Фантастика 2025-129 - Денис Старый

С меня достаточно. По крайней мере, пока что. Кстати… А если не секрет, какие нас ждут кадровые перестановки?

— Вы о новом главном враче? — спросил Эитиро Кагами. — Скорее всего, в скором времени с длительного больничного выйдет Акихибэ-сан. Он долгое время руководил поликлиническим отделением. Сейчас я выполняю его обязанности, но думаю, что так продолжится и после его возвращения. Скорее всего, именно его и поставят на должность главного врача. Он очень хороший специалист. И к коллегам всегда относился по-честному. С ним таких проблем, как с Ягами Тэцуро точно не будет.

— Неужели этот змеиный клуб, наконец, распутается? — усмехнулся я. — Кажется, клиника «Ямамото-Фарм» скоро потеряет свою главную фишку.

— Если честно, эта главная фишка уже у меня в печёнках сидит. Эти постоянные интриги, подставы, криминал! — воскликнул Эитиро Кагами. — Без этих факторов мы сможем полноценно заниматься медицинской деятельностью, научными работами, расширением клиники… В общем, всем тем, чему препятствовал Ягами Тэцуро.

— Это радует, — улыбнулся я. — Я уж думал, что этот момент никогда не настанет. Многие наши коллеги брали пример с поведения Ягами. Полагали, что таковы правила поведения в этой клинике, а значит, так можно вести себя всем. Опасаться собственных коллег… — я помотал головой. — Это совсем не про здравоохранение.

— Согласен с вами, Кацураги-сан, — кивнул Эитиро Кагами. — Оставшийся месяц нам придётся несладко. Без главного врача придётся долго раскачиваться, да и клинические испытания никто не отменял. Остальные препараты будут проходить проверку, несмотря на инцидент с «Онкокура».

— Кстати, а до выхода Акихибэ-сан кто-то будет занимать пост временно исполняющего обязанности главного врача? — спросил я. — Мне кажется, вы бы неплохо подошли для этой должности Эитиро-сан.

— Благодарю за тёплые слова, Кацураги-сан, но этот вопрос уже решён, — ответил Эитиро. — Пока что клиникой будет управлять председатель врачебной комиссии — Уёхара Ёсико.

Ёкай.

Неплохой вариант. Не знаю, каков из себя этот таинственный Акихибэ, о возвращении которого я слышу уже третий месяц, но Уёхара — хороший специалист. Уж от неё точно не стоит ждать никаких подделок документов, коррупции и прочей мишуры, которую так любил бывший главный врач.

Не удивлюсь, если она введёт обязательные вегетарианские буддистские обеды в клинике. Хотел бы я на это посмотреть.

— Что ж, Эитиро-сан, — я вышел из-за стола. — Раз вся эта кутерьма закончилась, давайте возвращаться к работе? Нас в клинике стало меньше, но это не означает, что обязанности тоже сократятся.

— Да, это точно, Кацураги-сан, — кивнул Эитиро. — Как раз наоборот. Работы теперь будет во много раз больше, чем было. Поэтому — дерзайте!

В профилактическом отделении меня ждал Кондо Кагари. Он уже закончил приём пациентов и теперь напряжённо пялился в стену, пока медсестра Нагиса Йоко что-то безостановочно бормотала ему на ухо.

— Кондо-сан, меня ждёте? — спросил я.

Кагари тут же вскочил со стула, чуть не уронив вцепившуюся в него медсестру на пол.

— Кацураги-сан! Как всё прошло? — забеспокоился он.

— Не здесь же, Кондо-сан, — ответил я. — Пойдёмте в мой кабинет.

Мы заперлись в кабинете заведующего профилактическим отделением. Я кратко рассказал Кондо Кагари всё, что мне удалось узнать. И ещё раз напомнил, что разглашать сведения ни в коем случае нельзя. На всякий случай.

— Значит, вас ни в чём обвинять не собираются? — спросил он.

— Нет, вопрос исчерпан, — сказал я. — Ягами Тэцуро сцапали. Нам больше переживать не о чем.

— Фух, — выдохнул Кондо Кагари. — Я очень рад, Кацураги-сан! Правда, в корпорации грядут большие перемены. Отец говорит, что многим теперь придётся несладко. Ямамото Ватару не такой мягкий руководитель, как его отец.

— Возможно, что это и к лучшему, — ответил я. — Я, конечно, не эксперт в этом деле, но думаю, что «Ямамото-Фарм» нужна крепкая рука. Если уж даже такой рядовой терапевт, как я, столкнулся с кознями совета директоров… Думаю, это о чём-то да говорит. Не хочу обидеть вас и вашего отца, Кондо-сан, но я всё же считаю, что совет директоров нужно прижать.

— Да тут я с вами спорить не буду, Кацураги-сан, — кивнул Кондо Кагари. — После всего, что вам пришлось из-за них пережить, я могу вас понять.

Внезапно в дверь моего кабинета кто-то забарабанил.

— Кацураги-сан! — послышался голос Лихачёвой. — Откройте!

— Лихачёва-сан, у нас с Кондо-сан небольшая планёрка, — ответил я.

— Вас ищет Накадзима Хидеки! — крикнула она. — Он сейчас в кабинете профилактики пьёт чай.

— Накадзима-сан? — удивился я. — Сейчас подойду.

— Закончим нашу светскую беседу в другой раз, — улыбнулся Кондо.

— Да и толку нам теперь ворошить прошлое? — усмехнулся я. — В корпорации и клинике грядут перемены. Только у нас ничего не меняется. Нужно работать, а не болтать.

Я повернул ключ и вышел из кабинета. Накадзима Хидеки уже набил рот печеньем, которым угощала его Лихачёва Хикари.

— О, Кацураги-сан, — промямлил он, пытаясь проглотить печенье. — А вы не рассказывали, что у вас такие красивые медсёстры профилактики!

— Добрый день, Накадзима-сан, — поклонился я. — Не было такой возможности.

— Я бы на вашем месте тоже их скрывал, — рассмеялся Накадзима. — Но я зашёл не медсестёр обсуждать, Кацураги-сан. Мне позвонили из «Хиджиката-Медикал». Они крайне удивлены, что кто-то смог закончить курс обучения меньше, чем за месяц.

— И что? — пожал плечами я. — Они отказываются проводить мне завершающий экзамен?

— Нет, как раз наоборот, — ответил Накадзима Хидеки. — Они требуют, чтобы вы уже завтра вечером были у них. Они просили, чтобы я передал вам это лично, поскольку экзамен вам назначили срочно, а приглашение, присланное по электронной почте, вы можете за это время и не прочитать.

— Почему такая срочность? — спросил я. — Мне казалось, что политика «Хиджиката-Медикал» в неспешности и удобстве. Каждый обучающийся сам выбирает, когда и в каком темпе осваивать и сдавать материал.

— Я боюсь, что они… Как бы лучше выразиться… — задумался Накадзима. — В общем, кажется, экзаменаторы не поверили, что вы прошли честное предварительное испытание под моим началом.

— Они шутят, что ли? — усмехнулся я. — Вы устроили для меня крайне сложные испытания, и я справился с ними, не допустив ни единой ошибки.

— Да, но они не поверили, что кто-то может