Современный российский детектив-2. Компиляция. Книги 1-23 - Андрей Владимирович Поповский

моросящий холодный дождь и поежился. Культя, в которую был вставлен катетер, отдавала болью у него между ног при каждом шаге, и поэтому идти приходилось медленно. И осторожно. Враскоряку.

— Что с ее «мерседесом»?

— У меня в гараже. Я сегодня звонил в Воронеж. За машиной приедут завтра к утру. Уже с бабками.

— Хорошо, — пробормотал Самохин и, подойдя к милицейскому «уазику», кивнул сидевшему за рулем водиле-сержанту. И уже открыл правую «командирскую» дверцу, когда его негромко окликнули:

— Егор Анатольевич.

— Да. — Он обернулся и увидел, как к машине приближаются двое мужчин в строгих черных костюмах.

— С выздоровлением, — улыбнулся один из них, пониже ростом, и ткнул Самохину в нос красные «корочки». Дождался, пока начальник ОБЭПа, округлив глаза, прочитает, что там написано, и спросил: — Вы домой сейчас?

— Домой, — удивленно ответил Егор.

— Не советую. Вас там не ждут. Жена уже собрала чемоданы и отправила детей к своей матери. Ей не нужен муж-изменник. Который к тому же уже не способен исполнять супружеский долг.

Самохин аж захлебнулся! Еле сдержался, чтобы не вмазать по роже этому наглецу. И никак не мог подобрать подходящих слов, чтобы поставить на место зарвавшегося мерзавца с грозными «корочками». Да плевать он хотел на его красную ксиву! Здесь его территория, он здесь хозяин, и не позволит какому-то сопляку смеяться над его несчастьем. И совать нос в его семейные проблемы.

— Ах ты ж щенок! — Егор хлопнул дверцей так, что «уазик» аж покачнулся. — Юра, — крикнул водителю, — помоги задержать этих… — Он так и не смог подобрать подходящей характеристики обнаглевшим мерзавцам в чистых костюмчиках. Сейчас эти костюмчики станут грязными!

— Егор Анатольевич, — улыбнулся один из двоих агентов Организации, накануне направленных Бархановым в Пялицы, — не кипятитесь. Мы отвезем вас в нашей машине. К вам есть вопросы.

Второй агент тем временем спокойно дождался, когда сержант распахнет свою дверцу и, на ходу доставая из кобуры ПМ, начнет вылезать из «уазика». Потом, ткнув в живот сунувшегося было к нему самохинского зама, сделал два быстрых мягких шага к машине и от души приложился к дверце ногой. Водитель лишь хрюкнул и сполз вниз, уткнувшись лицом в грязный порог и уронив пистолет на асфальт. Агент наклонился, поднял ПМ и, выбив из его рукоятки обойму, закинул ее в густые заросли крапивы. Потом несильно пнул скрючившегося рядом с сержантом Груздева.

— Понравилось?

— Сволочи! Вас ведь…

— Не лезь не в свои проблемы. — Агент даже не думал слушать, что там ему скажет этот слизняк. — У тебя хватает своих. Ты второй в очереди отвечать на вопросы. Подумай, что соврешь насчет «мерсюка», который стоит в твоем гараже. А пока можешь валяться дальше.

Сразу сникшего Самохина отвели к белой «Волге» с московскими номерами. Один из агентов устроился за рулем, второй уселся вместе с Егором на заднем сиденье. Машина, буксанув на мокром асфальте, резко сорвалась с места и начала набирать скорость по направлению к воротам больницы.

— Юрка, ты как? — Груздев поднялся и принялся счищать с джинсов грязь. Бесполезно. Тогда он наклонился над очумело сидевшим на асфальте водителем.

— Вот Аля-аба… — Тот тряхнул головой и подобрал брошенный агентом пистолет без обоймы, — Где патроны?

— Вон там, в крапиве. Потом поищешь. Или спишем, коль не найдешь. Юр, ехать можешь?

Водитель опять тряхнул головой.

— Вроде, могу. Вот захерачил, так захерачил… Кто это такие?

Груздев уже устроился на переднем сиденье.

— Москвичи, федералы из прокуратуры. — Он трясущимися руками вытащил из пачки «Далласа» сигарету. — Юра, быстрее. Домой гони ко мне. Да поспеши ты, пожалуйста!

Они подъехали к его дому уже через пять минут. Старший лейтенант отправил водителя в отдел, сам же долго не мог попасть ключом в замочную скважину на гаражных воротах. Спешил и суетился, но наконец, справился с непослушным замком и, распахнув ворота, достал из кармана нарядный брелок с «мерседесовским» ключом зажигания. Нажал на кнопочку на брелоке, и серебристый красавец, стоявший внутри гаража, приветливо квакнул и подмигнул ему фарами. Николай поспешил устроиться за рулем.

Он успокоился лишь тогда, когда выехал за пределы Пялиц. Расслабился, закурил сигарету, даже сунул в плейер первый попавшийся под руку компакт-диск. Проехать ему предстояло шестьдесят километров, и он рассчитывал быть на месте минут через сорок. «Мерседес», не напрягаясь, подминал под себя дорогу со скоростью 140 км/ч, и если бы не последние три километра, которые предстояло преодолеть по разбитой грунтовке, Николай Груздев добрался бы до деревни, где жила его теща, меньше чем за полчаса.

Там он оставит машину, и хрен кто найдет ее в ближайшее время. Зря этот парень сболтнул ему лишнего. Но все, поезд ушел. Теперь никто ничего не докажет. А этих драчливых ублюдков еще возьмут на цугундер. Взвоют они, когда Самохин позвонит самому губернатору. Ох и взвоют же!

Николай довольно хихикнул и, съехав с шоссе, на второй передаче пополз через глубокие лужи по направлению к видневшейся вдалеке за полем большой деревне. Он уже проехал так метров сто, когда в зеркала заднего вида увидел, как следом за ним на грунтовку свернул большой черный джип. Груздев удивился: такие машины здесь обычно не ездят. И у него неприятно засосало под ложечкой.

Не стремясь сокращать расстояние, джип проводил «мерседес» до самой деревни и, когда Николай остановился возле дома своей тещи, притормозил рядом. Груздев выругался, выключил зажигание и обреченно остался сидеть за рулем. Со скамеечки, установленной под навесом возле крыльца, на него слепо уставилась прабабка жены. А от джипа к нему уже направлялись двое мужчин, на ходу доставая свои красные «корочки».

— Груздев Николай Геннадиевич? — К открытому окну наклонилась улыбающаяся физиономия. — Что ж вы машинку чужую не бережете? Эвон в какую грязь ее…

— Бля-а-адь! И как же меня все достало! — громко простонал Николай и шарахнул ладонью по рулю.

— …Нет, ну совсем не бережете чужую машинку, — огорченно вздохнул мужчина и распахнул водительскую дверцу. — Вот приедут завтра к вам покупатели из Воронежа, а товар-то в какой-то глухой деревушке. Весь в грязи. С рулем, понимаешь… Не сломали руль-то? Ну и отлично. Тогда вылезайте, Груздев. Приехали, понимаешь…

* * *

На улице уже совершенно стемнело, когда Егор Самохин вернулся домой. Он прошел по пустой квартире. Открыл нараспашку платяной шкаф и убедился в том, что жена действительно забрала все свои вещи. Заглянул в детскую и обнаружил там стерильный порядок. Ни разбросанных по полу игрушек, ни вечной лужицы на линолеуме возле горшка. И самого горшка тоже не видно. Потом прошел на кухню, увидел на серванте записку, но даже и не подумал ее