Подлежит Удалению - Евгений Леган

в принципе и всё. Весь диалог. И так изо дня в день. Мы даже на корпоративах не пересекаемся. Что уже говорить о личном отдыхе.

– Я совсем не это имела в виду, а простое, человеческое сострадание. Неужели ты такой чёрствый? Им сейчас как никогда тяжело, а поддержка ещё никому не мешала.

Лишняя строчка слов только расстроила Миру. Она перестала копошиться возле полки и вернулась обратно к креслу. Рядом покачивая ногу сидел Ник.

– Слу-у-ушай, – посмотрел на тёмные полосы на стене, – у тебя ж вроде как тут диван стоял… Тёмный такой. Коричневый вроде. Удобный чертяга до жути. Что с ним случилось? Надоел?

– (Уныло) Нет… – устало присела. – Его сожгли.

– Как сожгли? Кто?

– …Кай сжёг. Ну то есть, не сжёг, а основательно так… подпалил.

– А как это получилось? Тебя что, внутри не было?

– Вот именно, что была, – легла головой на стол. – Я копалась в бумагах… Статистику смотрела… а на него – вообще не обращала внимания. Вот он и решил видимо таким образом… обратить…

– А можно пожалуйста чуть больше конкретики? Я тебя сегодня не узнаю.

– Можно, – подняла голову. – Я просто не выспалась, а тут ещё и ты с такими-то новостями… Тебе вообще интересно? Или ты опять ищешь повод меня позлить? Упрекнуть в очередной раз в некомпетентности.

– Боже упаси, – улыбнулся, – да не дай бог. Мне просто интересно, куда подевался этот чёртов диван. Я же так его любил. Приду к тебе, грохнусь на него, а ты мне задашь какой-нибудь дурацкий тест для ребятишек. Что там было… На темперамент… На характер помню… На-а-а тип мышления? Мне из всего этого, только чернильные картинки понравились. Есть хотя бы на что посмотреть, а не гонять без толку абстрактное.

– Ой, эксперт нашёлся. Может, это тебе надо занять моё кресло? А я тогда вместо тебя на бумаге, вместе с ребятишками покалякаю. Отведу хоть раз в жизни душу. С твоей работой – кто угодно справиться, а с моей – нет.

– (Улыбчиво) Ишь ты чего выдумала… А спорим на обед, – повернулся к ней, – что ты и кубик на листе ровный не вычертишь? Тебе даже линейка в этом не поможет. Всё равно получиться криво. Ну так что, – протянул руку, – будешь?

– С тобой спорить, – отклонила предложение, – себя не уважать. Я видела, как вы рисуете, точнее, как ты говоришь – «строите». Тебя обормота за даром кормить, у меня нет никакого желания. Это равносильно, если я тебе предложу вставить катетер в вену. Кажется, просто, но с первого раза ты хрен нормально сделаешь. Либо в вену не попадёшь, либо так вглубь загонишь, что тебя тройным матом обматерят. В любом случае, 100% не получится. Даже и пытаться не стоит.

– Всему знаешь ли можно обучиться, – убрал руку. – Было бы желание.

– Ага, – улыбнулась, – особенно, когда твой «лучший» ученик нарисовал на выставку (медленно) что-о-о? Правильно, ничего. Огромную жёлтую розетку на фиолетовом фоне. (Довольно) Вот это была умора. Я тогда изрядно повеселилась. Какой там слоган был не напомнишь?

– (Хмуро) …Берегите.

– (Смеясь) Что берегите? Кого? Розетку что ли?

– Мира, хватит смеяться. Это всего лишь дети.

– Ну и что, что дети? Во-первых, – немного успокоилась, – я смеюсь не с них, а с тебя. Это ты их курировал, а не я. Горе учитель, – радостно покачала головой. – Что, пустил дело на самотёк? Дал им больше свободы? В следующий раз, тему хотя бы нормальную подбери, а лучше всего – помоги. Это ж блин мозг так сломается у ребёнка. Что такого можно дельного нарисовать, чтобы проблему в одной картинке раскрыть? Желательно, чтобы и качественно, и идейно. Да с этим дизайнеры не всегда справляются, а ты хочешь руками ребёнка сознание взрослых перевернуть. Что ж, удачи. Как минимум меня, ты повеселил. Постой… – внезапно задумалась. – А это не тот же мальчик, который прошлогоднюю постановку почти… убил?

– Не смотри так на меня. Я к этому руку не приложил… Хочу просто отметить, что слово «убил» – слишком притянуто за уши. Там через одну команда без плакатов участвовала. Они практически на ровне со всеми и победили. Даже без картинок всё было понятно. Кто, какая из болячек и к чему прицепилась.

– Это понятно лишь из-за того, что каждый проговаривал свою реплику.

– А ты что, разве на спектакль пантомим шла?

– Нет, но то, что одна девочка вцепилась парню в живот, знаешь ли интерпретировать можно по-разному. Тут столько диагнозов, что правильный хрен сыщешь. А это язва оказалась. Уж язву то, можно было нарисовать. Рисуешь схематично желудок и дырки в нём. Всё просто, – откинулась на спинку.

– Ты забываешься. Просто для тебя, но для ребёнка. Тут коллегиальный подход нужен, а не сваливать всё на одного. Может, будь это простой ученик – претензий было бы 0, но нет. Он у меня в группе рисовал, но потом перевёлся. Умеешь рисовать – вот тебе бумага, краски и лабай. Типа: «А хули там делать? Ты же учился». Ну да. Они, наверное, от него ждали, знаешь ли такой, – пощёлкал пальцами, – мультяшной стилизации. Когда идёт очеловечивание обычных вещей. Типа как… маскот. Ты же пьёшь иногда кофе «Клякса»?

– (Вдумчиво) Иногда пью…

– Ну вот, что-то типа того. Когда и рожица есть, и ручки с ножками. Ножек может и не быть, хотя