"Виктор Глухов-агент Ада". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович Владимир Черный-Седой

Генри задумался:

– Нет, Зерт, пусть живет, тратит средства на совет и убудет отсюда к станции АОМ. Мы за ней проследим, ты жди указаний, они будут. Спасибо за ланч. До встречи.

Генри встал и пошел к выходу. Зерт смотрел ему в спину и недоумевал. Этот парень профессионал, но иногда ведет себя довольно странно, и чтобы понять, что у него на уме, можно сломать голову. «Настоящий профессионал, – восхитился Зерт. – Ничего не сказал, но внушил уверенность, что все будет хорошо».

Мирмириада Севеньрон, дочь межратора Пальдонии Орегона Севеньрона, отверженного и проклятого старейшинами, совсем тайно прибыла на станцию, куда отправил ее отец. Там, в сейфе арендованной им ячейки, она узнала основной его замысел. Отец оказался очень предусмотрительным. Он понимал, что может потерпеть неудачу, и готовил пути отступления не для себя – таких, как он, не отпускают, – но он позаботился о дочери, в которой видел свое продолжение. К сожалению, законы Пальдонии не позволяли женщинам наследовать имения и должности, и ее отец вывез все средства из-под бдительного ока налоговой стражи Пальдонии.

Забрав флеш-карту с информацией, Мирмириада заперлась в своем номере в гостинице и стала изучать материалы. Там было просто послание. И коды к счетам, на которых хранились сбережения их семьи.

Сначала она открыла звуковое послание.

«Дочь моя, раз ты слушаешь меня, значит, ты на станции конфедерации Шлозвенга. Я покончил с бренной жизнью – к сожалению, такое бывает среди политиков. Тебе оставляю все свое имущество и денежные средства. Скоро в этом районе начнется схватка между Комором и Пальдонией за обладание планетой Суровая, что находится в этом секторе. Средства тебе понадобятся, чтобы купить влияние на станции. Знаю, ты не будешь скупиться, потому что влияние здесь поможет смыть с меня позор, а тебе – вновь обрести родину. Итак, главное: когда ты перекупишь членов совета, то сможешь управлять событиями. К тебе придут агенты Пальдонии с предложением помочь им решить вопросы. Не отказывай и ничего не требуй взамен. После успешной операции по захвату планеты тебя с почетом примут на родине как мать рода, и наш род снова поднимется из праха. Конечно, тебе придется выйти замуж, и тебе выберут мужа, но я уже договорился, что им будет младший сын Барданиидов, он младше тебя на семь лет. И он продолжит наш род. Но перед этим ты совершишь священный акт кровной мести и отомстишь Эрату Штифтану, который лишил нас положения и жизни твоего отца и брата. Ухожу с миром.

Мирмириада была истинным пальдонийцем – человеком, преданным своей стране, убежденным в непогрешимости старейшин и беспощадным к врагам. Она обладала острым умом, честолюбием и всегда следовала воле своего отца.

Крушение семьи стало серьезным ударом по ее гордости, и внутри нее вспыхнула неистовая ненависть к тем, кто был виновен в произошедшем. Врагов было немного: Эрат Штифтан и теперь еще Комо.

Первым делом она наняла стряпчего – мелкого жулика, который отлично разбирался в политической обстановке на станции. Она приняла его на работу в качестве советника и открыла офис, предоставляющий услуги психотерапевта.

Затем Мирмириада начала искать пути к членам совета. В этом ей помог стряпчий. Он быстро познакомил ее с офицером службы безопасности, который стал ее любовником. Через него она вышла на помощника члена совета станции из Комитета по лицензированию господина Шмольца и, не стесняясь, предложила ему свою благосклонность и средства. За неполные две недели она добилась большего, чем многие люди достигают за всю свою жизнь.

Вскоре Мирмириада была представлена всему совету и через своего любовника начала подкупать других. Деньги утекали рекой, но полноводное море средств, собранных ее отцом, не иссякало. Уже через пару месяцев ни одно решение совета не проходило без ее одобрения. Она была мила, терпелива и щедра, при этом любвеобильна и уступала всем ухаживаниям стареющих членов совета, которые с радостью делились между собой новостями о прелестях этой милой богачки.

Стряпчий нанял целую бригаду осведомителей по всей станции. Скоро он узнал, что по станции рыщут агенты Пальдонии, стремясь добиться встречи и понимания у членов совета, но они наталкивались на вежливый отказ. Их устремления в конце концов привели их к Мирмириаде.

Агент, который пришел к ней на прием, был вежлив и суетлив – такие на высоких постах не служат. Это был просто посыльный, которого отправили прощупать почву и настроение Мирмириады.

Она выслушала запутанный рассказ курьера и мягко его выпроводила. Напоследок она сказала, что ждет тех, кто будет вести разговор на серьезные темы.

И такой человек пришел – куратор сети агентов. Этот агент не вилял и прямо изложил суть проблемы.

– Госпожа Мирмириада, мы знаем, что вы пальдонийка и патриотка своей страны. Я сожалею о неприятностях, случившихся с вашими отцом и братом.

– Вы называете это неприятностями? – мягко спросила она, давая понять, что так не считает.

Мужчина понял ее правильно.

– Вполне возможно решить ваш вопрос, – произнес он. – Помогите нам, и мы поможем вам.

– Я патриотка, вы правильно сказали, – ответила Мирмириада. – Мне ничего не нужно, кроме того, чтобы моя страна процветала. Какая помощь вам нужна?

Она слушала агента и удивлялась, насколько ее отец был прозорлив и умен. Как жаль, что так нелепо все получилось. Непредвиденное стечение обстоятельств лишило ее семью жизни и влияния. Агент ушел довольный разговором.

А дальше начала раскручиваться заранее подготовленная цепочка событий.

Члены совета, узнав о намерении Комора аннексировать планету Суровая, вызвали подкрепление, и в сектор, контролируемый станцией, прибыл флот Конфедерации. Небольшой, но достаточно сильный, чтобы продемонстрировать решимость станции защитить свои интересы.

Глава 3

Высокие планы бытия

Отпуск – это лучшее время в жизни каждого человека. Мы с нетерпением ждем его и мечтаем провести так, чтобы он запомнился на целый год.

Раньше это были поездки в Крым, которые оставляли неизгладимое впечатление от общения с тещей Маргаритой Павловной. Она относилась ко мне так же тепло, как солдаты и офицеры к нашему командиру полка, полковнику Капустину. Он был настоящим военным на всю голову, и каждое воскресенье в полку проходили кросс и строевая подготовка. Не только солдаты, но и офицеры, не говоря уж о прапорщиках, мечтали пришибить Капустина. И когда он заболевал (а это случалось, когда он уходил в запой), все с надеждой ждали, что, может быть, хоть на этот раз он покинет бренную землю.

Я тоже отвечал Маргарите Павловне лютой взаимностью, ждал окончания отпуска и, сидя на берегу, надеялся, что она заплывет за буйки, где ее в глубину утащит катран, и моим мучениям придет конец. Но, видимо, не только ее душа, но и тело были пропитаны ядом злобы, и акулы не подплывали к ней. Как, кстати, и отдыхающие. Сейчас я понимаю, что это аура ведьмы отпугивала их.

Но это было лишь отвлечение. На самом деле я нежился в объятиях двух своих невест, в своем дворце в Граде на Горе. В окошко светило солнышко, из окна открывался чудесный вид на синее небо. Мы находились в большой комнате с бассейном, который в моих мечтах заменял море, и мне даже показалось, что мы в санатории на побережье Крыма, но без Маргариты Павловны. У меня было необычайно благостное настроение. Я предавался любовным утехам, а потом расслабленно подремывал. Не жизнь, а праздник. Всегда бы так.

Но, как говорится, не в коня корм. Покой нам только снится, и меня начала будить Шиза. Сквозь дрему я увидел ее опухшее личико в пожелтевшей коже и ляпнул:

– Что-то вид у тебя нездоровый, Шиза. Не выспалась?

В ответ я получил гневное: «Дурак!» И кучу неприятных слов, которые пропустил, отгородившись от волны гнева, способной меня заживо погрести. Когда она закончила, я включил слух.