Девочка-война - Даша Коэн

Так, как там ускорить ход времени? Спать лечь? Отлично! И плевать я хотел на то, что еще только начало десятого вечера. Мне нужно завтра, и я его получу!

Вибрация и звук входящего сообщения вырвали меня из пут сна неожиданно, но резко. Черт, забыл звуки отключить! Идите все в баню! Я убиваю время и не смейте мне мешать.

А потом я увидел имя абонента и чуть не тронулся умом…

Да меня глючит, не иначе!

Любимая: «Привет».

Я даже себя по щекам похлопал, чтобы быстрее прийти в чувства и отделаться от слишком сладкой иллюзии. Но нет, все то же и потому же. Сердце дрогнуло и заметалось в груди как одержимое, а тело покрылось мурашками в надежде на гребаное чудо.

И я суматошно соображаю, что же написать ей в ответ, но меня хватает только на ответное:

«Привет».

А дальше меня пришпиливает три слова, за которые я бы и душу дьяволу продал, лишь бы они были от нее:

«Ты нужен мне».

И кувалдой в грудь. Мощно. Навынос. Насмерть. Что же ты делаешь, Агата? Шутишь, да? Решила поиздеваться, отомстить, жестоко разыграв меня там, где я жажду только искренности? О, малышка, что это? Сердце плачет, но защитная реакция работает как часы, пока мозги еще пребывают наполовину в дурмане сна.

Я: «Очень смешно…»

Я весь как оголенный нерв, я растерян, но полон надежд. И после бесконечных минут сомнений и ее молчания, я не выдерживаю и выдаю свое смятение и страх:

«Агата, так нельзя шутить».

И почти сразу же еще одно:

«Ты в курсе?»

И ее лаконичное «да» сметает все сомнения на моем пути. Все, к черту, я ее из-под земли достану. Не могу так больше! Ни дышать, ни жить, ни даже просто существовать в этом мире без нее. Довольно, черт возьми, игры закончены! И дальше я даже не спрашиваю ее, а ставлю перед фактом:

«Я сейчас приеду к тебе».

А там уже тормоза мои отказали, потому что ее «жду» придало мне небывалое ускорение и я побил все рекорды по сборам, и уже через несколько минут мчал к ней по ночной Москве, на ходу строча еще одно сообщение, завидев вдалеке силуэт ее дома.

«Выходи».

И тут же педаль газа в пол, потому что ее «уже» форменно свело меня с ума. Но, черт! Что, если она меня обманула? И этот вариант развития событий почти приговорил меня к долгой и мучительной ментальной смерти от разочарования. Но спустя пару минут, притормозив у ее калитки, я почти ошалел от вида знакомой фигурки, что одиноко топталась у подъезда.

Видит меня и почти бежит навстречу. Какого хрена вообще? Я что сплю? Или ретроградный Меркурий на пару с моей строптивой зазнобой окончательно лишили меня разума, и я давно где-то пускаю слюни в психушке? Ущипнул себя. Нет, все реально. Господи, спасибо тебе!

Так, переведи дух, Демид, и не гони коней!

- Дём, - подходит ко мне и смотрит вопросительно своими нереальными глазами цвета неба.

- Садись, - сглатываю и открываю ей дверь пассажирского сидения.

Тушуется, но подчиняется. Давай, малышка, это точно не то место, где я готов тебя слушать. И вот уже я прыгаю за руль и накручиваю музыку, чтобы хоть как-то прийти в себя от натурального шока. Утро почти наступило, друзья. Чудо? Оно самое, не иначе!

И она рядом, родная, любимая и сжалась почти в клубочек. Конечно, вытрепала мне всю душу…А теперь как быть?

Подземная парковка, лифт и ее умоляющий взгляд. И молчание убивает. Потому что я не выдержу, если опять услышу, что она все еще в меня не верит и даже не готова на это. Звон ключей в замочной скважине, и мы проходим внутрь моей квартиры, той самой, что я хотел сделать нашей. 

- Говори, - выдавливаю я из себя, умоляя небеса, чтобы она мне дала хоть что-то, за что бы я мог зацепиться.

- Дём…ты обними меня, пожалуйста, - и я с ужасом смотрю на то, как по ее щеке скользнула слеза.

- Дурочка моя!

А дальше я почти потерял сознание от кайфа, когда мои руки сгребли ее в объятия. Все, больше не отпущу!

- Не плачь, Агата, я все тебе докажу и покажу, - шепчу я ей, сцеловывая ее слезы. Но она не дает мне закончить, прикасаясь холодными пальцами к моим губам.

- Не надо! Я верю тебе. Верю, Дём. Полный комплект. Все твое и мое доверие тоже. Слышишь?

И все, после этих слов у меня словно стоп-кран сорвало. Я впился в ее губы глубоким влажным поцелуем, почти терзая ее рот, потому что истосковался до невозможности и до сих пор не мог поверить, что это все не плод моей больной фантазии.

- Я люблю тебя, - рычал я ей где-то, между тем как усаживал на комод и поспешно сдирал с нее колготки.

- Люби, Демид! Люби и никогда не отпускай меня!

И я любил! Грубо. Ненасытно. Торопливо. Почти теряя рассудок от наслаждения и понимая, что наконец-то вернулся домой.

Моя Агата. Только моя.