Георгий Иванов - Ирина Одоевцева - Роман Гуль: Тройственный союз. Переписка 1953-1958 годов - Георгий Иванов

Александр II был убит в Петербурге 1 марта 1881 г.

748

В кн. XLV «Нового журнала» (1956, июнь) под заглавием «Когда бушевала буря» напечатан «Отрывок из подготовляемого к печати романа» Одоевцевой — о захвате и освобождении в Париже арестованных «гестапистами» еврейских детей при помощи Виктора Рачинского, главного в этом фрагменте персонажа. Очевидно, это все тот же сюжет романа о «резистансе», о котором постоянно упоминается в этой переписке

749

«Третий элемент» — возможно, Гуль имеет в виду «третье сословие», т. е. «простонародье».

750

В кн. XLIV «Нового журнала» (1956, март) напечатана подборка «Из неизданной книги стихов» «Очаровательные разочарования» Игоря Северянина: «Розы Христа» («Твоей души я не отрину...»), «Ночь под Рождество («Всего три слова: Ночь под Рождество...»), «Алексису Ранниту» («Есть чувства столь интимные, что их...»), «Весна в Кишиневе» («Воображаю, как вишнево...»).

751

Гуль имеет в виду реплику Г. И. в письме к нему по поводу строчки из стихотворения Браиловского «не без замечательности» (см. письмо 101) и сравнение Г. И. их взаимоотношений с парой Присманова — Гингер (см. письмо 98).

752

Книга Глеба Струве «Русская литература в изгнании».

753

Такая обобщающая статья Гулем не написана, но о книге Струве в «Новом русском слове» им опубликована рецензия, резко отрицательная: «Недостатки ее настолько велики, что от положительной оценки книги приходится воздержаться...» и т. д. (1956, № 15793,23 сент., с. 8).

754

Адам Бернард Мицкевич (Mickiewicz; 1798-1855) — польский поэт и деятель национально-освободительного движения; считается одним из трех величайших польских поэтов эпохи романтизма (наряду с Юлиушем Словацким и Зигмунтом Красиньским). Юлиуш Словацкий (Stowacki, 1809- 1849) — польский поэт и драматург. Мицкевич, родившись в Литве, в Польше вообще никогда не жил. Словацкий, хотя и поселился в конце 1820-х гг. в Варшаве (после учебы в Виленском университете), уже в 1831 г. попал в эмиграцию, из которой так и не вернулся на родину, скончавшись в Париже.

755

Дуэт Лизы и Германа у Зимней канавки возле петербургского Летнего сада в опере П. И. Чайковского «Пиковая дама» (1890).

756

Аллюзия на стихотворение Г. И. «Все на свете дело случая...».

757

Из стихотворения Г. И. «По улице уносит стружки...»: «Обедать, спать, болеть поносом, / Немножко красть. — А кто не крал?».

758

Сцены, описанные Г. И., в частности, в «Петербургских зимах».

759

Вариант строчек из стихотворения Г. И. «Вот более иль менее...»: «Идет старик — ругается, / Сидит собака — чешется».

760

Под заглавием «Книга о Мейерхольде» в кн. XLIV «Нового журнала» (1956) напечатана рецензия Ульянова на книгу Ю. Елагина «Темный гений».

761

На этой запятой страница обрывается. Следующая или пропущена, или Гуль, поспешив перейти к самой для него интересной части, о запятой забыл, посчитав ее точкой

762

Неточная цитата из баллады А. К. Толстого «Василий Шибанов» (1858): «И пишет боярин всю ночь напролет, / Перо его местию дышит; / Прочтет, улыбнется, и снова прочтет, / И снова без отдыха пишет».

763

Адамович в книге «Василий Алексеевич Маклаков» (Париж, 1959) пишет: «Этих двух политических деятелей сравнивали постоянно и будут сравнивать еще долго. Нет, кажется, никого, кто не признал бы, что природою Маклаков был одарен щедрее, был более гибок, разносторонен "интуитивен". Но с тем же единодушием все признают, что в качестве политического лидера Милюков был крупнее и гораздо влиятельнее». И дальше Адамович заключает: «...Милюков и Маклаков органически не могли столковаться. <...> в Маклакове преобладал именно человек с очевидными для всех сомнениями или даже слабостями, и если за ним реже следовали, то к нему искренне тянулись. Его больше любили».

764

«Наследство Блока» («Новый журнал». 1956, кн. XLIV).

765

Адамович по поводу вопросов Гуля пишет Г. И.: «Статья Гуля у меня есть» (3 дек. 1957). И затем Одоевцевой: Гуль «очень интересуется, соглашусь ли я с ним или буду возражать. Вернее не будет ни того ни сего. До чего все на свете одержимы литературой и самолюбием!» («Минувшее», кн. 21, с. 462,464).

766

Скорее чем реальный пейзаж, Гуль воспроизводит здесь строчку из «Танго "Магнолия"» (1931) Александра Вертинского: «Как дикая магнолия в цвету...».

767

«Плоды совместного творчества» в большей степени касаются стихов Одоевцевой, чем стихов Г. И. Что же касается эссеистики, то, по ее утверждению, она целиком написала «за Г. И.» эссе «Закат над Петербургом» и предисловие к тому стихов Есенина. Угадывается «рука Одоевцевой» и в некоторых поздних стихах Г. И. О совместном сотрудничестве с Г. И. Одоевцева в разные годы говорила по-разному: иногда приписывая себе авторство чуть ли не всех стихотворений, известных теперь как стихи «Посмертного дневника», иногда, наоборот, утверждая, что к записанным ею со слов Г. И. его последним стихам прикасаться чужой рукой «кощунственно». Как пример можно привести удостоверенную в поздней переписке с Гулем их совместную попытку исправить к лучшему стихотворение Г. И. «Побрили Кикапу в последний раз...». После двустороннего обсуждения решено было... вернуться к варианту Г. И. То, что Одоевцева записывала многое за Г. И. из того, что он своей рукой на бумагу не заносил, никак его авторства соответствующих текстов не отрицает. В книге «На берегах Сены» Одоевцева вообще утверждала: до смерти Г. И. «...я никогда не написала ни одной статьи» (М., 1989, с. 316). Что же касается «Посмертного дневникам, то вряд ли стоит подвергать сомнению авторство Г. И., сразу же после кончины поэта утвержденное самой Одоевцевой в письмах 181, 182, 184. Все дело тут в том или ином настроении творцов, в тех или иных их фантазиях, в те или иные минуты жизни оценивающих свою роль 8 культурной жизни прямо противоположным образом. В конце концов, в позднем письме к Гулю (9 июля 1961 г.) Одоевцева утверждала: «Я до сих пор не могу пережить обвинение в подделке "Посмертного дневника". И даже никому об этом не говорила, слишком чудовищно» (BLG, Box 10, Folder 241).