Пепельное солнце - Алина Смирнова

— Но…. Как тогда тебе удавалось быть одновременно и в башне, и в управлении с нами? Ведь во время уничтожения управления ты был вместе с Самантой, Инари и Нианом, и в это же время был в башне, когда пришли я и Нэш? — устало и, поникши спросил Рин.

— С того момента три года назад, я создал себе три разных личности, которые использовал для прикрытия деятельности преступного конгломерата, контроля правительства, а потом и подчинения себе всего города. Первая личность — волшебника Харэ, главы террористов. Главная цель этой личности была в том, чтобы подчинить себе обычных граждан. И эту роль с блеском исполнил Гвэн, все-то время, когда вы видели волшебника в черном плаще и капюшоне, это был Гвэн, а не я. Затем личность властного и влиятельно заместителя премьера в правительстве, о который даже ты ничего не знал Рин. С помощью этой личности я устранил все препятствия на своем пути к контролю Токио. Для того, чтобы играть эту роль мне не нужен был второй актер, я появился в правительстве лишь пару раз включая тот случай с главнокомандующим, остальное можно было делать, используя лишь указания по мобильному телефону, и магию контроля удаленного действия.

— Основную свою роль ты сыграл, изображая нашего друга? Никто бы и никогда не подумал, что за маской доброго, вежливого доктора с трагической историей ухода из семьи, скрывается чудовище…. - его лицо исказилось болью осознания. Он был обманут и разбит.

— Я изменил ваши воспоминания и заставил играть в кровавую игру, при этом находясь всегда рядом и наблюдая за реакцией каждого из вас. Личность доктора была призвана скрыть мое истинное лицо. Со всей добротой и красотой милого доктора, кто-нибудь из вас мог подумать, что я волшебник? Один лишь главнокомандующий сразу догадался о том, что я не его сын, но это лишь сыграло на руку, прибавив трагичности личности Фея — доктора. Когда меня не было в управлении с помощью магии измерения, перемещаясь мгновенно, находился либо в башне, либо в правительстве, все эти сказки о том, что я уезжал помогать в госпиталь, хоть раз Рин ты пробовал найти этому подтверждение? Звонил в госпиталь поинтересоваться там, ли я? Опрометчиво с твоей стороны? Что касается случая с уничтожением управления здесь я приманил небольшую хитрость. Я использовал что-то вроде созданной иллюзии себя в башне, когда ты и Нэш заявились туда. Я заранее предугадал наш разговор, и смог создать подобную иллюзию самого себя контролируя ее даже на удалении через пространственную магию. Сам я в тот момент наблюдал разрушение управления. Это просто Рин — с пространственно-временной магией в кармане обманывать вас было очень просто, и наблюдать за вашими мучениями.

Моей особенностью поведения дракона является то, что чем ужаснее мои поступки, тем краше улыбка на моем лице. Давным-давно, когда я осознал, что являюсь драконом, все человеческие переживания стали смешными и глупыми, по сравнению с моими чувствами.

— Почему? Почему Токио? Почему я и Саманта, Ниан и остальные? Ты бы мог забрать гробницу и исчезнуть? Почему ты издевался над нами? Сделал частью своей игры и заставил в ней играть?

— Рин, это так мило…. Что, даже узнав правду обо мне, ты продолжаешь считать меня своим другом. Что ж…. Ответ на твой вопрос…. Может я и правда очень люблю людей? Я единственный, кто стоит между Эльребой и решением об уничтожении Вселенной…. — Кайра изменилась в лице, почти побелев от страха. Асуров сложно заставить бояться. Они боги войны, как-никак.

— Ты говоришь так, будто бы Эльреба существует! Это бред! Драконов не существует! — я улыбнулся, вновь и вновь наслаждаясь своим превосходством.

— Кайра, милая, уже один факт того, что имя Эльреба вызывает леденящий страх и у тебя, и у твоего Короля Редгрейва, доказывает существование драконов. Ваш страх вызван банальным неведеньем. Знаете, я люблю людей и их души. Однако, так как я волшебник и навсегда связан с желаниями людей, истинную ценность для меня представляют лишь те людские души, которые действуют, исходя из собственных желаний. Лишь те, чей разум не затуманен и не принадлежит никому…. Саманта свое испытание прошла. Ну, а ты, Рин…. Тебе выпала честь последнего решения…. — Кайра похоже окончательно упала в пучину страха, оба меча выпали из ее рук и она покосившись, схватилась за кристаллические поручни моста.

Рин Анимура — бывший директор управления безопасностью. Ты возомнил, что можешь управлять другими ради безопасности? Взял на себя ответственность за жизни стольких людей. И вместо того, чтобы сейчас стойко выплатить плату за свое положение, боишься и сомневаешься. Я лишь пытаюсь показать ему, насколько ошибочен был его выбор. Его мечты его же и убили. Как можно было получить такое положение, не будучи готовым к такому развитию событий? Или он думал, что сможет тихо мирно пережить всякую опасность для своего города?

— Люди для тебя всего лишь игрушки, волшебник Харэ? — он поднял на меня глаза, в которых мало помалу страх уходил…. Ну же…. Восстань или пади во мрак. И первый шаг к сопротивлению сделан, он назвал меня Харэ, вместо привычного ему Фея, кстати, так меня никто никогда не называл.

— А волшебники по-твоему, Рин, всего лишь инструменты для исполнения желаний людей? Я не хотел быть инструментом, который безропотно примет свою участь. И стать всего лишь пешкой в руках людей, Богов или Вселенной…. Лишь из-за этого ты осуждаешь меня? Каким образом вы в таком случае определяете, являются ли мои действия отрицательными? Смотря с высокого пьедестала человеческой морали, вы пытаетесь судить меня? Не слишком ли это эгоистично в таком случае?

Нельзя изменить Вселенную, совершая только благие поступки. Если бы не существовало весов равновесия. Если бы существовало только бесконечное созидание…. Рин Анимура был бы прав. Возможно, он даже бы стал впоследствии одним из величайших Богов…. Но в противовес созиданию всегда будет существовать хаос. И у света всегда будет тень. А это значит, что и мы с Эльребой также правы, как и Рин Анимура, в равной степени. И, поэтому люди не могут нас судить. Люди могут судить лишь людей и будут правы, ибо их моральные и этические установки находятся в одной плоскости. Понять Эльребу мог только я. Понять меня могла только Эльреба. Мы драконы и мы Хранители хаоса. Поэтому мы всегда будем с другой стороны весов равновесия. Однако, кто смеет называть нас плохими, жестокими или аморальными? Эльреба настолько благородна, что ни одной, даже самой незапятнанной человеческой душе, с ней не сравниться.

— Пепельный…. Ты ведь не человек? — внезапно произнесла Кайра отрешенно, и поникши.

Я рассмеялся, и мягко улыбнулся, пытаясь ее подбодрить: