проветриться в ближайшем отеле. Я же ответила, что душновато за этим столиком и лучше мне вернуться за свой.

Я попросила счет и лениво обвела взглядом остальных посетителей: грузные дядьки с густыми усами и утонченные дамы с роскошными украшениями. Пора признать, что здесь слишком скучно. Настоящее веселье скрывается в меня изысканных местах.

Внутри меня внезапно вспыхнуло беспокойство. Прежде чем накинуть кашемировое пальто с искусственным мехом, я оглянулась. Рядом ходили официанты и администратор зала, никто из посетителей столик не покинул. Возможно, настойчивый Бернард вызвал столь неприятные чувства?

Связь в голове вспыхнула. Голос Бруэтты звучал не менее взволновано.

— С тобой все в порядке?

— Что ты почувствовала? — ответила я вопросом на вопрос, чтобы сравнить наши ощущения.

— Опасность.

— Надеюсь, ты не собралась помирать? Я не хочу ближайшее время бодрствовать, пока одна из них не станет достойной. — Вмешалась Арлайна, и я полностью разделяла ее мнение.

Если вдруг одна из нас умрет, то остальные пробудятся до тех пор, пока магия не определиться с кандидаткой. Ведьмой, наделенной чуть иной силой, плодородной. Она несет жизнь, всему и каждому. Я, Арлайна и Бруэтта бодрствовали два столетия, пока не появилась Лаэла, а потом еще три столетия пока не родилась Дэлайна. Это время — одно из худших в наших жизнях. Мы вынуждены были открывать дороги к нашим домам, чтобы хоть как-то скрасить одиночество.

— Сивилла, свяжись с ним. Наверное, опять мертвецы бастуют, — предложила Арлайна, на что я закатила глаза. Столько лет прошло, а она все делает вид, что не помнит его имени.

— Самой стыдно предстать перед ним? — не выдержала я, прижав руку к груди. Даже слепленое тело остро реагировало на это беспокойство: сердце быстро колотилось.

— Да он должен быть благодарен нам. Тем более, всегда есть возможность вернуть утраченное.

Больше мне нечего было сказать, потому что перед глазами заплясало. Я пару раз сморгнула и попыталась выровнять