Эротические рассказы Рунета - Том 1 - Автор неизвестен Эротика и секс

— Достаточно, — сказала Ирка, — следующий этап.

Ира почему-то не назвала его, но Лена поняла. Она сдвинулась так, чтобы ноги свисали с кровати, касаясь пола, раздвинула их, уверенным, Денис даже сказал бы, привычным движением положила палец себе в желобок пишки и принялась водить им туда-сюда.

— Ты имеешь право, — сообщила Ирка, — высказать пожелание, которое поможет тебе в выполнении этого этапа.

Лена подумала, и слегка сдавленным голоском сказала:

— Да, пусть он лапает ее, — и указала на Таню.

Та хихикнула, но встала лицом к Лене. Денис встал тоже, и, при каждом шаге ощущая трение штанов о благодарного Бена, подошел к Тане и радостно ее облапал.

— Нет, — сказала Лена капризно, — мне так не видно. Встань сзади.

Денис повиновался. Это было удобнее, и так не надо было выворачивать голову, чтобы видеть Лену. Он прижал за пишку хихикающую Таню к себе попкой, причем Бен, торчащий в штанах вертикально вверх, пришелся как раз под ее половинками. Приятно.

— А другой рукой за сиськи, — скомандовала Лена.

Бен вздрогнул, а Денис опять повиновался. Он поглаживал Таню обеими руками, одновременно прижимая ее к себе (она была удивительно приятной, гибкой и податливой), и видел, как лицо Лены расслабляется, как она полуприкрытыми глазами следит за движениями его рук, как ее палец все быстрее и все более нервно движется туда-сюда, как шевелится под ее рукой гладкая пишка. Он прижимался к Таниной попке Беном, и слегка елозил вправо-влево, это не могло дать удовлетворения, но облегчало желание схватить Бена руками.

Он запустил руку Тане в шорты, почувствовав прилив кайфа, как если бы только что за нее схватился, но Лена тут же возразила:

— Мне так не видно!

Денис хотел было с сожалением вынуть руку, но Таня быстрым движением расстегнула пуговицу, и спустила до колен шорты вместе с трусами. Денис другой рукой задрал Танину футболку, и схватил ее за грудь, уже голую. Таня немедленно стащила с себя футболку через голову, дав Денису случай потрогать свою обалденную грудь в движении. Это долго описывать, но когда поднимаются руки, напрягается прижатая к телу спина, и Таня выгибается, грудь становится вроде как меньше и тверже, несколько изменяет форму…

Денис обратил внимание, что соски у Тани (он не заметил, когда) стали твердыми, и как бы съежились. Он не понял, как и отчего это может быть, но так было еще лучше. Лена дышала часто, взгляд ее был туманен, перебегал с одной руки Дениса на другую, на его лицо, на лицо Тани… Денис просунул свой палец между половинок пишки, там было тепло и влажно. Он вспомнил, что делала она сама, посмотрел, как делает Лена, и стал несильно теребить Танину пишку вправо-влево… Таня вздрогнула, Денис почувствовал, как тело ее напряглось в его руках, дыхание участилось, она переступила ногами (кайф!), шорты упали с нее, и она расставила ноги.

Денис был на седьмом небе. Если честно, то девочку с раздвинутыми ногами он лапал раньше только один раз. То есть, он только что лапал Лену, но она лежала, а это не то, когда девочка стоит, то живот как-то плавно переходит в пишку… ну, в общем, не то. Ну, правда, еще Ирка у столба была, но там у нее ноги были несильно расставлены.

Да, так вот, а то было, естественно, в транспорте. Какие-то приезжие везли какие-то тюки, и довольно симпатичная девчонка стояла ногами по сторонам какого-то мешка. Денис встал к ней спиной (тоже по сторонам мешка), завел руку назад, и когда народ на остановке стал набиваться внутрь, его прямо рукой прижало точно к пишке. Несколько минут он эту девчонку держал. Правда, сквозь спортивный костюм и старательно неподвижной рукой. Не сравнить, конечно. Но если учесть, что этот случай Денис вспоминал частенько, то представьте себе, как его порадовала Таня! Да…

В общем, он механически теребил рукой Таню, и это было хорошо, потому что, когда рука неподвижна, то ощущения быстро ослабевают, а когда гладишь (это Денис осознал недавно), то трудно находить новые положения, часть внимания уходит на движения. А когда теребишь, то и думать не надо, и полнота ощущений все время сохраняется.

Таня откровенно тащилась, она обхватила его руками за бедра, и сама терлась попой о его Бена. Лена была в экстазе. Она издавала тихие тоненькие стоны, раздвинула ноги почти на шпагат (Денису это нравилось), расслабленные губы ее дрожали…

Денис уже подумывал, что если тереться о Танину попу систематически, то можно запросто кончить, как это было вчера, но Ирка безжалостно сказала:

— Хватит, дальше.

Таня недовольно застонала, Денис сдержался, а Лена как-то жалобно посмотрела на сестру. Денис решил, что она тоже недовольна тем, что ей не дали кончить, но Лена так же жалобно спросила:

— А может, не надо?

Ирка немного помолчала.

— Ну, только если одно исключение сделать. Этот (она подчеркнула это слово) этап можно пропустить, — слово «пропустить» она тоже подчеркнула.

Посмотрев на Ирку, Денис обнаружил, что она уже сидит в кресле, и правая рука ее засунута в расстегнутые шорты. Надо же… Что же дальше-то будет, интересно?

Лена сползла еще ниже, так что попка свисала с кровати (в этом положении она выглядела лучше, потому что пока она лежала, расплющенная об кровать попа все-таки не прибавляла ей прелести…), и раскинула ноги.

Таня неожиданно просунула руки за спину, между собой и Денисом, и ловко расстегнула ему ремень.

— Чего это? — отпрянул Денис.

— Это… — Ирка мотнула головой в сторону Лены, активно работая рукой у себя под шортами, — засунь ей…

— Что засунуть? — не понял Денис, а когда понял, не поверил. Они что, хотят, чтобы он ее трахнул???

— Ну, вот его и засунь, — ответила Ирка недовольно.

— Но она же…

— Да не бойся, — вступила Таня, — мы все уже друг другу целки поломали.

Дениса покоробило дворовое выражение, но он понял, что его предположение было верным. Его беспокоило другое.

— И детей у нее не будет, — добавила Ирка, вида колебания Дениса, — она еще маленькая.

Да, именно это Денис имел в виду. Он был в некоторой растерянности. Он никогда этого не делал, и не был уверен, что сможет. То есть, общая схема — засунуть, и вперед-назад. А вот куда засунуть? То есть, между губ, это понятно… но они как-то не спереди, а снизу. А, вспомнил он, так же, как Таня Ире пальцы засовывала… От волнения его Бен даже опал, но при взгляде на голенькую Леночку (именно так она и выглядела: голенькая Леночка), подставившую ему свою… эх… пизду, он поднялся снова.

Денис, как завороженный, подошел к лежащей Лене, соображая, как бы ему пристроиться, встал на колени, спустил штаны, и торчащий Бен оказался направлен прямо туда, куда надо. Лена схватилась за край кровати и замерла в ожидании. Она волновалась. Денис тоже. Ирка с Таней встали по сторонам в веселом любопытстве. Таня красиво стояла голой. Им-то весело…

Денис осторожно, чтобы не задеть ничего чувствительной головкой под складкой кожи (а надо сказать, что всякий раз, когда он мыл Бена, ему приходилось очень тщательно регулировать температуру воды, и трогать его только гладким мылом, так она, головка, была чувствительна), просунул конец Бена между губ, и во что-то уперся.

— Ниже, — подсказала Таня, а Ира просто взяла, и рукой подпихнула Бена, куда надо.

Почувствовав открытую теплую дорогу, Денис пихнулся вперед, и понял, что кожа с Бена все-таки сдвинулась. Ну, не может быть такого сильного кайфа сквозь кожу. Весь Бен Дениса от корня до головки обхватило что-то тугое, нежное и теплое, причем, когда он двинулся, то ощущение было, как будто он провел по Бену рукой раз двадцать сразу, не меньше!

Он двинул тазом назад и охнул, нет, ребята, никакой кулак не сравниться с девчачьей пишкой! «А я ебусь!», — подумал он гордо. Он взялся руками за Ленины бедра, и двинул тазом вперед. Лена сладко застонала девчачьим голоском. Надо же, и ей тоже нравится!

Это открытие придало ему уверенности, он дернулся вперед, назад, Лена выгнулась в его руках, замерла, и длинно выдохнула со сдавленным тонким звуком. Кончила, что ли?

Денис почувствовал, как Ленино тело сжалось вокруг Бена, он замер, чтобы удержаться от спуска, но Лена мелко и часто задвигала попой, это движение дало такую бурю ощущений, что он тут же, без всякой надежды на задержку, кончил. От крика он, правда, удержался, но на бедрах Лены вполне могли остаться синяки от его рук. Он понял это, когда сообразил, что она отдирает от себя его судорожно сжавшиеся ладони. Он был невыразимо горд. Он ТРАХАЛСЯ!

— Что, все? — разочарованно спросила Ирка.

— Так сколько я терпел… — вырвалось у Дениса, и он тут же заткнулся.

Но девочки, кажется, восприняли это нормально.

— И меня ты, — недовольно добавила Лена, — в самый-самый момент остановил.

— Ну, ничего, — сказала Ирка, — в следующий раз… — и тоже осеклась.