Вечный Герой (сборник) - Муркок Майкл Джон

В политике карналы придерживались принципа вооруженного нейтралитета. Они были людьми сильными и готовыми к любому нападению. Кроме того, здесь еще действовал старинный военный устав, запрещавший нападать без заблаговременного предупреждения.

- Правда, этого устава не придерживаются более дикие племена, но они для нас угрозы не представляют. Они, и еще синие великаны, - добавила Шизала.

- А кто такие синие великаны? - спросил я.

- Аргзуны. Это существа жестокие, не признающие ни уставов, ни голоса совести. Они живут далеко на севере и иногда совершают грабительские набеги в разные страны. Сюда они приходили только однажды - мы живем от них довольно далеко. Тогда отец со своей армией прогнал их… - Она опустила голову и крепче сжала поводья.

- И не вернулся? - продолжил я, чувствуя, что должен что-то сказать.

- Да.

Она пришпорила дахару, и та поскакала быстрее. Я сделал то же самое, и вскоре мы уже неслись во весь опор сквозь нежную зеленую дымку по широким улицам в сторону золотистых гор вдали - Зовущих гор.

Мы покинули город и скакали теперь между причудливыми деревьями, со всех сторон окликавшими нас.

Через некоторое время Шизала придержала поводья, и я последовал ее примеру. Она повернулась ко мне с улыбкой.

- Я вела себя, как своенравная девчонка. Надеюсь, ты мне это простишь.

- Я тебе простил бы все что угодно, - вырвалось у меня.

Она посмотрела на меня, и в ее взгляде было что-то, что я не мог разгадать.

- Послушай, - начала она, - наверное, мне следует тебе сказать…

И снова я действовал, повинуясь какому-то импульсу.

- Не надо. Давай не будем ничего говорить, не будем перебивать деревья. Поедем молча и послушаем их.

Она улыбнулась:

- Хорошо.

Мы продолжали нашу чудесную прогулку, и я вдруг подумал, как я собираюсь жить на Марсе. Я уже знал, что хотел бы остаться в райском городе Варнале, ибо по собственной воле я бы ни за что не покинул место, освященное присутствием такой красавицы, как та, что ехала сейчас рядом со мной. Но на какие средства я буду здесь жить?

Как ученый я, наверное, мог бы оказаться полезным для карналов. Мне очень понравилась мысль о том, чтобы предложить Шизале назначить меня главным придворным советником по науке. Это позволило бы мне приносить пользу ее народу и в то же время быть рядом и часто с ней видеться.

Конечно, это были лишь мечты. А вдруг обычаи этой страны вообще не позволят мне сделать Шизале предложение? Вдруг сама Шизала не захочет даже смотреть на меня? И в самом деле, зачем я ей нужен? Хотя она не спрашивала, кто я такой и как попал на ее планету, она вполне могла решить, что я помешанный. Во время прогулки я много думал об этом.

Наконец мы решили, что пора возвращаться во дворец, и я повернул дахару назад с большой неохотой.

Принц Телем Фас Огдай, гость карналов из страны Мишим Теп, ждал нас на ступенях дворца. Он стоял, широко расставив ноги и держа руку на рукоятке длинного меча с широким лезвием. На нем был надет тяжелый темный плащ, на ногах - мягкие сапоги. Он был рассержен и с трудом сдерживал себя. Дважды за то время, пока я спешился и пошел по ступеням ему навстречу, он снимал руку с эфеса меча и показывал на золотой браслет у себя на запястье.

На меня он ни разу не посмотрел, но бросил сердитый взгляд на Шизалу и, повернувшись к нам обоим спиной, быстро зашагал вверх по ступеням во дворец.

Шизала посмотрела на меня как бы оправдываясь:

- Извини, Майкл Кейн, но мне нужно поговорить с брадхинаком. Не сердись. Обед ты найдешь в зале.

- Конечно, - поклонился я. - Надеюсь, позднее мы еще увидимся.

Она улыбнулась как-то неуверенно и заспешила вслед за брадхинаком.

Дипломатические проблемы, решил я. Видно, принц здесь не только как гость, но и по делам, как представитель своей страны.

Возможно, силы карналов были подорваны в сражениях и, в частности, в последней экспедиции, стоившей им короля. Возможно, им приходилось полагаться на более сильных союзников, пока их армия снова не окрепнет. И возможно, Мишим Теп и был одной из стран-союзниц. Все эти предположения были вполне вероятны, и, как выяснилось впоследствии, во многом я был прав.

Я вошел в большой зал. Там был накрыт стол - холодное мясо, фрукты, непременный басу, много всего сладкого. Я пробовал всего понемножку, и почти все мне понравилось. Во время еды я поболтал с мужчинами и женщинами, собравшимися за столом. Очевидно, им всем хотелось узнать, кто я такой, но они были слишком вежливы, чтобы задавать много прямых вопросов, на которые, к тому же, в тот момент я был вовсе не расположен отвечать.

Я только взял в рот особенно вкусный кусок мяса, завернутый в зеленый лист чего-то типа салата, как вдруг услышал странный звук. Я не был уверен, что это было, но прислушался, чтобы не пропустить, если он повторится.

Придворные замолчали и тоже стали прислушиваться.

Звук раздался снова.

Это был сдавленный крик.

Придворные в ужасе переглянулись, но не сделали ни единого движения в ту сторону, откуда он раздавался.

Когда я услышал этот звук в третий раз, я узнал его.

Это был голос Шизалы!

Хотя у всех дверей зала стояли стражники, ни один из них не пошевелился, чтобы ей помочь.

В отчаянии я обвел глазами придворных.

- Это же голос вашей брадхинаки! Почему вы ей не поможете? Где она?

Один из придворных, выглядевший очень расстроенным, показал рукой на дверь.

- Она там. Но мы не можем войти, пока она нас не позовет. Понимаете, дело очень деликатное, оно касается брадхинака Телем Фас Огдая…

- Вы хотите сказать, она кричит, потому что это ОН причиняет ей боль? Я этого не допущу! Я думал, вы люди решительные, а вы сидите тут, как…

- Я же сказал, дело деликатное. Мы очень переживаем… Но этикет…

- К черту этикет, - сказал я по-английски. - Не время соблюдать приличия, Шизала может быть в опасности.

С этими словами я направился к двери, на которую мне показали. Она сказалась незапертой, и я ее распахнул.

Телем Фас Огдай крепко сжимал запястье Шизалы, она пыталась вырваться. Он говорил ей что-то тихим, твердым голосом. Когда она меня увидела, она вскрикнула.

- Нет, Майкл Кейн, уходи! Из-за этого всем будет хуже!

- Я уйду, только когда буду знать, что эта скотина больше не мучает тебя, - сказал я, бросая на брадхинака свирепый взгляд.

Он нахмурился, потом злобно усмехнулся, обнажив зубы.

Он все еще держал ее за запястье!

- Пусти ее! - сказал я с угрозой, сделав шаг в его сторону.

- Нет, Майкл Кейн! - сказала она. - Телем Фас Огдай не желает мне зла. Мы просто спорим, вот и все.

Но я уже положил руку принцу на плечо и слегка сжал пальцы.

- Отпусти ее! - приказал я.

Ему пришлось подчиниться, но в тот момент, когда он отпустил руки Шизалы, он со всей силы ударил меня кулаком по голове. Перед глазами у меня все поплыло. Ах вот оно что! Ярость придала мне силы. От моего удара в грудь он покачнулся, а последовавший затем удар в челюсть сбил его с ног. Он поднялся и попытался броситься на меня. Пришлось ударить его еще раз. Он упал и больше не пытался вставать.

- Что ты наделал, Майкл Кейн! - закричала Шизала.

- Я наказал животное, жестоко обращавшееся с прекрасной девушкой, - сказал я, потирая кулаки. - Мне очень жаль, что все так получилось, но он этого заслуживал.

- Иногда он бывает в плохом настроении, но вообще он человек незлой. Я понимаю, ты хотел как лучше, Майкл Кейн, но ты все испортил. Теперь мне придется плохо.

- Если он здесь по делам дипломатическим, ему придется вести себя как дипломату, с достоинством, - возразил я Шизале.

- Дипломат? Нет, он не дипломат из Мишим Тепа. Он мой жених. Ты что, не видел браслета у него на запястье?

- Браслета? Ах вот что это такое! Твой жених! Но… но этого не может быть! Как же ты согласилась выйти за такого человека замуж? - С ужасом я подумал: "Она никогда не будет моей!" Но я не мог с этим смириться: - Ты же не любишь его!