Русское кудесничество и чародейство - Иван Петрович Сахаров

афицером служит хорошохонько – жалованье полуцяет хорошее. Вот он и здумал ехать домой, отпросилсе проведать родителей. И поехал он. Доехал – господин живет, барин. Он привернул ноцевать. Вот они с господином в другой комнате цяю попили. Увели ево в другую комнату, там напоили и накормили ево. Из этой комнаты, где цяй пили, нихто не ноцюет, ушли все.

– Што же, – говорит, – этто у вас нихто не спит?

– А, – говорят, – нельзя!

Вот он проспал ноцьку, поутру ладить отправляетьсе идти. Ему говорят:

– Не ходи без завтраку.

Вот они завтраком покормили. Он и зашол в ту комнату, где цяй пил. Посмотрел он в пецьку, а в пецьке сидит целовек. Вот он скоряе вон из фатеры. Нашов он хозяина и благодарит его за угошшенье и спрашивает ево:

– Што это, хозяин, у вас целовек в пецьке сидит? Пошто он?

– А вот што, батюшко, не можем мы ево вывести, не даваэт спокою ноцью в этой фатере – все сидит.

– А што кабы ево увезти!

– Да кабы ты увез, я не знаю, што заплатил бы тебе!

– Давай, – говорит, – боцьку.

Вот боцьку принесли, он ево выташшыл и посадил в боцьку, наколотил железно обруцье.

– Давай тройку лошадей – увезу, – говорит.

Он тройку лошадей дал, и карету запрегли. Боцьку и вынесл Вот он и поехал. Тот в боцьке и говорит:

– Куды ты миня повез?

– Я, – говорит, – поехал домой.

– А миня куды?

Он ехал, ехал, взял боцьку спихнув в ров да сам и уехал походцяе. Вдруг там обруцье лопнуло, боцька розсыпалась.

– Стой, Ванюха! Не уехать!

Бежит за им.

– Да я никуды и не уехал – садись, – говорит.

И едут они двое. Доехали до кабаку.

– Тебя как зовут?

– Миня, – говорит, – зовут Гришкой.

– Да, Гришка, поди, говорит, в кабак, неси вина.

Гришка в кабак сошов. А он и погонил, хотел уехать, а тот бежит, захвативсе за тарантас.

– Стой, Ванюшка! Не уехать!

– Да я, – говорит, – не поехал, кони побежали сами.

Тот принес вина, выпили, эти и поехали. Опеть ехали, ехали, до кабаку доежжают.

– Гришка! Поди-ко в кабак – неси-ко вина!

Гришка опеть в кабак. Как ушов в кабак, тот и погонив коней, хотел уехать. А тот как выскочив из кабаку, схвативсе за тарантас.

– Стой, – говорит, – Ванюха! Не уехать!

– Да я не уежжаю, кони сами сбесились, побежали.

Выпили и поехали. Ехали, ехали, опеть до кабаку доежжают.

– Поди-ко, Гришка, принеси винця.

– Не трудись, Ваня, не уежжай. Тебе не уехать от миня! А я пригожусь тебе.

Вот опеть зашов в кабак, а этот было опеть и поехал. А он выскоцил.

– Стой! Не уежжай – я тут и есть!

Опеть и захватил. Сел в тарантас и поехал. Доежжают до ихнево дому.

– Смотри, – говорит, – Ванюшка, матка тебе принесет стакан цяю, вывали за окно; нальет тебе стакан вина – ты не пей, опять. И скажи батьку, што я вылью за окошко.

Вот он выплеснул за окошко и говорит:

– Папаша! Неси графин в шкафу – я попью, а этово не хоцю.

Матка видит, дело не ладно.

– Как он это догадалсе?

А тот Гришка уехал на постоялой двор с конеми. Вот он погостил недолго времени, сутки трои.

– Надо, – говорит, – мне ехать опеть на дело.

Взял, поредил мальчика до станции.

– Там есть Гришка ямшык, так и посылай, што мне ехать домой пора.

Сицяс Гришка ямшык подъежжаэт к окошку. Вот он выходит; напекла булоцек, гостинци. Вот они сили и поехали. Гришка взявсе сам повозницять – не дал Ванюше править, и поехали они в лес. Идет он лесом. Только елочки трешшат, кустики легают, к им зверье присегают.

– Ну ко, Ванюшка, напекла тебе матка булочек – кинь ко зверью.

Он, как кинул на сторону одну, так и розорвет звирье, в другую – и розорвет.

– Вот, – говорит, – каких тебе матка напекла булочек; съели бы, и тебя не было.

А этот Гришка и говорит:

– На ко мои булочки поэшь, мои вкусняе будут.

Поели; приежжают они в тот город, где он служил.

– Поди ты, – говорит, – к нацяльству, обойдись цесть цестью. Назовись, што есть у миня товаришш – возьмите в солдаты.

Вот он сошов, объяснил нацяльству.

– А для цево не возьмем?

Взели ево в солдаты. Ему уценьице далось. А этому афицеру пошла от цясу служба больше и выше. Повторяют ево в нацяльники. Он и говорит:

– Зови ты высших нацяльников – повковника и генерала в гости к себе. Позвал и говорит:

– Гришка! Сходи, принеси водочки.

Гришка сошол в кабак, принес цельной яшшык разных водок. Пришли гости, напились хорошохонько.

– Какой у тебя доброй кучер, от как добро употчивал!

– Да это што? Што хочете, то и принесу вам.

Так потчивал трои суток. И изладили Ивана в повковники. Гришка и поступив к ему в деншыки. Вот цярю и захотелось подновить сад, а сад был богатейший. Ишшет он охотников подновить этот сад. Гришка этот и говорит своему повковнику:

– Пойди, порядись сад чинить.

– Да у меня не будет сделан.

– Будет сделан, проси, только не ошибись, проси 30 тысяч деньгами, 3 боцьки вина, повк солдатов – церез 3 года раньше не справим. Так и берись, – говорит.

Вот он сошов, народу набралось много. Он и порядив-се. 30 тысяч взял денег, 3 боцьки вина, повк солдатов. Взял, пришов, Гришке и сказываэт:

– Порядился!

На третий день отправились на роботу. Приехали они в этот город. Поит солдатов безпросыпно. Эти три боцьки выпоил вино. Вот вина мало стало. Сошов он, опеть три боцьки купив вина. Опеть и эти три боцьки выпили вина. Солдатом жизнь хорошая. Вот оне жили мисяць целой, только што вино пьют, а роботы нет. Гришка вышев на улици, крикнул своих мальциков, ноцью оцистили все – што шабаш! Взятши, на другую ноць сделали сад, так Боже мой! Царь и не видал эдоково саду. Взятши, он отправил своих солдатов в город к цярю:

– Посылайте, пускай идет, посмотрит какой сад!

Приехали, сказали цярю:

– Требует он туда сад смотреть.

Приежжает цярь туда и говорит:

– Больне хорошо, я от роду таково саду не видал! Што же это ты хотел сделать в три года, а сделал в три мисяця?

И восхвалил этот сад.

– Вот тебе награда великая – цин тебе енерала. Ешшо кабы ты дом переделал этто.

– О можем мы весь город переворотить, все переделать!

Вот они через три мисяця весь город подновили, так сделали, што лутше старово в 1000 раз. Цярь им денег за роботу