Илиада. Одиссея - Гомер

Так говорила она, и, ответствуя, так ей сказал я:

«Милая мать, приведен я к Аиду нуждой всемогущей;

165 Душу Тиресия фивского мне вопросить надлежало.

В землю ахеян еще я не мог возвратиться; отчизны

Нашей еще не видал, бесприютно скитаюсь повсюду

С самых тех пор, как с великим царем Агамемноном поплыл

В град Илион, изобильный конями, на гибель троянам.

170 Ты ж мне скажи откровенно, какою из Парк непреклонных

В руки навек усыпляющей смерти была предана ты?

Медленно ль тяжким недугом? Иль вдруг Артемида богиня

Тихой стрелою своею тебя без болезни убила?

Также скажи об отце и о сыне, покинутых мною:

175 Царский мой сан сохранился ли им? Иль другой уж на место

Избран мое и меня уж в народе считают погибшим?

Также скажи мне, что делает дома жена Пенелопа?

С сыном ли вместе живет, неизменная в верности мужу?

Иль уж с каким из ахейских владык сочеталася браком?»

180 Так я ее вопросил; Антиклея мне так отвечала:

«Верность тебе сохраняя, в жилище твоем Пенелопа

Ждет твоего возвращенья с тоскою великой и тратит

Долгие дни и бессонные ночи в слезах и печали;

Царский твой сан никому от народа не отдан; бесспорно,

185 Дома своим Телемах достояньем владеет, пирами

Всех угощает, как то облеченному саном высоким

Следует; все и его угощают. Лаэрт же не ходит

Более в город; он в поле далеко живет, не имея

Там ни одра, ни богатых покровов, ни мягких подушек;

190 Дома в дождливое зимнее время он вместе с рабами

Спит на полу у огня, покровенный одеждой убогой;

В летнюю ж знойную пору иль поздней порою осенней

Всюду находит себе на земле он в саду виноградном

Ложе из листьев опалых, насыпанных мягкою грудой.

195 Там он лежит, и вздыхает, и сердцем крушится, и плачет,

Все о тебе помышляя; и старость его безотрадна.

Кончилось так и со мной; и моя совершилась судьбина.

Но не сестра Аполлонова с луком тугим Артемида

Тихой стрелою своею меня без болезни убила,

200 Также не медленный, мной овладевший недуг, растерзавши

Тело мое, из него изнуренную душу исторгнул:

Нет; но тоска о тебе, Одиссей, о твоем миролюбном

Нраве и разуме светлом до срока мою погубила

Сладостно-милую жизнь». И умолкла она. Увлеченный

205 Сердцем, обнять захотел я отшедшую матери душу;

Три раза руки свои к ней, любовью стремимый, простер я,

Три раза между руками моими она проскользнула

Тенью иль сонной мечтой, из меня вырывая стенанье.

Ей наконец, сокрушенный, я бросил крылатое слово:

210 «Милая мать, для чего, из объятий моих убегая,

Мне запрещаешь в жилище Аида прижаться к родному

Сердцу и скорбною сладостью плача с тобой поделиться?

Иль Персефона могучая вместо тебя мне прислала

Призрак пустой, чтоб мое усугубить великое горе?»

215 Так говорил я; мне мать благородная так отвечала:

«Милый мой сын, злополучнейший между людьми, Персефона,

Дочь громовержца, тебя приводить в заблужденье не мыслит.

Но такова уж судьбина всех мертвых, расставшихся с жизнью.

Крепкие жилы уже не связуют ни мышц, ни костей их;

220 Вдруг истребляет пронзительной силой огонь погребальный

Все, лишь горячая жизнь охладелые кости покинет:

Вовсе тогда, улетевши, как сон, их душа исчезает.

Ты же на радостный свет поспеши возвратиться; но помни,

Что я сказала, чтоб все повторить при свиданье супруге».

225 Так, собеседуя, мы говорили. Тогда мне явились

Призраки жен – их прислала сама Персефона; то были

В прежнее время супруги и дочери славных героев;

Черную кровь обступили они, подбежав к ней толпою;

Я же обдумывал, как бы мне их вопросить почередно

230 Каждую; вот что удобнейшим мне наконец показалось:

Меч длинноострый немедля схватил и, его обнаживши,

К крови приблизиться им не дозволил я всею толпою;

Друг за другом они по одной подходили и имя

Мне называли свое; и расспрашивать каждую мог я.

235 Прежде других подошла благороднорожденная Тиро,

Дочь Салмонеева, славная в мире супруга Крефея,

Сына Эолова; все о себе мне она рассказала:

Сердце свое Энипеем, рекою божественно светлой,

Между реками земными прекраснейшей, Тиро пленила;

240 Часто она посещала прекрасный поток Энипея;

В образ облекся его Посейдон земледержец, чтоб с нею

В устье волнистокипучем реки сочетаться любовью;

Воды пурпурные встали горой и, слиявшись прозрачным

Сводом над ними, сокрыли от взоров и бога и деву.

245 Девственный пояс ее развязал он, ей очи смеживши

Сном; и когда, распаленный, свое утолил вожделенье,

За руку взял, и по имени назвал ее, и сказал ей:

«Радуйся, богом любимая! Прежде чем полный свершится

Год, у тебя два прекрасные сына родятся (бесплоден

250 С богом союз не бывает), и их воспитай ты с любовью.

Но, возвратяся к домашним, мое называть им страшися

Имя; тебе же откроюсь: я бог Посейдон земледержец».

Так он сказав, погрузился в морское глубокое лоно.

В срок от нее близнецы Пелиас и Нелей родилися;

255 Слуги могучие Зевса эгидоносителя были

Оба они; обладая стадами баранов, в Иолкосе

Тучнополянистом жил Пелиас; а Нелей жил в песчаном Пилосе.

Но от Крефея еще родились у прекрасной Тиро

Эсон, и Ферет, и могучий ездок Амифаон.

260 После нее мне предстала Асопова дочь Антиопа.

Гордо хвалилась она, что объятия Дий отворил ей:

Были плодом их любви Амфион и Зефос; положили

Первое Фив семивратных они основанье и много

Башен воздвигли кругом, поелику в широкоравнинных

265 Фивах они, и могучие, жить не могли б без ограды.

Амфитрионову после узрел я супругу Алкмену;

Сына Геракла, столь славного силой и мужеством львиным,

Зевсу она родила, целомудренно с ним сочетавшись.

После явилась Мегара; Креон, необузданно смелый,

270 Был ей отцом; а супругом Геракл, в испытаниях твердый.

Вслед за Мегарой предстала Эдипова мать Эпикаста;

Страшно-преступное дело в незнанье она совершила,

С сыном родным, умертвившим отца, сочетавшися браком.

Скоро союз святотатный открыли бессмертные людям.

275 Гибельно царствовать в Кадмовом доме, в возлюбленных Фивах

Был осужден от Зевеса Эдип, безотрадный страдалец,

Но Эпикаста Аидовы двери сама отворила:

Петлю она роковую к бревну потолка прикрепивши,

Ею плачевную жизнь прервала; одинок он остался

280 Жертвой терзаний от скликанных матерью страшных Эриний.

После явилась Хлорида; ее красотою пленяся,

Некогда с ней сочетался Нелей, дорогими дарами

Деву прельстивший; был царь Амфион Иасид, Орхомена

Града минийского славный властитель, отец ей; царица

285 Пилоса, бодрых она сыновей даровала Нелею:

Нестора, Хромия, жадного почестей Периклимена;

После Хлорида и дочь родила, многославную Перу,

Дивной красы; женихи отовсюду сошлись, но тому лишь

Дочь непреклонный Нелей назначал, кто быков круторогих

290 С поля Филакии сгонит, отняв у царя Ификлеса

Силой все стадо его. Беспорочный взялся прорицатель262

Смелое дело свершить; но ему положили преграду

Злая судьба, и темничные узы, и пастыри стада.

Но когда миновалися месяцы, дни пробежали и годы,

295 Круг совершился и Оры весну привели, – Ификлесу

Тайны богов он открыл; Ификлесова сила святая

Узы его прервала, и исполнилась воля Зевеса.

Славная Леда, супруга Тиндара, потом мне явилась;

Ей родилися от брака с Тиндаром могучим два сына:

300 Коней смиритель Кастор и боец Полидевк многосильный.

Оба землею они жизнедарною взяты живые;

Оба и в мраке подземном честимы Зевесом; вседневно

Братом сменяется брат; и вседневно, когда умирает

Тот, воскресает другой; и к бессмертным причислены оба.

305 Ифимедею, жену Алоея, потом я увидел;

С ней сочетался, – хвалилась она, – Посейдон земледержец;

Были плодом их союза два сына (но краток был век их):

Отос божественный с славным везде на земле Эфиальтом.

Щедрая, станом всех выше людей их земля возрастила;

310 Всех красотой затмевали они, одному Ориону

В ней уступая; и оба, едва девяти лет достигнув,

В девять локтей толщиной, вышиною же в тридевять были.

Дерзкие стали бессмертным богам угрожать, что Олимп их

Шумной войной потрясут и губительным боем взволнуют;

315 Оссу на древний Олимп взгромоздить, Пелион многолесный

Взбросить на Оссу они покушались, чтоб приступом небо

Взять, и угрозу б они совершили, когда бы достигли