Солдаты Оборотня - Владимир Чихирёв

— Но вы… вы, же чем-то поите их.

— Этот напиток результат знания трав, а не магических заклятий. И он лишь погружает их в сон.

— Но хоть кто-то…

— Ранения таковы, что это невозможно. Неделя.

— Нас тут всех прикончат к концу следующего дня.

— Я делаю, что могу. Не требуйте от меня большего.

— Понятно — я кивнул и поковылял к капитану.

— Лейтенант! — Флюкеске поднялась и внимательно посмотрела на меня — я должна вас осмотреть! Вы ранены!

— Это лишнее — я даже не обернулся.

— Не надо строить из себя героя! Когда завтра ваши раны станут нарывать, и вы начнете заживо гнить, даже срок когда нас всех прикончат, покажется вам невероятно длинным.

Я остановился и медленно повернулся.

— Чрезвычайно убедительно — медленно проговорил я.

— А главное — правда, Риттер! Ты думал, что я не узнаю тебя заросшим и грязным.

Я стоял как вкопанный, не зная, что сказать.

— А чего ты боишься? В нашем-то положении? К тому же я знаю, что за тебя заступились.

— Чем же я заслужил такое внимание? — выдавил я из себя.

— Тем, что вы оскорбили меня в Йерварде! Никогда я ещё не желала зла другому человеку, так как вам!

— Ваши желания осуществились

— «Тихая вода» для такого ублюдка как ты — это издевательство над справедливостью!

— Справедливость? Это что за слово такое?! Что-то я забыл его значение.

— Довольно. Идите за мной. Как врач я обязана лечить раненных солдат.

— А я не откажусь. Не хочется завтра дразнить мух.

— Тебя легко напугать.

— Гораздо легче, чем вы думаете — я изобразил на лице злую ухмылку — Может, поэтому я все ещё жив!?

Елена ничего, не ответив, направилась в дом.

Я появился у Вэнмеля уже за полночь. Спина противно липла к рубашке от густо намазанных ран.

— Что это за вонь? — лейтенант Сеалс из второго взвода скривил заросшую щетиной физиономию и посмотрел в мою сторону.

— Риттер, из какого дерьма ты вылез!? — Вэнмель устало таращился на грязный листок бумаги. На меня он даже не поднял взгляда.

— У меня вся спина была обожжена — я чуть повернулся, показывая прорехи на амуниции — пришлось даже рубаху поменять.

— Прям, как заклятие с ледяными иглами — проговорил капрал — но только намного слабее.

— Похоже — согласился Сеалс — чертовы колдуны!!

Я медленно подошел к капитану.

— Риттер, не подходи ты так близко! У меня сейчас глаза разъест!

— Да ладно вам — буркнул я — я же чувствую что вонь не такая уж сильная.

— Да, лишь чуток перебивает нашу собственную.

— Ладно, хорош — Вэнмель несильно хлопнул по столу — подойдите сюда.

Мы вчетвером столпились у стола, рассматривая засаленный кусок бумаги, на которой было изображено некое подобие карты.

— Эту штуку я забрал у одного из местных.

— Насколько она точна?

— Не хрена ли разница? — проворчал Нельджер — если другой все равно нет.

Я лишь пожал плечами.

— А что нам толку с неё? Итак, ясно, что нас отрезали от полка, а их там смешивают с болотной жижей — Сеалс мрачно смотрел на огонь в очаге.

У меня заныло в желудке от этих слов. Я не о чем не мог думать, кроме как о сестре. Если её не станет я буду рвать этих ублюдков до последнего вздоха. И мне уже будет наплевать на империю и императора. Я буду мстить за неё!

— Риттер, ты в порядке?

— Что? — я кашлянул и посмотрел по сторонам.

— У тебя сейчас было такое лицо, словно ты кого-то убивал.

— Просто приступ боли — отмахнулся я — ничего страшного.

— Значит, все будет зависеть от наших разведчиков. Если есть хоть малейший шанс — мы его постараемся использовать.

— У меня половина взвода тяжело раненные, которые на ногах стоять не могут, не то, что прорываться куда-то — буркнул я.

— Возьми всех, кто у тебя остался, и расположи посты у южной части деревни. Я надеюсь, что ближе к утру появятся наши разведчики.

— У меня всего семь человек.

— Вот семь и возьми.

— А если вместо них появятся мятежники?

— Что ты хочешь, чтобы я сказал? — капитан устало посмотрел в мою сторону — по большому счету нам крышка в любом случае. Просто если кто-то из «Призрака» доберется до нас, это может сделать нашу гибель чуть более героической.

— Клал я на всё героическое! — огрызнулся Сеалс — нам надо попытаться построить плоты или ещё что-то в этом роде и сваливать отсюда по реке!

— Я могу и вплавь отсюда слинять! — подал голос Нельджер.

— Не рекомендую — вновь подал голос Нельджер — тут слишком не дружелюбные рыбины! Я предпочту получить стрелу в лоб, чем быть съеденным заживо барахтаясь в собственных потрохах!

— Это хорошо, что у вас такой оптимистический настрой — лейтенант поднялся со стула — будет легче решать боевые задачи.

— Послушайте…

— Хватит, Риттер! Не думай, что ты тут один такой умный жизнелюб! Я вовсе не мечтаю заполучить геройскую смерть.

— Правда? А послушаешь тебя так…

— Все раненные бойцы, которые могут стоять на ногах начнут сооружать плоты. Я лично буду это контролировать. И я уверен, что за ночь мы сложим несколько.

— Мне нужно пробраться к «Призраку» — тихо проговорил я.

— Я только что назвал тебя жизнелюбом. Видимо я ошибся?

— Ты знаешь причину.

Остальные с любопытством посматривали на нас.

— Сейчас это бессмысленно — Вэнмель посмотрел мне в глаза — вернуться разведчики и картина будет ясна. В любом случае мы не сможем уйти отсюда раньше завтрашнего вечера, а к этому времени многое станет ясным.

Я продолжал, молча смотреть на лейтенанта.

— Риттер, прошу тебя, займись со своими ребятами тем, чем я определил. В конце концов, тут и другие люди есть, и многие из них совершенно беспомощны.

— Да, лейтенант — наконец выдавил я.

В этот момент во дворе послышался конский топот и через некоторое время в комнату ввалился взмыленный солдат. Из тех, кого мы оставили в замке.

— Они идут!! — прохрипел он тяжело дыша.

— Кто ещё идет!? Изволь внятно доложить! — Вэнмель тряхнул солдата за плечо.

— Мятежники! Наступают со стороны замка!

— Вы их видели? Сколько их?!

— Там в поле! Не менее полусотни!

— Вряд ли это основные силы — капрал с надеждой посмотрел на нас.

— Похоже «Призраку» конец, и теперь наша очередь.

Лейтенант, играя желваками напряженно над чем-то думал. Наконец он повернулся к нам.

— Поднимайте людей, и начинайте выводить оставшихся жителей на улицы! Живо! Это приказ!

Мы переглянулись, но предпочли не задавать вопросов и, не мешкая, выбежали на темнеющую улицу.