Полное собрание рассказов - Курт Воннегут

когда-нибудь будет умнее человека. Есть вероятность, что Дэвид однажды вернется к жене… Он закрыл глаза. Быть не может такого, что он ее больше не увидит…

Он глядел, как фермер бросает блесну. Причал вздрогнул.

— Осторожнее там на краю! — крикнул Дэвид.

Две опоры, затянутые тиной, прогнили; он давно собирался их починить. Старик даже не повернул головы. Впрочем, Дэвиду было плевать, слышит ли тот; черт с ним, как-нибудь устоит. Он опять задумался о своем.

Дэвид зашел в студию, лег на диван, вытянул ноги, уронил словарик на пол и растворился в грезах о гостях из других миров. Он представлял себе загадочных существ куда мудрее человека, у которых более пяти чувств и которые могут рассказать ему о времени. Визитеры из космоса должны многое знать о времени, ведь их способности простираются далеко за пределы человеческого разума. Возможно, во вселенной есть иные формы жизни — с тех же «летающих тарелочек», — способные прыгать в любой момент жизни, куда только пожелают. Наверняка они смеются над землянами, которые мерно движутся в одну сторону — по направлению к смерти.

Куда бы он отправился, если бы мог? Дэвид сел, взлохматил короткие темные волосы.

— К Дженет, — произнес он вслух. К запахам, звукам и краскам майского полудня. Время затуманило драгоценный образ, сгладило углы и стерло детали. Дэвид помнил, как был счастлив в тот день. Но не помнил всех подробностей…

Смутно, до боли в сердце, он видел себя и прекрасную Дженет. Самый лучший момент? О, их было много! Они с Дженет только что поженились и в тот день приехали осматривать новый дом. Заглянули в каждую комнату, порадовались зеленому пейзажу за окнами, забрались на плотину, поболтали ногами в воде… целовались… лежали на молодой траве. Дженет, Дженет, Дженет…

Видение взорвал крик:

— Кто-нибудь! Помогите!

Дэвид выбежал наружу. Деревянные опоры пирса обломились и разошлись в стороны. В досках между ними виселичным люком зияла дыра. Старик исчез. Поверхность пруда была гладкой.

Дэвид ринулся вниз по склону, сбрасывая на ходу одежду, и одним махом нырнул в колючий холод воды. Под самым причалом воздух в легких закончился. Впереди маячил съежившийся в тугой комок фермер, неподвижно висевший в волнах. Дэвид вынырнул, набрал воздуха и вновь погрузился в воду. Схватил старика за ремень комбинезона и потянул вверх. Ни сопротивления, ни борьбы, ни смертельной хватки…

Он вытащил фермера на склон и принялся выдавливать смерть из легких старика. Нажать, отпустить, выждать… нажать, отпустить, выждать. Дэвид не знал, сколько прошло времени. Как давно он крикнул мальчику на дороге вызвать врача? Нажать, отпустить… В белом лице фермера — ни кровинки. Руки и плечи нещадно ныли, пальцы не сгибались. Время опять победило — отняло у близких еще одного человека. Дэвид внезапно понял, что ругается вслух, что движет им вовсе не стремление спасти чужую жизнь, а бурлящая ярость. Человек на траве был совершенно ему безразличен, Дэвид испытывал лишь ненависть к их общему мучителю — времени.

Чуть выше на гравийной дороге взвизгнули шины, и невысокий толстяк, размахивая черным чемоданом, прыжками понесся по склону. Дэвид устало махнул ему. Доктор Бойл, единственный врач деревни, кивнул в ответ, силясь перевести дух.

— Признаки жизни есть?

Врач открыл сумку и вытащил шприц с длинной иглой. Нажал на поршень, и на острие повисла капелька.

— Он мертв, док. Мертвее мертвого, — отозвался Дэвид. — Тридцать минут назад он хотел поймать окуня к ужину. А теперь его больше нет. Каких-то тридцать минут — и бедолага остался в прошлом.

Доктор Бойл посмотрел на него с легким недоумением и пожал плечами.

— Если б ты знал, как порой трудно убить этих старых хрычей… — сказал он чуть ли не весело.

Их внимание вновь переключилось на фермера. Доктор Бойл совершенно невозмутимо ввел ему в сердце иглу.

— Если осталась хоть одна искорка, снова будет как новенький. А там как знать… Отдохнул, мальчик мой? Давай помогай.

Он принялся растирать пациенту конечности, а Дэвид стал делать тому искусственное дыхание. На восковых щеках проступил румянец. Вдох, выдох — и старик закашлялся.

— Воскрес из мертвых… — прошептал Дэвид.

— Ну, если тебе по душе подобный пафос, то да, мы вернули его из мертвых, — сказал доктор Бойл, раскуривая сигару. Он не отрывал глаз от утонувшего старика.

— Неужели и правда?

— А это как посмотреть, — безразлично ответил Бойл. Было очевидно, что тема ему совершенно неинтересна. — Все эти утопленники, задохнувшиеся, поджарившиеся на электрическом стуле — они, как правило, здоровые люди с хорошими легкими, крепким сердцем, почками, печенью: все по высшему разряду. Да, они умерли. Но если поймать нужный момент, процесс можно повернуть вспять. — Он сделал фермеру другой укол, на сей раз в руку. — Так что наш мертвец еще пару лет порыбачит.

— Каково это — быть мертвым? — спросил Дэвид. — Он сумеет нам рассказать?

— Вот только не надо банальностей, — сухо отозвался врач. — И с чего бы такому молодому парнишке вдруг думать о смерти? Тебе же не шестьдесят…

Он вдруг смутился и похлопал Дэвида по плечу.

— Прости — забыл.

— Так он сможет рассказать? — настаивал на своем Дэвид.

Врач с любопытством уставился на него.

— Каково это — быть мертвым?.. Можно описать одним словом: ты мертв. Вот и все.

Он приложил стетоскоп к забившемуся сердцу старика.

— А что нам расскажет наш приятель?.. Не сомневайся, скажет ровно то, что говорят в такие моменты. Ты сто раз читал об этом в газетах. «Воскресшие из мертвых» не помнят ничего особенного, поэтому в девяти случаях из десяти повторяют то, что у всех на слуху. — Он щелкнул пальцами. — Понимаешь, о чем я?

— Нет. Как-то не интересовался прежде.

Доктор Бойл выудил из кармана жилета листок бумаги и огрызок карандаша, нацарапал какую-то фразу и отдал записку Дэвиду.

— Вот. Только не смотри, пока наш протеже не очнется. Ставлю пять долларов: он скажет именно то, что там написано.

Дэвид аккуратно сложил лист. Вдвоем они отнесли фермера в дом.

II

Дэвид и доктор Бойл сидели в гостиной у камина. Дэвид развел огонь. Был вечер, они оба выпили. Из соседней спальни доносился тихий храп фермера, укутанного одеялами. В деревенской больнице на десять коек ему место не хватило.

— Если бы ты принял пари, я бы выиграл пять долларов, — шутливо заметил Бойл.

Дэвид кивнул. Он