Cчастливчик Старр (Lucky Starr) - Айзек Азимов

— Теперь мы знаем — что… — вздохнул Лакки.

— Нужно взять его! — Донахью побелел. — Мы высадимся на Ио и…

— Подождите, — деликатно перебил его Лакки. — У нас есть кое-что поважнее, чем предатель.

— Поважнее?

— Это робот.

— Ну, робот может и подождать.

— А может — и не гложет… Перед взлетом все доложили о своем присутствии на борту. Если так, то один рапорт был ложным?

— Ну?

— В таком случае, нужно найти источник этого рапорта. Робот не может подвергнуть корабль опасности, но если это сделает человек и, скрыв от робота свой поступок, попросит о помощи — робот непременно окажет ее.

— Вы хотите сказать, что ложный рапорт исходил от робота?

Лакки медлил с ответом. Ему не очень нравилась собственная уверенность, и все же аргументы казались весьма убедительными.

— Да вроде бы так.

15. Предатель

Взор Донахью помрачнел.

— Значит, майор Левинсон… Но я не могу в это поверить!

— Во что? — спросил Лакки.

— Нет, он не робот… Я говорю о человеке, произведшем поверку перед отлетам с Ио. В его ведении все наши записи. Я хорошо знаю майора и уверен в нем, как в себе.

— Мы поговорим с ним. Ни в коем случае не предъявляйте ему обвинений в том, что он робот, не спрашивайте и даже не намекайте на это. Он не должен ничего почувствовать.

— Почему?!

— Откровенное подозрение может привести в действие взрывной механизм, если…

— О, боже! — выдохнул Донахью.

Напряженное состояние, которое теперь было присуще всем, явно владело и майором Левинсоном. Его прямо-таки подбросило в стойку смирно.

— Да, сэр?

— Советник Старр задаст вам несколько вопросов, — робко произнес Донахью.

Майор Левинсон дернулся и резко развернулся к Лакки. У него были светлые волосы, голубые глаза и высокий рост.

— Итак, майор, — начал Лакки, — все люди рапортовали вам о своем прибытии на борт «Адрастеи» и это фиксировалось вами. Так?

— Да, сэр.

— Вы видели каждого из них?

— Нет, я пользовался внутренней связью. Мне отвечали или прямо с рабочих мест, или из кают.

— Каждый человек? Вы слышали голос каждого?

— Да, по-моему… — Вопрос явно удивил майора. — По правде говоря, я не запоминаю вещей подобного рода.

— Тем не менее это очень важно. Попытайтесь вспомнить.

Майор наморщил лоб и, как оказалось, не напрасно.

— Точно! Саммерс был в ванной — поэтому за него ответил Норрич… Подождите! Ведь именно Саммерса сейчас и разыскивают!

Лакки остановил майора поднятой ладонью.

— Успокойтесь. И разыщите Норрича. Я хотел бы увидеться с ним.

Норрич вошел, опираясь на руку майора Левинсона. Он выглядел довольно растерянно.

— Сэр, похоже никто не может найти Рэда Саммерса? Что же с ним могло произойти?

— Это мы и хотим выяснить, Норрич, — ответил Лакки. — Ведь вы доложили о присутствии Саммерса, не так ли?

Норрич покраснел.

— Да.

— Вы сказали, что Саммерс в ванной. Он действительно был там?

— З-э… Нет, его там не было, господин Советник. Понимаете, он забыл на Ио что-то из своих вещей и побежал за ними. А чтобы командир не пилил его — прошу прощения, сэр, — за минутную отлучку, попросил меня об этом одолжении.

— А он успел вернуться?

— Я… По-моему, да. Матт зарычал, и я понял, что это Саммерс. Потом мне захотелось спать, и уже как-то не думалось о таких вещах. А когда началась кутерьма в машинном отделении — стало и вовсе не до того.

Все вдруг вздрогнули от громового голоса Пэннера:

— Внимание! Мы взлетаем! Всем немедленно занять свои места!

«Великая Адрастея» вновь находилась в открытом космосе. Расход энергии опустошил бы пять обычных кораблей. Слабые звуки, появившиеся в гуле гиператомных двигателей, говорили о том, что состояние корабля небезупречно.

Пэннер уныло думал о там, сколько энергии они теряют в итоге.

— Если даже следовать прямиком на Девятый, — вслух размышлял он, — то у нас останется семьдесят процентов. А с посадкой на Ио — и вовсе пятьдесят от первоначального запаса. И неизвестно, сможем ли мы взлететь еще раз.

— Нам нужно взять Саммерса, — сказал Лакки. — Вы прекрасно знаете это.

На экране уже раздувался Ио. Лакки задумчиво смотрел на спутник.

— Ты знаешь, Бигмен, я не вполне уверен, что мы сможем найти его.

— Так я и поверил, что за ним могут прилететь сирианцы!

— Нет, но ведь Ио не настолько мал, чтобы на нем нельзя было затеряться. Если Саммерс куда-то ушел, нам не отыскать парня. Но, скорее всего, он остался на месте, не утруждая себя перетаскиванием запасов воздуха, пищи и воды. Тем более, что наше возвращение исключено.

— Давно нужно было догадаться, Лакки, что у Саммерса рыльце в пушку. Ты забыл, что ли, как он пытался убить тебя? С чего бы это? Перед сирианцами выслуживался — вот с чего!

— Ты, конечно, прав, Бигмен, но вспомни, кого мы искали. Шпиона! А Саммерс не мог им быть по двум причинам. Во-первых, он не имел доступа к интересующей сирианцев информации. Во-вторых, потому что выяснилось: шпион — робот. Лягушка же обнаружила у Саммерса эмоции. Разумеется, это не помешало ему стать предателем. Я должен был вовремя раскусить негодяя, но моя голова была занята другим. — Лакки опустил глаза и продолжил. — Тот случай, когда разгадка разочаровывает. Если бы Саммерс использовал в качестве прикрытия кого угодно, кроме Норрича, — мы бы обнаружили робота. Вся беда в том, что Норрич — единственный человек, у которого могли быть вполне невинные мотивы для содействия Саммерсу. Мы ведь знаем, что они дружили. Кроме того, Норрич — слепой, какой с него спрос, откуда ему знать, что Саммерс не вернулся.

— Вспомним также, что он проявил эмоции, — важно заметил Бигмен. — И потому совершенно не может быть роботом.

— Абсолютно с тобой согласен! — кивнул Лакки, нахмурился и надолго умолк.

Садились почти на метки оставленные недавним взлетом. Точки и расплывчатые тени, по мере снижения корабля, превращались в зачехленное оборудование. Лакки, глядя на экран, внимательно изучал поверхность Ио.

— Разве у нас были камеры вот здесь, слева, внизу?

— Нет.

— Посмотрите, одна камера установлена за скалами… У вас есть список неподотчетных материалов? — Донахью протянул список. — Так… Я и Бигмен отправляемся за Саммерсом. Не думаю, что нам понадобится помощь.

Солнце стояло за спиной, высоко в небе, и они шли по собственным теням.

— Он, конечно, заметил корабль, — сказал Лакки. — Если не спал.

— Или не ушел.