Жемчужный орден - Юрий Иванович

Чуть позже она стыдливо призналась:

– Это было прекрасно, мне очень нравятся подобные изнасилования…

Молодому колдуну ничего не оставалось, как пообещать:

– Не знаю, как потом, но еще тринадцать раз я тебе гарантирую…

И тут же с немым веселым ужасом замер, с недоверием прислушиваясь к своим ощущениям. Ошибки быть не могло: он был полон магической силы! Полноценной, родной силы Эль-Митолана, которая придает невероятную уверенность во всем.

Стараясь не шелохнуться, он проделал весь комплекс магических наблюдений и тут же с горечью осознал, что накопленная во время сексуального акта энергия уже начинает потихоньку рассасываться в окружающем пространстве.

Откатившись в сторону, Невменяемый быстро оделся и отработанными движениями проделал необходимые операции со своим орденом. Верхняя жемчужина налилась насыщенным красным цветом. Не выдержав рвущегося из него восторга, он вновь бросился к недоумевающей и немного обиженной принцессе, схватил в крепкие объятия и горячо зашептал в самое ухо:

– Не знаю, что у нас получится дальше, но в данный момент я счастлив невероятно!

Наследница престола довольно прикрыла глаза, снисходительно улыбнулась и прижала его голову к своей роскошной груди. Уж она-то никогда не сомневалась, что с ней любой мужчина будет беспредельно счастлив.

Глава 48

КНЯЗЬ ЛИЛЛАМ

Начиная со второго “изнасилования”, проходившего уже с полного обоюдного согласия, пленники стали замечать некоторые странности, творящиеся вокруг. Вода в большой луже то покрывалась коркой льда, то вдруг вскипала крутым кипятком. То вдруг в замкнутом пространстве храма поднимался ветер. То за стенами вздрагивало и скрипело что-то громадное, то все тряслось и вибрировало. А в самый финальный момент, перед оргазмом, в воздухе возникали тающие на лету снежинки.

Каждый раз после этого Одноухий выдавал новую корзину с продуктами, издевательски посмеиваясь над пленниками, и говорил, что даже священный храм с трудом выдерживает процессы преобразования зверя в нормальное существо. Однако такие аномалии предусматривались в книгах древних, а значит, все пока идет по плану. Жрец желал пленнику быть поактивнее с подружкой и указывал приблизительные сроки следующего мутационного кризиса.

Подобная риторика сверху Кремона очень устраивала. Ежедневно две жемчужины становились красными, а значит, большой сюрприз для мохнатых жрецов не за горами. Потому что возможность для побега отыщется обязательно, и чем больше сил накопится в ордене-артефакте, тем больше шансов на удачное отмщение своим тюремщикам. Вот тут вьюдораши совершили невероятное упущение, видимо, в их древних источниках об этом ничего не говорилось. Но магическая сила либо возникала ниоткуда, либо стены пропускали ее внутрь с десятикратным ускорением. Может, еще и потому эта сила не учитывалась, что ни в каких инструкциях не принимали в расчет наличие Жемчужного Ромба, и сам факт аккумуляции в нем магической силы был неведом создателям храма-шара.

Подобное незнание обещало хорошие перспективы. А то, что пленника-колдуна не обыскали, видимо, обусловливалось необычным способом пленения. Да и на стены слишком понадеялись. Поэтому оставалось только ждать момента, укреплять свое тело обильной пищей и готовиться к побегу. Между часовыми аттракционами ритуального соития пленников совершенно не беспокоили, а скорее всего, даже и не наблюдали за ними. Они вольны были заниматься чем угодно: спать, есть, бегать или заниматься обычным сексом. Принцесса по-прежнему отказывалась одеваться, хотя Невменяемый и отложил для нее свою нательную рубаху и тонкие штаны, которые обычно носил под основными. Штаны были с дырками на коленях, и наследница гордо заявила, что лучше умрет от холода, чем наденет на себя такое уродство, благо в камере было довольно тепло.

Изнывающий от безделья Эль-Митолан периодически “просматривал” состояние своего организма и вскоре с удивлением и с радостным облегчением заметил, что его опухоль стала скукоживаться, словно ссыхаясь. При этом ни дискомфорта, ни болей в желудке не ощущалось. Трудно было прогнозировать дальнейший процесс, но, похоже, события, происходящие в этом храме, явно сказывались на инородном образовании в теле Кремона отрицательно.

Однажды, когда на ордене-артефакте уже красовалось девять красных жемчужин, жрец появился в окошке явно во внеурочное время. Он обеспокоенно справился о самочувствии пленников и предложил добавочную корзину снеди. В душе немало дивясь такому поведению Одноухого, Кремон с некоторой ленцой выкрикнул:

– С чего бы такая щедрость? Вроде не голодаем и добавки не просим.

– Да это не от меня. Тут с вами хочет поговорить одна важная персона. Решил, говорит, для себя лично составить справедливое мнение о наших главных врагах. Не откажетесь с ним пообщаться?

Наследная принцесса хитро подмигнула молодому колдуну и, бесстыже откинувшись на спину, согласно проворковала:

– Ну если за добавочную корзину…

Жрец куда-то пропал, а вместо него в окне показался внушительный, по меркам местных жителей, воин. Через плечо у него была перекинута синяя лента, а на груди висел большой медальон серебристого цвета, весьма похожий на какую-то награду.

Воин внимательно осмотрел весь храм и только потом отодвинулся на самый край проема, а на его место встал другой вьюдораш. На его голове красовалась хрупкая корона тонкой работы, сделанная из синеватого хрусталя или подобного ему материала.

По бокам от него встало еще два местных аборигена, явно из когорты колдунов: длинные синие балахоны полностью скрывали их мохнатые тела.

По манере говорить было понятно, что прибывший обладает немалой властью и авторитетом:

– У нас очень мало времени. Мне с большим трудом удалось подкупить этого одноухого идиота и выбить свидание только на полчаса. Рядом его нет, таково было мое условие, так что можете мне отвечать откровенно. Итак, первый вопрос: что вас привело в наше царство?

Принцесса с иронией подморгнула Кремону, как бы предупреждая, что откровенничать с непонятным визитером надо осторожно. Молодой колдун решил добавить в эту встречу официальности и, прежде чем ответить, склонился в сторону, кровати:

– Вы позволите отвечать, ваше высочество?

– Позволяю! – Разрешение было дано с таким величием и помпезностью, словно наследница престола была одета в свое лучшее платье, обвешана драгоценностями и восседала на самом красивом и удобном троне.

Похоже, подобные действия пленников весьма смутили гостя. После короткой заминки и перешептывания со своими колдунами он сам попытался сделать полупоклон, признавая свое нетактичное поведение: