Романы Круглого Стола. Бретонский цикл - Полен Парис

посланным папой Элевтерием в 156 г. от Р. Х. И заметим, что наш романист, вместо того, чтобы цитировать Гальфрида Монмутского, ссылается здесь лишь на его французского переводчика, откуда мы вправе заключить, что латинской книги он не знал. Это еще один довод за то, что он писал во Франции и был французом. Если бы он писал в Англии, он бы вряд ли не знал грамоты, то есть латыни; общественное мнение побудило бы его скорее познакомиться с Historia Britonum англичанина Гальфрида, чем с романом Брут нормандца Васа. (Прим. П. Париса).

284

Отсюда видно, каким образом этот знаменитый Гавейн принадлежал к роду Иосифа Аримафейского, которому Петр, его первый предок, приходился двоюродным или троюродным братом. (Прим. П. Париса).

285

Обычно местом захоронения Иосифа Аримафейского называют аббатство Гластонбери (графство Сомерсетшир, Англия). Об этом говорит и Парис в своем Введении. (Прим. перев.).

286

В католической традиции Пятидесятница (день сошествия Святого Духа на апостолов) не совпадает с Троицей, а приходится на неделю раньше. (Прим. перев.).

287

Galles (pays de Galles) – французское название Уэльса, действительно дошедшее до наших дней. Его не следует путать с Gaule – названием исторической Галлии, находившейся на территории современной Франции. (Прим. перев.).

288

Воинское облачение, которое покрывало нижнюю часть тела. (Прим. П. Париса).

Обычно это были чулки кольчужного плетения. (Прим. перев.).

289

Боевая одежда, закрывавшая грудь, спину, голову и руки. Ее вытеснила кольчужная рубашка, которая оканчивалась у основания шеи. (Прим. П. Париса).

290

Имеется в виду эпизод из романа «Ланселот Озерный». (Прим. перев.).

291

Этот случай, повторение истории Мордрена, служит для оправдания одного эпизода в Поисках Грааля. (Прим. П. Париса).

292

Я уже отмечал, что Борон много раз цитирует Брута и ни разу Historia Britonum. Отсюда вывод, что он не знал латинского текста и что он писал свою книгу во Франции. (Прим. П. Париса).

293

Сюжет об Артуре в отдельных рукописях, как в № 370, открывает том. В других, как в № 747, он четко отделен от Мерлина, в котором только последние строки используют начало вступительного verso [стиха]. В некоторых их разграничение довольно хорошо отмечено крупными буквицами; но есть и такие, где обе части не разделены даже красной строкой. После последних слов они продолжают: «и после середины августа, когда король Артур был коронован, этот король держал большой и чудесный двор…». В этом произвольном смешении нетрудно узнать руку собирателей. (Прим. П. Париса).

294

См. об этом во Введении П. Париса, стр. 60. (Прим. перев.).

295

«Поднимите, врата, верхи ваши… Кто сей Царь Славы?» (лат.) (Пс. 23). (Прим. перев.).

296

Начало Мерлина уже подготовлено в первых строках Иосифа: мы видим там, как первородный грех ссорит человека с божественной справедливостью и делает нас неизбежной добычей дьявола, если Бог не согласится принести себя в жертву для нашего искупления. (Прим. П. Париса).

297

В старинной английской поэме, краткое изложение которой дал Георг Эллис, женщина эта целомудренна и прекрасна. Это не вяжется с идеей исходного автора, который не признает, что Сатана мог иметь хоть малейшее влияние на тех, кто жил добродетельно. – Далее, когда мать Мерлина сохраняет свою былую чистоту после посягательства, жертвой которого она стала, демон сокрушается, что знает не лучше прежнего, что она делает и о чем размышляет; ибо он не смог осквернить ее душу одновременно с телом. Эта психологическая теория (простите за термин!) весьма красива; но нет ли в ней того изъяна, что она возводит первородный грех на Бога? (Прим. П. Париса).

Георг Эллис (1753–1815) – английский поэт и историк литературы. Издал трехтомную антологию поэзии XIV в., включающую раннеанглийские и шотландские образцы, французские лэ, а также краткое изложение сочинений Гальфрида Монмутского. (Прим. перев.).

298

Букв. prud’homme. Это слово допускает широкий спектр толкований, от человека «честнейшего», «добропорядочного», «благоразумного» и «почтенного» до претенциозного резонера. Вот что пишет в другом месте сам Парис: «Это слово сегодня означает только человека недалекого и самодовольного, благодаря комедиям Анри Монье. В нашем романе prud’homme – это честный и здравомыслящий горожанин, и от этого старинного смысла произошло название арбитража в торговых делах, «Прюдомальный совет». Prud’homme предшествовал bonhomme [фр. «доброму человеку»]; это название для уважаемых семейств». (Прим. перев.).

299

Слово bêtes [фр. «скоты, животные»] соответствует в особенности баранам. Из пословицы: Девяносто девять баранов и…; остальное я сокращаю. (Прим. П. Париса).

В полном виде пословица звучит так: «Девяносто девять баранов и один житель Шампани составляют сто голов скота». (Прим. перев.).

300

Эта вера в опасность изоляции неоднократно выражена в нашем романе. В эпизоде со священником, преступный сговор которого с матерью одного из его судей разоблачает Мерлин и который бежит далеко от всех, кого обычно навещал, автор делает следующее замечание: «Да послужат эти рассказы тому, чтобы ни один человек не бежал от людей; ибо дьявол скорее является и охотнее приживается у людей одиноких, чем у прочих» (рук. 747, л. 81, об.). (Прим. П. Париса).

301

«Которую уличили в avoutire», говорит Борон. Слово «avoutire» подразумевает любой плотский акт вне брака. Вполне возможно, что в случае прелюбодеяния старинные законы варваров предусматривали смертную казнь, так же как и законы Моисея. Автор жизнеописания С. Кентегерна говорит даже, что незамужнюю женщину, уличенную в невоздержанности, у бретонцев бросали в пропасть, а у саксонцев сжигали заживо. Видимо, к этим древним законам прибегали нечасто; но они могли стать следствием феодальной системы и неукоснительно применяться к женщинам – наследницам или держательницам земельных наделов. Так как при отсутствии прямого наследника владения должны были вернуться к сюзерену, вдова или наследница, произведшая на свет ребенка, законность которого не была признана, причиняла сюзерену ущерб. Мы увидим, как кумушки, которые далее судачат о беременности матери Мерлина, первым делом сожалеют, что от нее вот-вот ускользнет столько владений, домов и земель. «Недолговечно было столь прекрасное владение, и столь прекрасная земля, и столь добрые угодья; и вот