Беспокойные звезды - Сюзанна Валенти

чувствовала вкус своих криков на губах, слышала грохот собственного испуганного сердца. Затем я смотрела в пустые глаза Ориона, тени проникали в его душу, пытаясь забрать его у меня.

— Дарси, — выдохнула Тори, ее рука коснулась моей руки, и тепло ее кожи вернуло меня в настоящее. Она была моим якорем в этом мире, и мне нужно только найти ее, чтобы понять, что я оказалась там, где должна был быть.

‘Держись, дочь пламени’, — прошептала Эсвеллиан, и от нее исходил глубокий, гудящий жар, проникающий прямо в мою душу.

Я проглотила комок в горле, бросив на Тори извиняющийся взгляд.

— Я в порядке, — сказала я немного запыхавшись. — Продолжаем.

Она обеспокоенно нахмурилась, но снова сосредоточила внимание на тенях, окружавших звезду. Красное и синее пламя вспыхнуло в наших ладонях, пылая все жарче и жарче, и мы выпустили его, оставив за собой взрыв чистейшей магии. Наш огонь вцепился в тени, проедая кольца тьмы, словно огненная змея, пожирающая своего врага. Наш огонь искрился и вспыхивал, прорываясь сквозь злую силу теней Лавинии, и Эсвеллиан вскрикнула от облегчения, когда ее наконец освободили.

‘Моя благодарность безгранична,’ — вздохнула она. — ‘Я высвобожу свою силу и подпитываю магию этого мира. Но прежде чем я уйду, я подарю вам благословение.’

— Как желание? — спросила я удивленно, надежда охватила меня по поводу такой возможности.

‘Подарок’, — прошептала Эсвеллиан, ее сверкающая оболочка начала пульсировать силой, и я знала, что у нас осталось немного времени, прежде чем она высвободит свою магию.

— Убей Лайонела, — выпалила Тори. — Уничтожь его и его армию.

— Да, — выдохнула я, радость пылала у меня в груди. — Это наше желание.

‘Я не могу даровать смерть’, — прошептала она, и наши надежды разбились вдребезги.

Сияние звезды было слишком ярким, чтобы на него сейчас можно было смотреть; у нас заканчивалось время.

‘Ни жизнь. Есть ли у вас еще одна потребность? Та, которая могла бы помочь вам в вашем деле?’

Я в отчаянии посмотрела на Тори, пытаясь придумать, что могло бы помочь нам больше всего, кроме смерти.

‘Возможно, вы хотите освободить души, затерянные в тени’, — предположила Эсвеллиан. — ‘Я слышала так много их криков…’

— А как насчет звездной силы? Можешь ли ты дать нам ее? — спросила я с еще одним приливом надежды.

— Или просто забери всю магию Лайонела, а также магию его армии, — предложила Тори, и я взволнованно кивнула этой идее.

— Да, сделай это, — поддержала я, подняв руку, чтобы заслонить ослепляющее сияние света звезды.

‘Так много криков…’ — Голос Эсвеллиан начал стихать.

— Может быть, ты сможешь навсегда запереть Лайонела и его последователей под землей? — умоляла я, хотя Эсвеллиан, казалось, нас вообще не слушала.

— Тогда мы воспользуемся звездным оружием! — Тори толкнула. — Сила, достаточно великая, чтобы победить Лайонела и его армию.

‘Тени чистые’, — вздохнула Эсвеллиан. — ‘Все пойманные души свободны.’

Звезда светилась все ярче и ярче, и сила наполняла меня, заставляя задыхаться от ее величины. С волной экстаза сила пронзила центр меня и вышла в скалы, проникая в самое сердце горы. Это было похоже на то, как будто моя душа была захвачена ею, путешествуя на гребне этой бурной магии, когда она хлынула в мир, показывая мне проблеск истинной судьбы звезды. Ее сила по спирали проникла глубоко в землю, распространилась в океаны, унеслась в огненное чрево вулканов и постоянно дующий ветер. Она было частью всего, каждого существа, каждой частички природы.

Я видела все это в ярких красках и еще более суровой истине, когда растущее чувство осознания горело прямо на краю моего разума, будто я раньше уже была свидетелем того, как звезда высвободила свою силу. Смысл всего этого, причина нашего существования, цель всего.

Я втянула воздух, наполненная такой силой, что застонала, земля под моими ногами дрожала, и электричество заряжало ткань моей кожи.

Обжигающее тепло самой настоящей любви разбило во мне весь страх, и я обнаружила, что мои глаза обратились к моему близнецу. Эта любовь, эта чистая сестринская любовь, которую мы разделяли, была в основе всего этого. То, чем мы делились друг с другом, с нашими товарищами, нашими друзьями, и было целью жизни. И в этой любви был мир, который заслуживал того, чтобы его передали каждому живому существу в нашем мире; так и должно было быть.

Эсвеллиан прошептала на прощание, затем ее свет погас, и все, что осталось, — это тихий, скромный камень у подножия ямы. Меня охватила смесь сердечной печали и меланхолической радости, обе противоположные эмоции существовали одновременно, прежде чем перерасли в нечто совершенно безмятежное.

Рев драконов донесся из-за пределов замка, и я вскинула голову, встретившись глазами с Тори, когда заклинание наконец разрушилось.

Ужасный вопль донесся из-за замка, голос Лавинии возвышался над всеми остальными, и ему вторил рев сотен Нимф. Ее крики перекрывали тенор ревущей армии, и я предположила, что она каким-то образом почувствовала то, что сделала Эсвеллиан.

— Чистые тени, — сказала Тори, поджав губы.

— Нимфы, желающие сражаться вместе с нами, наверняка смогут сделать это сейчас, — сказала я, осознав, и находя позитив в ситуации, хотя дары, о которых мы просили, могли бы полностью спасти нас от этой войны.

Мой пульс забился сильнее, когда я задавалась вопросом, может ли Диего быть свободен, его душа больше не будет заперта во тьме навечно.

— Лавиния злится, — сказала я, когда мы направились к выходу, улыбаясь тому факту, что мы только что еще больше ее ослабили. Ее порча больше не могла поймать души Нимф, и я молилась, чтобы это означало, что мы сможем убедить Верховную нимфу Кордетту сражаться на нашей стороне или, по крайней мере, предоставить свободу любым Нимфам, которые пожелают сражаться с нами.

Возможно, лучше всего этого было то, что без силы Эсвеллиан Лавинию можно было победить. Возможно, она все еще сильна и чертовски опасна, но уже не непобедима. И когда мы выбежали на лестницу и начали бежать, спасая свои проклятые жизни, мне пришлось упиваться возможностью того, что однажды вскоре она ляжет мертвой у моих ног.

ГЛАВА 51

Я пнул землю, и россыпь гравия посыпалась по краю ущелья, в которое Рокси и Гвен с головой прыгнули почти час назад.

— Они сказали тридцать минут, — прорычал я, глядя на далекий нефритовый замок и стиснув зубы от желания последовать за ними к нему.

— Я почти уверен, что это ты установил эти сроки, а не они. Кроме того, как верный подданный королев, ты действительно должен их о чем-то допрашивать? — спросил