Город счастливых роботов (авторский сборник) - Олег Дивов

Виктор слушал и разглядывал обстановку. Глупо, конечно, но он радовался, как ребенок. Ему нравилось все. Три этажа новенького, только что построенного корпуса Центральной Клинической Больницы. Три этажа, битком набитые всем, что требуется для лечения. В чем-то показуха, конечно. Смотрите, государство открывает для народа клинику, где будут бесплатно творить волшебство! Но если бы вся государственная показуха была такой, Виктор обожал бы и партию, и правительство.

— Мы долго мучились. У нас получалось то, от чего мы ушли, — безумно дорогой перенавороченный бот. И вдруг Деда осеняет. Гоша, сказал он, мы все делаем неправильно. Мы думаем неправильно! Сколько возились с этой чертовой репликацией, а зачем она была нужна? Да если разобраться, для одной-единственной цели: чтобы резко удешевить производство. Больше ни для чего. Не нужна бесконечная живучесть роя! Это ошибка! Вот человек загрузил себе ботов, вылечился — а на фиг они ему потом? Если мы все сделаем правильно, он сможет, когда надо, загрузить следующую партию. Любой человек. Потому что правильно — это доступно для каждого! Человеку нет резона долго таскать в себе ботов. Это даже в определенном смысле вредно. Сейчас нам кажется, что мы знаем весь спектр задач, которые они будут решать. Хорошо, а если завтра мы поймем, как лечить старость? Под это нужны другие боты. А в человеке уже который год сидят и крепнут его симбионты! Как их заменить на другую модель? Да старые поубивают новых! Или наоборот. Человеку от этого хорошо не станет. Есть только одна узкая страта, которой нужны симбионты, и именно репликаторы, но у нас эта страта пока отсутствует. Это космонавты, уходящие в экспедицию на несколько лет. Вот им — да, нужно. А остальным зачем? И Дед говорит: Гоша, давай мыслить системно. А системно — это я запросто!

Гуревич весело рассмеялся. Он сильно изменился. Растолстел, куда-то подевался вечный страх в глазах и сутулые плечи. От него било оптимизмом и бесшабашной удалью. Гуревич верил, что справится с любой проблемой. И ему уже казалось, что он всегда таким был, только раньше скромничал по молодости.

— Вот так и родилась идея. Зачем делать универсального бота? Надо сделать универсальный рой! Смешанный рой, понимаешь? Боты разных серий, разных специальностей. Мы взяли за основу «пятерку» и «трешку». «Трешка» легкая, и мы еще облегчили ее. Ей не нужно самой много двигаться — ее до места работы несли вертолетики. Они сильные, они и пять малявок унесут. «Трешка», как и была, диагност. А у «пятерки» Дед предложил сделать разделение функций. И вот, ты понимаешь, мы набросали модель роя, все, можно подавать заявку на новый проект — и тут Мишка наносит последний удар. То самое, на что намекал, гаденыш. Деду звонят из Москвы и предлагают по-хорошему убраться на пенсию. До сих пор думаю, тот чертов тромб оторвался не случайно. Стресс. Понимаешь, у него вторую мечту из рук вырывали. На этот раз — осуществимую…

Виктор знал, что стресс ни при чем. Случайность. Нелепое совпадение. Дед не отдал бы мечту Мишке, пусть тот был бы хоть тридцать раз директор. И более того: проживи Дед до сегодняшнего дня, Мишка не смог бы развить бурную деятельность по оболваниванию всей страны.

Впрочем, как утверждал Гуревич, отнюдь не всей.

— Я всегда хотел поставить Деду памятник, — сказал Гуревич. — Настоящий. И я сделал это. Знаешь, Вить, у нас, у всей команды, за восемь лет не выскочило ни одной по-настоящему новой идеи. Все идеи — Дедовы. И это здорово. В списке разработчиков он на первой строке. Мы даже черную рамку никогда не ставили. Он с нами. Он живой. Ох, Витя, сколько же было проблем! Но я вспоминал его слова: Гоша, надо мыслить системно. Это моя мантра была. У нас рой — три версии «трешки» и шесть версий «пятерки». У «трешки» и «пятерки» принципиально разные решения в прошивке. И надо было заставить их взаимодействовать. Надо было втолковать «пятерке», зачем необходимо разделение труда! Надо было… Ох! — Гуревич махнул рукой. — И наконец, два с половиной года назад я получил опытную партию. Испытания. Синтетика, мыши, обезьяны. Превосходно. Потом два года на добровольцах. Хотя откуда у меня добровольцы?! Никто их особо не спрашивал, как ты догадываешься. Но моя совесть чиста. Пусть они и зэки, ни один не погиб. Здоровее только стали. Когда я умру, то на небесах буду спокойно смотреть Деду в глаза.

— Так я одного не понял — а с дороговизной как решили? Этот смешанный рой, он ведь… Даже не золотой. Бриллиантовый.

Гуревич тонко захихикал:

— Ты не поверишь — собираем на станках.

— Ну и?..

— Они маленькие. Понял, нет?

— Да ну тебя, — сказал Виктор. — Совсем маленькие?

— Микро, Витя, микро. Доработанная репликация. Вот тут она и пригодилась. Опять системное мышление. Хорошо, для дешевизны нужна репликация. Но зачем размножать ботов в организме и бесконтрольно?! Ведь у нас медботы, их грузит строго врач. Если рой не вытягивает задачу, врач повторит загрузку, только и всего. Я нарочно для этого прописал алгоритм совместной работы нескольких роев. А собирают ботов ассемблеры на базе пятой серии. Собирают и «пятерку», и «трешку». Знаешь, в чем фокус? Ассемблер не приспособлен для работы в организме. Он вообще неженка, сидит в стерильном контейнере, где плодит наших рабочих пчелок. Понимаешь? Это не бот, это микростанок! Который выглядит как «пятерка», только малость покрупнее и без пропеллера. Он включается и выключается как любой станок на свете — кнопкой. И вне поля подпитки сразу загнется.

— Но у тебя в рое летает настоящая «пятерка», она ведь…

— Да нет ее там! Настоящая «пятерка», универсальная, только в лабораториях осталась, мы на ней новые задачи гоняем. А в рой поступают узкие специалисты. Шесть версий, все на общей платформе, но у каждой — свой набор инструментов и своя задача. Каждый бот умеет запрашивать помощь роя, если видит, что не по его части проблема, и может общий сигнал паники подавать в случае чего… А запрет на репликацию я этой компании прописал так, что проще нового бота выдумать, чем заставить наш рой размножаться. В общем, все пригодилось. Все Дедовы решения. Ничего не пропало, ни единой крохи.

— И как вы это провели через конвенцию?

— Да никак, вот чудак ты! Там запрещена репликация, а не сборка ботов. Если бы сборка, то пришлось бы запретить и станки. Размер станка значения не имеет. Фокус в том, что это именно станок. Он не может собрать точную копию себя! Он просто делает ботов, и только когда человек дает команду, а не когда сам захочет. По команде он производит нужное число ботов нужной версии. А потом ложится баиньки. Срок жизни ассемблера в поле подпитки — три года. Да, вот сборка ассемблеров — дело дорогое, но они окупаются за год эксплуатации. И еще два — приносят прибыль.