Конспект - Павел Огурцов

Андрея Слюсаренко переводят в Недригайлов. Он — на той же работе, Катя преподает математику в старших классах. В 31-м году у них родился сын. Валя осталась в Ольшане. Олеся учится в Нежинском педагогическом техникуме. Наступил искусственно созданный голод, когда вымирали селами — дома и на улицах городов. В Недригайлове — никаких карточек, ни хлебных, ни продуктовых. Люда, Стецько и Марийка регулярно втроем с вечера становились в очередь за коммерческим хлебом, на другой день покупали, сушили сухари и отправляли в Недригайлов. Младший брат Андрея тоже окончил Харьковский ветеринарный институт, работал на Киевщине и регулярно высылал матери деньги. Вдруг долгое время — ни писем, ни денег, ни ответа на запрос в ту организацию, в которой он работал. Потом в газете «Вiстi» увидели его фамилию и инициалы в списке ветеринарных врачей, расстрелянных за вредительство: якобы они искусственно устроили массовый падеж скота. От матери это скрыли.

Люда вышла замуж за инженера и уехала с ним в Горький. Марийка окончила ФЗУ, работает токарем на заводе «Серп и молот» и учится на рабфаке. В 1935 году Стецько, – его давно уже называют Степой, – выдержал экзамены и принят в медицинский и химико-технологический институты, и, поколебавшись, выбирает медицинский, а Марийка в нашем институте поступает на годичные подготовительные курсы. 1936 год богат событиями. Из Горького вернулась Люда с мужем. Он назначен начальником цеха тракторного завода и получил комнату в квартире со всеми удобствами в поселке этого завода. Марийка выдержала вступительные экзамены и принята в наш институт. Опубликована новая, — она называется сталинской, — конституция, она многим вселила надежду на лучшую жизнь, хотя бы без террора и произвола, и, возможно, поэтому Степа и Марийка повидались с отцом перед его возвращением в родные места.

В Белополье отца арестовали, продержали два месяца в сумской тюрьме, но выпустили на свободу. В родном селе его приняли в колхоз и наделили приусадебным участком. Надо было строить дом, но и простую хату под соломенной крышей без денег не построишь. Помогали дети, но этого было мало, и мачеха варила на продажу самогон. Возродился семейный очаг Стежков, куда каждый из них приезжал когда мог и хотел, а главное — каждый чувствовал, что он есть. А для отца не было лучшего занятия, чем земледелие, — пусть даже в колхозе.

Окончив техникум, Олеся поселилась у Кати и преподавала математику в пятых-седьмых классах в той же школе, что и Катя. В 1939 году на Украине были образованы новые области; Белополье, Ворожба, Ольшане и Недригайлов вошли в Сумскую.

8.

Сдали зачеты. Марийка закончила проект и уехала. Не спеша крашу свой. Заходит Удав и, увидев меня, широко улыбается.

— Вот хорошо, что ты не успел к первой выставке. Охота съездить на родину — заправиться. Не защитишь ли и мой курсовой? Чего ты смеешься?

— Удавчик, я уже взялся защищать проект Марии Стежок. Попроси кого-нибудь другого.

— Это ты молодец, что взялся ее проект защитить, — она девушка хорошая. Ну, тем более — где два проекта, там и три. Даже веселее. Идем — я познакомлю тебя с проектом. А другие — ну их! Еще что-нибудь напутают.

Он на отделении жилищно-гражданского строительства, и проекта его я не видел.

— Ты лучше попроси кого-нибудь, у кого такой же проект.

— Такой же проект нельзя: у кого-то лучше, у кого-то хуже — неудобно получается. А ты — лицо беспристрастное — то, что нужно.

— Ну, тогда попроси кого-нибудь, кто работал рядом с тобой и знает твой проект.

— Пойди найди. — Удав вздыхает. — Они проекты защитили и гуляют. А те, кто еще чухается, хоть бы свои защитили. А ты говоришь!.. Идем, идем! Да ты человек или милиционер? Долго тебя упрашивать?

Выставили проекты. Пришла комиссия, осмотрела, некоторым задали вопросы, и нас попросили удалиться. Не знаю зачем с нами Света — она защитила проект на первой выставке, а сейчас чуть приоткрыла дверь, подсматривает и подслушивает. Кто-то изнутри дверь прихлопнул, Света нагнулась, то посмотрит в замочную скважину одним глазом, то приложит к ней ухо и комментирует. Прошло какое-то время.

— Петя, иди сюда, — зовет она меня. — Обсуждают твою Полтаву. Турусов говорит — дырчатая планировка. Да иди же, иди.

— Не стоит.

— Разве тебе не интересно?

— Не хочу подслушивать.

— Фи, подумаешь!

Наконец, стали вызывать и долго не задерживали. Когда я вошел — сразу же увидел на одном из своих больших подрамников пятерку и рядом — надпись «В альбом». Я засмеялся.

— Радуешься, что осчастливили? — спросил Турусов. Чувствую, что краснею. Отвечаю, глядя на Турусова:

— Представил себе размер альбома. Засмеялись многие.

— Вот пристроим еще одно крыло, и в нем будет постоянная выставка лучших студенческих работ, — говорит заведующий кафедрой. — Вопросов к вам нет, а по мелочам, — он почему-то опустил глаза, — говорить не будем. Поздравляю вас с очень хорошим проектом и желаю таких же успехов и после окончания института.

— И тебя можно поздравить? — спрашивает Турусов Чепуренко.

— А как же! — отвечает заведующий кафедрой. — Успех ученика это и успех его руководителя.

К моему удивлению Чепуренко краснеет и хмурится одновременно, явно хочет что-то сказать, но сдерживается.

— Я рад, я рад, — вдруг говорит Белореченко, обнимая меня за плечи. — Пригласите, пожалуйста… э... Стежко, — говорит мне завкафедрой.

— Стежко больна и просила меня, если вы разрешите, ответить на возможные вопросы, — произнес я заранее приготовленную фразу.

Стало тихо. Комиссия переглядывается. Кто-то спросил:

— Грипп?

— Грипп.

— Кто ее руководитель? — спрашивает завкафедрой.

— Я, — отвечает Чепуренко и добавляет: Я думаю ее проект можно оценить и в отсутствие автора.

— Да мы его уже оценили, — говорит завкафедрой.

Мы подходим к Марийкиному проекту, я вижу выставленную четверку и благополучно отвечаю на пару вопросов.

— Прошу вас, — обращается ко мне завкафедрой, — пригласите Чимченко.

Значит, переходят к проектам паркачей. Долго придется ждать пока дойдет очередь до Удава. Но вот приглашают Буракова. Вижу удивленные лица и не могу сдержать улыбку.

— Подрабатываешь защитой чужих проектов? — спрашивает Турусов.

— Разве можно брать с больных?

— Грипп?

— Грипп, — отвечаю, разводя руками и вздыхая.

— Ну, и эпидемия, — говорит кто-то. — А вы как, держитесь?

— А я гриппом никогда не болею. Посыпались вопросы.

— Как вам это удается?

— Невосприимчивость к гриппу?