Фантастика 2025-32 - Алексей Викторович Вязовский

На этом этапе ничего сложного и нужен только контроль. Потренируйся пока сам, а на следующей тренировки скорректируем программу. Попроси у Гатса также атлас и пояснения к нему.

— Что за атлас? — заинтересовался я.

— Трактат из другого мира, об энергосистеме и том, какие конфигурации существуют и для чего используются. Полистай, посмотри, что приглянется, потом обсудим.

Подмигнув, Такен свалил. Сегодня он без брони был, в меховой куртке, с накинутым на голову капюшоном. Погодка что-то совсем разыгралась, минус двадцать на дворе точно было.

Скорее бы весна.

* * *

Когда уже общая тренировка подходила к концу, а я так и продолжал работать во внутреннем пространстве, медитируя, меня отвлекли, постучав пальцем по лбу.

— Есть кто дома? — раздался насмешливый голос Грозы.

Открыв глаза, недоуменно и растерянно на неё посмотрел. Не из-за её появления, а скорее из-за того, что пришлось отвлечься и распределить энергию по телу. Что, между прочим, сложный процесс.

— Чего надо? — спросил я не особо-то вежливо.

— Фу, какой грубый, — надула она губки. — Нам надо многое измерить и заняться обучением всерьез.

— Да-да-да, очередные пафосные слова, что до этого было не всерьёз. Тамара в этом плане на вас похожа. Тоже любит пафос.

— Как будто ты не любишь, — парировала она.

— Ладно, — вздохнул я. — Если серьезно, что измерять-то будем? — посмотрел я на других учеников, которые уже начали расходиться. — И у меня дальше занятия…

— Которые отменены. Такен дал мне приоритет. Могу использовать тебя, когда захочу.

— Ты хотела сказать — обучать, когда захочу?

— Да-да, оговорилась, — расплылась она в улыбке.

— Так что делать будем?

— Для начала — упражнения на контроль, чтобы измерить твой уровень. Потом замер силы всех техник и знаков. Потом упражнения на контроль, для его развития.

— Опять замеры, — вздохнул я. — Начнем тогда, что ли.

И мы начали.

* * *

Калия вышла из душа, вечером, и была на все сто процентов уверена, что в коридоре никого нет. Но когда она уже подошла к двери и потянулась к ручке, то подпрыгнула и отскочила.

— Тише ты, — сказала Мария Вологодская, приложив палец к губам и шикнув. — Ты ведь Калия, да?

— Что нужно? — нахмурилась девушка, пожалев, что отказалась от привычки таскать с собой в душ нож.

Впрочем, в следующую секунду эта мысль показалась ей идиотской. Против этого монстра в теле молодой женщины, никакие ножи не помогут.

— А пошли ко мне в ученицы, а? — предложила Мария, улыбнувшись заговорщицки. — Воспитаю из тебя настоящую шиноби!

— Чего-о? — опешила Калия.

— В ученицы говорю, пошли ко мне. Научу. Сильной сделаю. Секреты открою. Тайны передам. А то два альфача-придурка есть, а нормальной девчонки, которая их за пояс заткнет, — нет. Непорядок.

— Да вы с ума сошли, — попятилась Калия, прикидывая, что добежать до окна и выпрыгнуть не успеет.

— Ну чего ты, — пошла за ней Мария. — Я не обижу! Куда ты! Стой!

Не выдержав, Калия всё же убежала.

Выскочившие на шум парни, которые уже успели помыться, увидели презабавное зрелище — испуганную Калию в розовом халате. Который ей подарил Спар. О чем они не знали, потому что девушка не палилась. Калия, осознав, что великий секрет раскрыт, а её репутация грозной девушки рушится прямо на глазах, обматерила любопытных и убежала к себе в комнату.

Такен, когда на следующий день узнал о случившемся, долго-долго ржал, но никому не объяснил почему.

Глава 18. Атлас, или Как Спартанец задумал отношения в коллективе наладить

Гатс смотрел на рожу Спара и старался ничего не чувствовать.

— Что, в этот раз тоже будем тормозить? — зевнул Спар.

Дело было вечером, уже после занятий, когда Спар попросил показать ему атлас и рассказать, что там к чему. Попросил с подачи Такена. И если Спара ещё можно было игнорировать, то Мастера уже нет.

— Идем, — ответил Гатс.

За последние месяцы парень испытал столько различных чувств, что кому-то хватило бы на целую жизнь. Утопая в отчаянии, боли и гневе, теряя себя, Гатс ухватился за протянутую соломинку.

Самое отвратительное в этом было то, что парень понимал — Такен им манипулирует. Но делает это так, что и придраться не к чему. С точки зрения парня, логичнее всего было избавиться от проблемного ученика. Если сравнивать его боевой потенциал и Вологодских, то выбор очевиден. А насчет того, что последуют проблемы в коллективе… Сначала Гатс думал, что ничего такого не случится, и все только облегченно выдохнут. Потом, когда успокоился, пришёл к выводу, что нет. Другие напрягутся, если Гатса сольют грубо. Но в том-то и дело, что избавиться можно сотней разных способов. Достаточно послать на опасное задание, а там никто и слова не скажет. Наоборот, многие порадуются.

Но вместо того, чтобы выгнать, убить или изолировать ученика, Такен начал учить. Уделять внимания куда больше, чем остальным. Разве что Тич в этом мог посоперничать. Но он капитан, и отдельная программа занятий для него обязательна.

Как-то так и вышло, что в момент полного отчаяния Гатс схватился за эту возможность, как утопающий. Ему предложили конкретную сделку. Тренироваться, становиться сильнее, помогать в общем деле, а там видно будет. В его положении о лучшем предложении и мечтать нельзя. Шли дни, Гатс сосредоточился на задаче, и по чуть-чуть внутренняя пружина не то чтобы распрямлялась, а скорее остывала, переставала быть раскаленной.

Некоторые методы Такена, типа манеры ставить врагов месте и тем самым заставлять что-то переосмысливать, Гатс воспринял… смиренно. Как ещё одну тренировку на контроль. Тамара его бесила. Можно сказать, он её ненавидел. Та отвечала тем же, и Гатс видел, когда Такен не смотрит, в её взгляде читается отчетливое желание убить. При этом она тренировалась, была отличным соперником и той планкой, которую Гатсу требовалось покорить. Потому что, если он с Тамарой разобраться не может, то с её «родителями» и подавно не справится.

Жизнь была бы куда проще, если бы не внутренние демоны. Когда те просыпались, вырывались из пут, то шептали: разве это правильно, соглашаться на сделку? Разве ты не предаешь своих родителей? Разве бы твой отец хотел, чтобы ты прогнулся под врагов?

Никто об этом не знал, но каждый день Гатс прикладывал титанические усилия, чтобы не сойти с ума.

Злая