Гвалактика белая. И только вера. Книга 12 - Наталья Владимировна Бульба

- Волновая мина!

- Определить зону! Капитан… - Голос Слайдера «пробил» эфир, едва не наложившись на крик Каймана.

- Вероятность волновой мины подтверждаю, - «приняла» я оценку Валечки, «легшую» на кальку модуля. – Зона возможного поражения: сектора три, четыре, шесть. Режим предактивации. Отсроченный… Приказ: покинуть…

- Капитан, сканеры фиксируют активацию импульсно-волновой мины… - сбил меня Дальнир. И… добавил: - Извини, но…

Взгляд на телеметрию переводить не стоило – все отметки в зоне визуализации командного…

Отметок не было, лишь коды на почерневшем поле…

- До выхода на мощность «Пульсара» семь минут…

- Капитан, есть идея! – вернувшийся Тарас пристроился у меня за правым плечом.

О группе Слайдера он еще не знал…

- Капитан, на дальних изменение напряженности гравитационного поля… Судя по кривой – ардон.

- Демоны тебя… - в возгласе Дарила было все: от ярости до восхищения. – Капитан, мы завалим ардон!

- Если нам дадут это сделать… - глядя на отметки СиЭс поморщилась я. Долбануть-то, мы долбанем…

- А если устроим самоуничтожение? – наклонился ко мне Тарас. – У Юла есть иммитатор. Что-то вроде отправившегося в разнос главного генератора маршевых…

Сотворить что-нибудь гениальное…

- Сядешь первым или на подхвате? – оглянулась я.

Растрепанный. С шальным блеском в глазах…

- Что случилось, капитан? – наклонился он еще ниже. Так низко, что не разглядеть, только утонуть в чужих глазах, в боли и… слабой, но надежде.

- Группа Слая… - произнесла я одними губами.

Он отстранился, выпрямился, замерев в этом безвременье.

Ангел…

Этот ангел был карающим!

- На подхвате, - ровно, словно не сообщила я ему только что о возможной гибели друга, произнес он. И – добавил… так, что в возможность этого чуда поверила даже я: - Он – жив! Я тебе точно говорю!

Мне хотелось ему верить…

Мне очень хотелось ему верить, но…

- Внимание, передать на общей волне: угроза взрыва! Опасная вибрация главного генератора маршевых двигателей…

Гениальное?!

Парни были правы! Пока мы живы, ничто не могло заставить нас остановиться перед гранью невозможного!

Флагманский щитоносец корежило… Вздвувало взрывами, топорщило огрызками обшивки, разрисовывало потеками добиравшихся до него залпов. Разодранный на части корпус «качало» на обломках, растаскивало, лишая единства.

Смотреть на гибель кораблей – страшно. Наблюдать гибель… такого корабля - невыносимо.

Все, во что верили! Все, что казалось незыблимым! Все, что соотносилось с несокрушимостью и величием…

Реальность буквально вбивала в мысль о несовершенстве человека, как такового, и всего, что можно было назвать его творением.

Несовершенстве не самом по себе - в сравнении с упорядоченностью и закономерностью мироздания, в котором мы были и оставались лишь одним из случайных и явно ошибочных его проявлений.

Философия!

Для нас сейчас вся философия сводилась к равенству времени и жизни, в секунды вписывая тех, кого не успевали спасти.

- Да я же его суку!

Валечка не кричал – хрипел, но крик прорывался. В том, как захлебывался звуками, яростью, что срывалась с его губ, наслаждением, что эта тварь, достававшая своей наглостью, теперь была вынуждена огрызаться, вырываясь уже из нашего захвата.

- Капитан, фиксирую гравитационный всплеск. Идет по возрастающией… пять и семь, семь и восемь, девять и четыре… двенадцать и шесть. По прогнозу – точно, ардон…

- Спокойно, Антон, спокойно… - подалась я вперед. Оставаться не безучастной – отстраненной во всей творившейся последние пять минут вакханалии, было практически невозможно, но я – оставалась. Хоть кто-то…

Одна за всех!

- До залпа «Пульсара» сорок секунд… Фокусировка завершена. Синхронизация… девять… семь…

- Спасибо!

Я не сразу поняла: кто и за что, но «движение» на одной из внешек позволило не ошибиться. Дарил благодарил за одного из «своих», вынужденного отвалить, избегая встречи с нашими ракетами.

Еще не свобода, но с чего-то надо начинать!

Юл знал свое дело. Как и Тарас, вовремя вспомнивший про иммитатор, о котором они не так давно говорили.

Резонансная вибрация генератора маршевого двигателя – одна из самых редких, но и самых опаснейших аварийных ситуаций. На малых скоростях есть шанс «сбросить» режим, на наших…

Как только дюзы «замерцали» выдавая начальные признаки «разноса», СиЭс предпочли отойти, освободив пространство для маневра.

Насколько ошибочным было их решение, поняли едва ли не сразу, но исправить уже ничего не смогли.

- До залпа десять секунд…

Линии гравитационной напряженности пучились, тужились, готовясь окончательно исторгнуть из себя ардон. Силились, наливаясь алым. Замирали, готовясь к последней, самой жестокой схватке…

- Если он вывалится полностью…

- СиЭс… Сближение…

- Шесть секунд…

Это – до залпа. Еще минута тридцать до коллапса в точке воздействия… Затем пространство рванет, разлетаясь не осколками – волнами, которые будут скручивать, сминать, сбивать все, до чего сумеют добраться…

Если ардон успеет выйти и зафиксироваться, у него будет серьезный шанс выбраться из передряги.

Если не успеет…

- Есть залп «Пульсара» - отчеканил, как-то мгновенно успокоившийся Валечка. – Отрабатываю захват цели…

- Принято, - выставила я новые отметки для «Дальнира». Пора было вытаскивать Сашку…

- Капитан, здесь третий. Мы на точке. Красный…

Твою…

- Рэя…

- Принято, капитан, - не без ухмылки отозвалась она. – Идем до конца…

Красный вымпел на модуле, в котором в момент взрыва находился канир Лаэрье…

-