Поцелуй навылет - Фиона Уокер

— Я знаю. — Саския крепко закрыла глаза, из которых текли слезы.

— Что она собирается сделать, Саския?

— Можешь пытать меня, — честно сказала она. — Я не знаю, правда.

— Она слишком непредсказуема. Я не доверяю ей.

— Я тоже. — Она повернулась к нему и прижалась лбом к его широкому, уютному плечу. — Твоей рубашке пора в стирку, неряха.

— Я знаю. Я собирался все постирать вчера вечером, но пришлось допоздна работать в баре, и я ужасно устал.

— Тебе нужна женщина.

— Может быть. — Дилан подумал о Флисс и грустно вздохнул.

— Ты на самом деле любил меня за то, что я сказала Феликсу, что он может играть?

— За это я хотел заваривать тебе чай до конца своих дней, примадонна, — рассмеялся он. — Я понял, что ты, в отличие от него, действительно можешь играть. Ты казалась такой невероятно искренней. — Он взъерошил ее волосы. — Мне нравится твоя прическа. Она идет тебе намного больше черной копны волос.

— Это мой естественный цвет, — засопела она. Не сдержавшись, она добавила: — А у Фоби волосы мышиного цвета.

— Я знаю.

— Знаешь? — Она взглянула на него, пытаясь улыбнуться.

— В ее квартире есть фотография, где она еще маленькая — с родителями и Милли.

— С пластмассовым трактором. — Саския улыбнулась. — Я их фотографировала. За несколько минут до этого она была вся в слезах. Боже, я была так жестока с ней в детстве.

— Все дети бывают невыносимыми. Однажды в приступе обиды я сжег всю коллекцию дисков моего брата.

Саския кусала губы.

— Ты тоже ее любишь?

— Не так, как я любил тебя. — Дилан обнял ее. — Ты мягче, ранимее. И красивее.

— Правда?

— Чистая правда. Она излучает невероятную сексуальность. Твоя красота более классическая.

Саския внимательно посмотрела в красивые, честные глаза Дилана и почувствовала, как ее сердце слегка шевельнулось.

— Ты думаешь, что мы…

— Нет. — Он поцеловал ее в нос. — Слишком много воды утекло. Кроме того, сейчас ты встречаешься со Стэном.

— Ах да, конечно. — Саския вытерла свои мокрые глаза со смехом, в котором звучало сожаление.

Дилан сжал плечо Саскии и искоса взглянул на нее.

— Ты же встречаешься с ним, ведь так? По крайней мере, Флисс сказала…

— Пока у нас платонические отношения. — Она пожала плечами. — Сейчас мы находимся на этапе поцелуев с сомкнутыми губами. Знаешь, раньше он встречался с Фоби.

— Разговор о бывших любовниках, — присвистнул Дилан. — Только не говори мне, что он встречался и с Флисс тоже.

— Нет. — Саския ухмыльнулась. — Но завтра приедет ее бывший парень, Айен.

— Я уже ненавижу его. — Дилан повел ее к лестнице. — Боже, я так рад, что мы поговорили. Мне тебя не хватало.

— Мне тоже тебя не хватало, грязнуля.

Когда по просьбе Флисс все собрались в самой убогой гостиной, Фоби меньше всего хотелось находиться в обществе. Это совсем не было похоже на вечеринку — им предстояло выслушать лекцию по персонажам, поведению и общему плану действий, прежде чем последует разрешение выпить первый бокал пунша. Это больше напоминало репетицию выпускного школьного бала. Она попыталась сесть в самый темный угол и притвориться паутиной, сплетенной черной вдовой, но в ее сторону направился Манго и небрежно расположился рядом с ней, передавая по кругу банки кока-колы и таблетки экстази.

— А потом мы сможем потанцевать под «Армию любовников». У меня есть кассета. Твой друг, Пэдди, голубой?

Фоби убрала таблетку подальше от любопытного носа Яппи и проигнорировала его, испуганная ревнивыми взглядами Флисс.

В гостиную вошли еще несколько человек, сжимая в руках бокалы с напитками. Поискав мебель, они устроились на полу.

Манго, который обнимал одной рукой Фоби, что ей страшно не нравилось, начал хихикать.

— Я думаю, что сегодня нам следует подготовить место действия, закончить с размещением на ночь, проверить, что мы не забыли о том, что случится завтра вечером, — сказала Флисс. — Потом мы отправимся в местный бар и хорошенько напьемся. Что скажете?

— Давай забудем о том, что ты говорила вначале, и сразу приступим к последнему пункту, — предложил Пэдди.

— Все знают свои роли? Все довольны? — Флисс спросила это голосом учительницы начальных классов.

— Я теперь вор-карманник, верно? — сказал Пэдди.

— Ты прав, Пэдди. — Она сверилась со списком. — Ты вечно пьяный менеджер леди Эвтаназии и баронессы Би Ривз, обанкротившийся на скачках. У тебя три дочери. Нимфа, развратная виолончелистка, — это Милли. — Флисс бросила на нее злобную улыбу, прежде чем снова посмотреть в список. — Мег, фригидная гувернантка, — это та девушка, которая придет с Селвином. И Психея, которая… дьявол, у нас нет Психеи! Придется сказать, что она присматривает за твоей прикованной к постели калекой-женой в Ирландии или где-нибудь еще.

— А кто такой Селвин? — Пэдди почесал затылок.

— Перегрин Фитцакоффин — лишенный наследства старший сын леди Эвтаназии. Шулер и плейбой, для которого ты портишь лошадей перед состязанием. Это должно быть написано у тебя.

— Нет, кто он на самом деле?

— Селвин? — Флисс рассмеялась. — Селвин Волф — мой брат, Пэдди.

— Я думал, ты сказала, что он твой сын? — Пэдди казался сбитым с толку еще больше.

— На время вечеринки, да. — Она с отчаянием вздохнула. — Но по-настоящему он мой брат. Ты должен это знать. Вы с ним знакомы. Он и раньше приходил на мои вечеринки.

— Тот идиот с? — Пэдди сглотнул. — Я хотел сказать, тот темноволосый парень с ненастоящим северным акцентом?

— Да. — Флисс выглядела слегка раздраженной. — Большую часть моей жизни он мой брат. А его акцент настоящий.

Манго поднял руку.

— Да, Манго? — Флисс покраснела — такая реакция стала для нее обычной.

— Можно поменять роль Отто Лихера на роль Психеи О'Маниак, ирландской художницы? — прощебетал он. — Ее все равно никто не играет.

— Э-э-э… Нет, — прохрипела Флисс. — Мне кажется, будет лучше, если пол персонажа будет соответствовать полу актера.

— Но Фоби будет лесбиянкой. Почему мне нельзя переодеться в женское платье? — захныкал он.

— Заткнись, Манго, — нетерпеливо огрызнулся Дилан. — У Флисс и без того достаточно хлопот, чтобы заниматься твоими капризами и менять роли в последнюю минуту.

Флисс в отчаянии уронила свои записи на пол. Она переводила взгляд с Саскии на Дилана и на Фоби.

— Это будет катастрофой, так? — простонала она. — Никто не понимает, что происходит.

— Позволь им напиться, и они справятся со всем без всяких усилий, — довольно слабо уверил ее Дилан.