Разлучи нас, смерть! (СИ) - "Ginger_Elle"

Джейсон обещал Астону, что не станет раскрывать деталей их расставания «по обоюдному согласию». Как догадывался Джейсон, Астон не желал, чтобы стало известно, что мальчишка, бывший у него на содержании несколько лет, в конце концов отказался спать с ним. Это было для него унизительным.

Когда знакомые вроде Филиппа и Джанет Дуглас допытывались, что же всё-таки между ними произошло, Джейсон отвечал, что их отношения просто длились слишком долго и со временем изжили себя.

— Да, уже летом было видно, что ваши отношения изменились, — соглашалась Джанет. — Хотя они никогда не были безоблачными.

— Нам стало труднее ладить. Наверное, я уже просто не гожусь для роли милого мальчика. Я повзрослел, вот и всё.

— Боже, Джейсон, ты самый красивый парень из всех, кого я знаю! — воскликнула Джанет. — И ты всё равно на пятнадцать лет его младше! Кого этому сумасшедшему ещё нужно? Школьника?!

— Я не имел в виду только внешность. Характер со временем тоже меняется.

— Зато у Астона он не меняется. Он как был высокомерным негодяем, так и остался.

Джейсон пожал плечами:

— Я не стал бы во всём винить его. Это было наше совместное решение. Теперь я просто работаю на него.

Джейсон знал, что достаточно будет рассказать что-то в этом роде двум-трём людям, и дальше сплетня распространится сама.

Он по-прежнему посещал вместе с Астоном некоторые светские мероприятия, хотя гораздо реже, чем раньше. Сопровождение же на деловые обеды и ужины по-прежнему входило в его обязанности.

Джейсон всеми силами старался свести к минимуму их общение. Видеть Астона было тяжело, даже мучительно. Особенно выводили его из себя редкие, в общем-то, моменты, когда он ловил на себе тяжёлый, выжидающий взгляд Дэниела, полный знакомой ему жажды, одновременно требовательный и несчастный. Пару раз в неделю Джейсону приходилось ездить в особняк Астона, когда тот решал поработать дома. Джейсон что-то не припоминал, чтобы раньше ему так часто требовался дома помощник. Время от времени к нему по вечерам приезжали заместители или кто-то из секретарей, но теперь это происходило чуть ли не каждодневно, и чаще всего он просил именно Джейсона помочь ему с документами.

Сначала Джейсон боялся, что это лишь очередной способ заставить его приехать к себе домой, но Астон обращался к нему исключительно по рабочим вопросам, неукоснительно соблюдая их соглашение. Обычно он потом приглашал Джейсона остаться на ужин, и тому порой приходилось соглашаться, если у него не было уважительной причины уехать. Через пару недель Джейсон организовал своё расписание так, чтобы у него на каждый день была в запасе такая уважительная причина: уроки фортепьяно, встреча с друзьями или посещение спортивного центра. Теперь только в случае срочных дел Астон мог просить Джейсона отменить запланированное и поужинать с ним, чтобы потом снова вернуться к работе.

Положение Джейсона в офисе изменилось. Если раньше он в основном занимался подготовкой документов для Астона, то теперь его работа стала больше походить на секретарскую. Астон просил его созваниваться с деловыми партнёрами, договариваться о встречах, вести протоколы, заказывать лимузин в аэропорт и выполнять ещё кучу подобных мелких заданий. Возможно, он считал, что Джейсон будет чувствовать себя униженным из-за перемены в статусе. Но если он рассчитывал подобным образом уколоть его, то просчитался: Джейсон нисколько не расстроился.

Единственное, что его задевало, так это то, что Астон постоянно просил его связаться с организациями, где говорили преимущественно на французском или немецком языках. Если первым Джейсон владел вполне сносно, то его немецкий был на зачаточном уровне. Он относительно неплохо его понимал — и то, если говорили медленно, — но говорить практически не мог. В большинстве случаев оказывалось, что на той стороне провода могут прекрасно общаться и на английском, но всё равно такие ситуации, постоянно повторяясь, раздражали. Джейсон понимал: Астон отдаёт ему эти распоряжения намеренно, зная, что они неизбежно вызовут трудности.

Были и десятки других мелких придирок: Астон всегда, когда того хотел, мог найти, чем оказаться недовольным. В один вечер он косился на запонки Джейсона, говоря, что они выглядят излишне дорого для секретаря, а на следующий день заявлял, что ему стыдно появляться на встрече с ассистентом, который одет, как будто собрался на похороны. Он то возвращал Джейсону подготовленные таблицы с замечанием, что у него нет желания вдумываться во все эти столбики, то требовал, чтобы всю информацию тот предоставлял ему исключительно в виде схем или таблиц: «Мне некогда читать!»

Остальные секретари взирали на Джейсона с сочувствием. Часть сотрудников восприняла «понижение» Джейсона с неким удовлетворением, которое никто не выражал открыто, но которое, тем не менее, чувствовалось. Если первое время Джейсону ещё случалось услышать насмешливые замечания по этому поводу, то уже через пару недель они прекратились. Во-первых, Джейсон на них или никак не реагировал, или отвечал достаточно резко, чтобы отбить всякое желание повторять атаку. Во-вторых, наиболее значимые лица в компании вроде Эдера или ван Бредероде держали себя с Коллинзом абсолютно так же, как и раньше. Им было известно, что основная часть работы Джейсона была вовсе не секретарской, и что Астон до сих пор с большим вниманием относится к его отчётам. А Эдер знал ещё одну важную деталь: Астон вовсе не отправлял своего любовника в отставку, как всё думали; как раз наоборот, он чуть ли не на коленях был готов умолять Коллинза вернуться к нему.

Среди прочего, Дэниел настоял, чтобы бывший любовник продолжал пользоваться всеми ранее положенными ему финансовыми привилегиями: Астон оплачивал содержание его квартиры и прислуги, расходы на учёбу и страховку. Джейсон больше не брал свою машину. Если ему надо было добраться на работу или учёбу, за ним приезжал один из автомобилей, которыми пользовалась охрана: Эдер опасался пускать Джейсона за руль без присмотра. С другой стороны, дорогая машина совсем не подходила его теперешнему положению скромного офисного служащего, к тому же, она была подарком Дэниела. Его от одного только названия марки передёргивало…

За прошедшие три с лишним месяца Джейсон трижды ночевал в особняке Астона. Первый раз он засиделся с бумагами, которые надо было подготовить к утренней встрече. Когда Астон, наконец, остался доволен результатом, была уже половина второго. Дэниел безапелляционно заявил, что Джейсону нет смысла ехать домой — тут у него есть комната. Джейсон понимал, что он не может просто вызвать такси, открыть дверь и уйти. Ему стало жутко. Он чувствовал себя совершенно беззащитным перед Астоном.

Он поднялся в гостевую комнату на третьем этаже, запер дверь и лёг в кровать. Ночью он почти не смыкал глаз, однако ничего особенного не произошло. Вернее, вообще ничего не произошло.

Следующие два раза он оставался на Уилтон-кресент после ужинов, на которые были приглашены гости и которые заканчивались довольно поздно.

— Вы выглядите усталым. Вам будет удобнее остаться здесь, — говорил Астон.

Джейсону оставалось лишь согласиться, хотя его квартира находилась совсем недалеко, и дорога туда занимала не больше десяти минут и вряд ли утомила бы его.

Дэниел не пытался войти в его комнату, даже не делал никаких намёков, но Джейсон всё понимал без слов. Он был в полной власти Астона. Он был свободен лишь настолько, насколько тот ему позволял, и только их договор и добрая воля удерживали Дэниела от… От чего? Джейсон сам толком не знал. Он не считал Астона настолько ненормальным, чтобы пытаться добиться своего силой.

Как бы то ни было, прошло уже больше двух месяцев, и всё это время они более-менее сносно сосуществовали. Притворное перемирие и показное равнодушие друг к другу выматывали, но всё оказалось не так тяжело, как Джейсон опасался. Он отстранялся от ситуации и почти научился не чувствовать к Дэниелу ничего, просто работать на него, добросовестно выполнять все поручения и тщательно готовить аналитику.