Толковая Библия. Том 10 - Александр Лопухин

1. Да не смущается сердце ваше; веруйте в Бога, и в Меня веруйте.

Апостолы были крайне смущены кратким разговором Господа с Петром (13:36-38). "Если даже Петр отречется — думали со страхом они — то что же ожидает их!" (Иоанн Златоуст). Кроме того, как видно из Евангелия Луки, Господь сказал всем им несколько неясных для них слов о какой-то ожидающей их борьбе (Лк. 22:35-37). Поэтому-то Господь и начинает Свою речь в тоне утешительном: да не смущается сердце ваше... По-прежнему они, апостолы, должны веровать в Бога и, веруя в Бога, веровать в Того, Кого Бог послал, т.е. во Христа. С самого детства апостолам, как иудеям, уже привита вера в Бога и эта вера должна послужить точкою опоры для их веры во Христа, теперь несколько поколебавшейся под действием Его последних слов о Своем удалении. Благодаря такой двойной вере, апостолы препобедят свой страх перед наступающими решительными событиями.

2. В доме Отца Моего обителей много. А если бы не так, Я сказал бы вам: Я иду приготовить место вам. 3. И когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтобы и вы были, где Я.

Продолжая успокаивать апостолов, как детей, скорбящих при разлучении с любимым отцом, Христос открывает им, что скоро увидится с ними опять. Теперь же Он идет приготовлять Им место в доме Отца Своего.

В доме Отца. Царство Небесное, которое здесь Христос называет домом Отца Своего, изображается под видом обширного царского дворца, в котором живет восточный монарх с своими многочисленными сыновьями, причем каждый из сынов имеет для себя свое отдельное помещение.

А если бы не так, Я сказал бы вам: По русскому синодальному изданию, через постановку в конце этой фразы двоеточия, последующие слова не сохраняют никакого самостоятельного значения, составляя только окончание предшествующей фразы. При таком чтении, однако, совершенно неясным представляется выражение 3-го стиха "и когда пойду". Ведь, по синодальному чтению, Господь не сказал ученикам, что Он пойдет, а сказал бы, если бы обителей для учеников еще не было. Напротив, если поставить после слов "сказал бы вам" точку (как сделано в слав. тексте), то смысл первых слов 3-го стиха является совершенно ясным и связь этого 3-го стиха со 2-м вполне естественной. При таком чтении получается следующая мысль: "если бы не так, т.е., если бы на самом деле никаких обителей на небе не существовало, то Я, Которому все небесное известно хорошо (Ин. 3:11-13), сказал бы вам об этом и не стал бы обольщать вас несбыточными мечтами. Но обители эти, несомненно, существуют, и Я даже иду на небо для того, чтобы вам выбрать лучшие".

Приготовлю вам место. Господь, как выражается Апостол Павел, явился нашим предтечей на небе (Евр. 6:20[325]), открыл нам путь в Царство Небесное.

Приду опять. О каком пришествии Христа здесь говорится? О последнем ли, которое будет иметь место перед кончиною мира, или же о пришествии таинственном, духовном, во Святом Духе? Кажется, здесь нельзя иметь вввиду ни того, ни другого. О пришествии на суд Господь не мог здесь говорить потому, что это пришествие, как знал и Сам Христос (ср. Мф. 25:5), было чрезвычайно далеко, да притом и апостолы едва ли могли утешиться мыслью о свидании с Господом в отдаленном будущем, — после того, как они воскреснут: на Марфу, по крайней мере, мысль о том, что она увидится с братом после воскресения мертвых, не произвела успокоительного действия (Ин. 11:24-25). Нельзя также понимать здесь и пришествие Господа во Святом Духе-Утешителе, потому что о ниспослании Его Господь еще не сообщил апостолам. Как же могло утешить их то, чего они еще и уразуметь не могли? Правдоподобнее то мнение, что Господь говорит здесь о Своем воскресении, после которого Он снова придет к ученикам: о Своем воскресении Господь говорил ученикам и прежде (Мф. 17:9[326]; Мк. 9:9 и др.). Но при таком понимании остается непонятным следующее выражение: и возьму вас к Себе... После воскресения ученики не были тотчас взяты ко Христу. Поэтому правильнее полагать, что Господь здесь говорит не о Своем пришествии к ученикам только по воскресении Своем, а вообще о том, что Он будет являться ученикам в момент их кончины и брать их души в вечный покой. Поэтому-то и святой Стефан, умирая, говорил: "Господи Иисусе! приими дух мой" (Деян. 7:59 ½) .Ср. 2 Кор. 5:8[327] и 1 Фес. 4:17[328]).

4. А куда Я иду, вы знаете, и путь знаете.

По некоторым кодексам, этот стих читается так: "И куда Я иду — путь в то место вы знаете" (Луази). Господь этими словами напоминает ученикам Своим Свои прежние речи о пути к небесной славе (Ин. 12:23,30-33 и др.), который проходит именно стезею страданий.

5. Фома сказал Ему: Господи! не знаем, куда идешь; и как можем знать путь?

Апостол Фома, представляющий собою тип человека рассудительного и медлительного в вере, желающего иметь во всем точные сведения, и в настоящем случае хочет знать обстоятельно, во-первых, то, куда ведет Христос, и, во-вторых, тот путь, каким пойдет Христос. Говоря: "не знаем", Фома, очевидно, выражает здесь и желание апостолов вообще, а не только свое. Апостолы, по-видимому, все еще не отрешились от мысли о том, что Господь говорит о каком путешествии в другую страну.

6. Иисус сказал ему: Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня. 7. Если бы вы знали Меня, то знали бы и Отца Моего. И отныне знаете Его и видели Его.

На вопрос Фомы Христос не отвечает прямо. Он только пользуется этим вопросом, как поводом к тому, чтобы напомнить апостолам Свое учение о Своем назначении (по вопросу же, который предложил Ему Фома, Он много говорил выше), Христос — Сам путь к истине и жизни, или, иначе говоря, к Отцу-Богу. Некоторые толкователи, напр., Сильченков, считают выражения "истина" и "жизнь" эпитетами, которые Христос прилагает к Самому Себе: "Христос есть сама истина — вне Его все ложно. Он есть сама жизнь — вне Его нет жизни". Но такое толкование противоречит дальнейшим словам Христа: "никто не приходит к Отцу, как только через Меня". Для чего бы Христос стал говорить апостолам еще о прохождении к Отцу, как о чем-то необходимом для них, если бы во Христе они имели все и без Отца? Нет, Христос говорит об Отце, как об истинной цели всех человеческих стремлений. Люди стремятся к вечной славе, в которой пребывает Отец, а Христос — есть путь, ведущий к этой высокой цели.

Если бы знали Меня... Если бы апостолы узнали Христа в Его истинном отношении к Отцу, с Которым Он находится в теснейшем единении по существу, то они узнали бы и Отца. Ясно, что Господь признает для апостолов возможным такое познание и этим самым считает довод, высказанный Фомою (не знаем..., как можем знать...), совершенно неосновательным: нет, они могли знать!

И отныне знаете... Но высказав некоторый упрек по отношению к апостолам, Господь сейчас же и утешает их. Пусть они и не имеют полного знания о Христе, пусть они любят Его больше, как Учителя-Мессию, тем не менее и такое знание представляет собою нечто положительное: оно приведет их к полному познанию, фундамент для которого уже заложен (на это указывает выражение: "отныне"). Некоторые (напр., Гольцман) видят в последних словах Христа только "оптимическое предположение, не отвечающее действительности:" апостолы-де не имели на самом деле такого познания и не видели во Христе Сына Божия, а, след., не знали и Отца... Но с таким мнением согласиться нельзя в виду того, что далее Господь прямо говорит, что Он открыл апостолам имя Отца (17:6[329]), а это открытие началось уже давно.

8. Филипп сказал Ему: Господи! покажи нам Отца, и довольно для нас.

Апостол Филипп был человек довольно нерешительный и склонный руководиться чужими мнениями (6:9; 12:22). Он как бы постоянно искал для себя опоры вовне. Этим свойством его характера и можно объяснить то, что он просит Христа показать ему и другим апостолам Отца, т.е. просит такого же Богоявления, какого, напр., удостоился на горе Моисей (Исх. 33:18[330]). Тогда они будут совершенно спокойны за участь Христа.

9. Иисус сказал ему: столько времени Я с вами, и ты не знаешь Меня, Филипп? Видевший Меня видел Отца; как же ты говоришь, покажи нам Отца?

С горестным чувством Господь вразумляет Своего ученика. Кто духом своим созерцает Отца в Сыне, для того бесполезно какое-нибудь внешнее Богоявление (ср. 1:18). Если бы Филипп знал Иисуса, то понял бы, что видеть Его — все равно, что видеть Отца.