Наследие Дерини - Кэтрин Куртц

Кроме того, на празднество прибыли большинство оставшихся в живых наследников святого Камбера, хотя никто из них в открытую не заявил о себе, ибо еще слишком сильны были Рамосские законы, и должно было пройти еще не меньше двух столетий, прежде чем столько Дерини разом вновь окажутся в Ремутском соборе.

Почти три месяца спустя после коронации Оуэна, в день святого Стефана — в одиннадцатую годовщину того дня, когда принц Халдейн повел к алтарю свою юную возлюбленную, дабы принести брачные обеты, — вдовствующая королева-мать тайком пришла в Ремутский собор, закутавшись в черный плащ, беременная ребенком, которого ее покойному супругу уже никогда не суждено было увидеть. Поверх вдовьей вуали на ней была та самая серебряная корона, которую Райс-Майкл собственными руками возложил ей на голову в тот далекий день, а в руках она держала венок, сплетенный из ивы и остролиста. С ней в собор пришли лишь ее брат, маленький сын и архиепископ Эйлин. Все вместе они спустились в крипту, где полгода назад упокоилось тело ее мужа в мраморном саркофаге.

— Мама, смотри, теперь у папы тоже есть король! — воскликнул Оуэн, когда они спустились по ступеням.

Микаэла с улыбкой взглянула на сына, а тот со всех ног бросился к саркофагу, на котором теперь красовалось изваяние в человеческий рост, высеченное из теплого алебастра и ярко раскрашенное в геральдические цвета — алый, золотой и черный.

Оуэн за полгода вырос на целую ладонь, и все равно ему пришлось приподняться на цыпочки и запрокинуть голову, чтобы рассмотреть статую получше, пока Катан не поспешил ему на помощь. Мальчик восторженно засмеялся, увидев своего папу-рыцаря, стоявшего прямо у ног изваяния, и он прижал игрушку к себе, удовлетворенно взирая на алебастровое лицо, пожирая глазами корону, складки алой мантии, на груди которой красовался лев Халдейнов, и высеченный из камня меч, неподвижно, но грозно покоившийся под скрещенными руками.

— Он выглядит совсем, как папа, — прошептал Оуэн с сияющими глазами. — Теперь у папы есть настоящий король, как у дедушки Синхила, дяди Джавана и дяди Алроя. Подними меня и к ним тоже, дядя Катан. Я хочу посмотреть, такие ли они красивые, как и у папы.

Кивнув, Катан подхватил малыша и поднес его к изваянию деда, тихонько велев склонить голову и прочитать молитву, пока его мать подошла к могиле мужа, а архиепископ Эйлин тактично отошел в сторонку, дабы оставить ее в одиночестве. Рядом с саркофагом находилась молитвенная скамеечка, и, подойдя ближе, королева опустилась на нее и склонила голову над венком, который сжимала в руке, а затем опустила ладонь на каменную руку мужа.

Сходство было поразительное. Правда, при жизни он никогда не выглядел столь неподвижным и суровым, однако худощавое лицо, обрамленное черными волосами, под державной короной, несомненно, принадлежало Халдейну. В мочке уха сверкала алая с золотом серьга, и скульптор также высек у него на плече фибулу Халдейнов. Она провела пальцами по прохладному камню, а затем коснулась алебастровой щеки.

— О, Райсем! — воскликнула она в сердце своем. — Вот чем все кончилось для тебя. Они так и не позволили тебе сделаться таким королем, каким ты мог бы стать, и я скорблю, что…

Но все слова были бесполезны. Никакие сожаления не могли вернуть его обратно в мир живых. Райс-Майкл Элистер Халдейн был мертв, однако мечтам и замыслам его предстояло воскреснуть в этом маленьком мальчике, который сейчас потянулся, чтобы погладить по руке другого гвиннедского короля — злодейски замученного Джавана.

Микаэла с улыбкой положила венок из ивы и остролиста на скрещенные руки изваяния.

«Спи с миром, мой дорогой, — мысленно прошептала она и, коснувшись губ кончиками пальцем, затем прижала их к его устам в жесте ласкового прощания. — Ты подарил мне свою любовь и принцев Халдейнов, из которых нужно сделать подлинных королей. Божьей милостью, Халдейны сумеют сохранить корону, за которую ты отдал жизнь, и станут полновластными владыками в Гвиннеде, покуда стоит наша держава. Да хранит тебя Бог, любовь моя».

И она улыбнулась, когда сын бросился ей навстречу с широкой улыбкой, а затем Катан с архиепископом подали ей руки, и все вместе они покинули эту обитель смерти, с уверенностью и надеждой выходя на свет, к лучшему будущему.

Список персонажей трилогии «Наследники святого Камбера»

Аарон, брат — имя, под которым Кверона знали виллимиты.

Аврелиан, отец — юный гавриилитский Целитель, укрывшийся вместе с Грегори в Тревалге.

Агата — служанка в Ремутском замке.

Агнес Мердок, леди — дочь Мердока Картанского, супруга Рана Хортнесского, графа Шиильского.

Аделиция Хортнесская — дочь Рана.

Адриан Мак-Лин, лорд — внук сестры Камбера Эйслинн и отец Камбера Эйлина (он же Камлин); убит вместе с сыном Райса и Ивейн Эйданом в Трурилле, солдатами регентов (*).[38]

Айвер Мак-Иннис — сын Манфреда, граф Кирнийский, взял в жены леди Ричелдис Мак-Лин.

Алана д'Ориэль — супруга Целителя Ориэля (*).

Алоизий, отец — каноник Валоретского собора.

Алрой Беренд Брион Халдейн, король — покойный владыка Гвиннеда (917–921), брат-близнец короля Джавана.

Альберт, лорд — великий магистр Equites Custodum Fidei; в миру Питер Синклер, бывший граф Тарлетонский; брат Полина Рамосского и отец Боннера Синклера, нынешнего графа; гофмаршал Гвиннеда.

Альфред Вудборнский — епископ Ремутский, бывший исповедник короля Синхила.

Ангелика — повитуха в Лохаллине.

Анна Квиннел, принцесса — дочь князя Эмберта Кассанского, супруга Фейна Фитц-Артура, мать Тамберта, первого герцога Кассана (*).

Ансель Айрил Мак-Рори, лорд — младший сын покойного Катана, внук Камбера, глава повстанцев-Дерини.

Арион Торентский, король — правитель Торента, старший брат принца Миклоса и принцессы Кариссы.

Асцеллин, отец — священник Custodes, настоятель базилики св. Хилари в Ремуте, преемник отца Бонифация.

Бартон, отец — священник Custodes Fidei.