Украина от Адама до Януковича. Очерки истории - Сергей Бунтовский

В конце 20-х годов лидеры УВО сумели договориться об объединении с другими националистическими группами, в числе которых был и руководимый идеологом украинского интегрального национализма Дмитрием Донцовым «Союз Украинской Националистической Молодежи». В результате, в 1929 году в Вене была учреждена Организация Украинских Националистов (ОУН[231]), вождем которой стал Коновалец. Как и ранее УВО, ОУН ориентировалась на Рейх.

Следует отметить, что основной костяк боевиков и функционеров УВО-ОУН составляли достаточно молодые люди, зачастую подростки. Так, будущий фюрер украинских нацистов — Степан Бандера стал членом УВО в 19 лет. Юношеский максимализм, отсутствие жизненного опыта, помноженные на фанатизм, делали из них идеальных исполнителей террористических акций, готовых идти на смерть ради своей идеи.

Идеологией ОУН стал интегральный национализм, суть которого сводилась к социальному дарвинизму, согласно которому нации, в том числе и украинская, ведут постоянную борьбу (войну) с другими нациями за пространство и выживание. Войны — вещь обычная, вражда между нациями вечна, следовательно, вечна и борьба между ними. В этой борьбе не следует руководствоваться моральными, христианскими или общечеловеческими принципами, хорошо все то, что хорошо для нации. Нация должна строиться по иерархическому принципу: во главе стоит вождь, имеющий в своем распоряжении актив, который Донцов называет «элитой нации». Именно элита и определяет, что хорошо для нации, а для его внедрения применяет «творческое насилие» по отношению к остальной части нации, которую Донцов называл плебсом, чернью и необузданным быдлом.

В своих выступлениях и в печати националисты перечисляли врагов: оккупанты — все не украинцы; «займанци» (переселенцы) — все неукраинцы, исстари живущие на украинских землях; «зайды» (пришельцы, чужаки) — неукраинцы, недавно поселившиеся на украинских землях; «хруны» — украинцы, состоящие в смешанных браках; «зрадныки» (изменники) — украинцы, не проявляющие открытой вражды к врагам. Уже в Постановлении I Конгресса ОУН, проходившего в Вене в 1929 году, говорится о полном уничтожении (!) всех займанцев, которое возможно только при наличии собственных вооруженных сил и целесообразной союзнической политики. Союзники в лице Германии уже были, оставалось из имеющихся боевиков создать вооруженные силы. Поэтому в системе воспитания членов ОУН первое место занимала боевая подготовка Чтобы привлечь в свои ряды молодежь, националисты активно использовали различные спортивные и патриотические молодежные организации, которые становились базой ОУН.

К лету 1930 года националисты почувствовали себя достаточно сильными, чтобы от отдельных терактов перейти к серьезной борьбе. По инициативе ОУН в июле 1930-го началась массовая антипольская кампания в Галиции, получившая название «Саботажная акция». На живших в крае поляков нападали, их имущество уничтожали, а дома поджигали. Естественно, что польские силы правопорядка отреагировали ударом на удар. 24 августа 1930 года маршал Пилсудский принял решение о проведении «пацификации» (усмирения) края. Сначала за дело взялась полиция, а потом присоединились и армейские подразделения. Было зачищено восемьсот сел, и большая часть находившихся в Галиции активистов ОУН оказалась арестованной. При этом поляки особо не церемонились. Полтысячи украинских домов было сожжено, несколько десятков человек убито, сотни покалечено. Размах мероприятия и количество пострадавших были столь велики, что в Лиге Наций (прообразе ООН) произошло рассмотрение событий в Польше. После разбирательств международные чиновники возложили ответственность на украинские националистические организации, которые своими террористическими действиями инициировали пацификацию.

После такого удара ОУН была вынуждена прекратить свою массовую ан-типольскую кампанию, о чем официально было объявлено уже в октябре 1930 года. При этом ОУН заявило о достижении всех поставленных до начала противостояния целей: «Наша цель достигнута: вызвано необходимое впечатление в украинском обществе и у ляхов и чужеземцев; врагу причинен большой материальный и моральный ущерб. Поэтому акцию прекращаем», — гласил официоз ОУН «Розбудова наци».

Вообще же главными целями саботажной акции были следующие:

• резонансно объявить о создании ОУН;

• усилить межнациональные противоречия, так как постепенно ситуация в регионе успокаивалась и возникали украинские организации, готовые на диалог с властью;

• своими провокациями вызвать репрессии власти, которые обозлят население и прибавят сторонников ОУН.

Складывается впечатление, что радикалы из числа поляков и украинцев словно соревновались в жесткости и только раскручивали маховик радикализма, преследуя свои собственные цели.

Оправившиеся от удара украинские националисты от массовых акций перешли к индивидуальному террору, а также занялись налаживанием подполья и привлечением новых членов в ОУН.

Поляки же немного смягчили свою политику на восточных землях и начали диалог с легальными украинскими культурными организациями. Но к откровенным врагам поляки снисхождения не знали. После убийства боевиком ОУН[232] Министра внутренних дел Бронислава Перацкого власти создали концлагерь в Берёзе-Картузской, куда на перевоспитание отправляли врагов режима. Для заключения не нужно было судебного решения, достаточно было решения из полиции или от главы воеводства. Правда, максимальный срок заключения составлял всего три месяца, но администрация лагеря имела право добавить еще столько же за различные нарушения режима. Правда, заключённого могли освободить досрочно, если он отказывался от антигосударственной деятельности.

Понятно, что деятельность ОУН была направлена не только против Польши. Главным своим врагом украинские нацисты считали Советский Союз, о чем неоднократно заявляли. Более того, Коновалец заявлял, что борьбу с поляками будет вести в качестве самообороны, а все основные усилия будут направляться против большевиков. Несомненно, такой антисоветский запал был во многом вызван усилиями германских кураторов, ведь на Западной Украине к Советскому Союзу отношение простых граждан было достаточно позитивным — не зря же в крае было немало откровенных сторонников Советского Союза. Еще со времен Первой мировой войны в Галиции действовала коммунистическая организация, которая со временем превратилась в достаточно сильную Коммунистическую партию Западной Украины (КПЗУ)[233]. Хотя партия действовала в подполье, однако, под ее влиянием находились и легальные организации, а один из её лидеров, С. Круликовский, даже был избран в польский сейм. Да и сам Коновалец в 1924 году обращался за финансовой поддержкой к большевикам, предлагая совместную борьбу против общего врага — Польши. Кто знает, может, если бы тогда ему не отказали, то не было бы никаких бандеровцев и УПА… Но коммунисты отказали, и Коновалец нашел себе покровителей в лице германской разведки. Уже с начала тридцатых годах ОУН стала врагом коммунистов и славянофилов, против которых также начался террор.

Когда речь заходит о предвоенном положении украинцев, то обычно вспоминают либо об УССР, либо о польской Западной Украине. Однако в то время территории современной Украины принадлежали и другим странам: Закарпатье было чешским, Буковина и Бессарабия — румынскими, а Крым — русским.

Ситуация в Закарпатье существенно отличалась от положения дел в Гали-ции. Тут репрессии австро-венгерской власти так и не смогли подавить русофильское движение, и поэтому в тридцатые годы здесь все еще параллельно существовали и украинофилы, и русины. В 1919 году Закарпатье было занято чешской армией, а в июне 1920 года по Сен-Жерменскому договору под названием «Подкарпатская Русь» вошло в состав Чехословакии. Поскольку в отличие от своих соседей, Чехословакия оставалась демократическим государством, то русины смогли активно участвовать в политике. Уже в 1920 году была создана Карпаторусская трудовая партия, которую возглавил Илларион Цурканович. В свое время за защиту русских православных крестьян австрийцы приговорили его к смертной казни, но потом приговор смягчили. Программа партии предусматривала расширение автономии Подкарпатской Руси, введение русского языка в качестве официального в госучреждениях и школах. Неоднократно партии удавалось провести своих представителей в Парламент. В 1929 году Карпаторусская трудовая партия объединилась с «Русским народным соединением», создав «Русский блок»[234], набравший на выборах почти 20 % голосов. Благодаря этому Илларион Цурканович стал сенатором.

Параллельно с «Русским блоком» в крае действовали еще несколько политических организаций. Например, крайне правая Русская национальноавтономная народная партия (РНАП) под руководством философа Степана (Стефана) Фенцика. Девизом этой силы было: «Подкарпатская Русь для кар-патороссов!», а своих противников сторонники РНАПа видели как в венгерских и чехословацких захватчиках, так и в украинцах, которых считали иудами. «Не нужно нам никакого славянства! Мы русские и русскими хотим остаться. А кто старается отобрать у нас нашу русскость, тот наш враг, будь он «славянин» или нет», — призывал Фенцик. И этот призыв также нашел отзыв в народе, который избрал философа-националиста в Парламент.