Избранное. Том второй - Зот Корнилович Тоболкин

Демид. Воевать рвётесь... На земле-то кому хозяйничать? Страда на носу.

Бурмин. Самая главная страда там.

Демид. Нет, друг, без провианта не навоюешь. А чтобы провиант был – землю обихоживать надо. Это, может, потрудней, чем из винтовки палить.

Тоня(поёт). А завтра рано, чуть свето-оче-ек, заплачет вся моя семья...

Фёдор. Лучше бы про любовь спела. Чего тоску наводить?

Ждан(матери). Вытри слёзы, всё будет, как надо.

Анна. Глаза дымом ест.

Тимофей. Дым-то откуда? Дыма вроде и нет совсем.

Семён Саввич. Дым с войны. Тот дым самый едучий.

Демид. Ну, сынки, подымем последнюю!

Тоня. Уже?! (Кинулась к Фёдору.)

Выпили, вышли из-за стола, надели заплечные мешки.

Мгновение посидев, встали. Кирилл и Фёдор прошли под навес.

Кирилл. Да, брат, не довёл ты свою машину. С крыльями, значит?

Фёдор. Ага. С крыльями. Чтобы летала, плавала и по земле бегала.

Кирилл. Если выживем – доведёшь. Хочу, чтобы ты выжил. Такие, как ты, нужны... нужны.

Фёдор. Ну, заныл! На тебя не похоже.

Кирилл. Стешка весь настрой сбила.

Тоня(подошла к ним). Что же вы? Там подводу пригнали... Ждут.

Кирилл. Сейчас. (Выходит.)

Тоня(удерживая Фёдора). Погоди... Ох, сердце зашлось! (Взяла руку парня.) Слышишь, как колотится?

Фёдор(порываясь отнять руку). Тоня... Тонь! Это нельзя. Ждан... и это... Ну, в общем, нельзя.

Тоня. Мучишь ты меня, Федя. А за что мучишь, небось и самому непонятно. Разве не видишь, что люблю?

Фёдор. Я ведь и поверить могу, Антонина! Я могу...

Тоня. И верь, верь! Я... кроме... ничего не желаю.

Фёдор. У меня шарики за ролики... всё помутилось, Тоня. Так не бывает! Скажи, так не бывает?

Тоня. Не было, пока нас не было. Мы появились – и есть. Возьми. Это тебе. (Достала из рукава вышитый платочек.) На память.

Фёдор(возвращая платок). Ну, хватит, хватит! Меня ждут.

Тоня. Ты прочитай... всё прочитай!

Фёдор. «Кого люблю, тому дарю». На чужое не зарюсь. Вручи адресату!

Тоня. Читай же! Поди, грамотный?

Фёдор. «Милому Фед... еньке». Тонь, это правда? Нет, честно: правда?

Тоня. Глупый! Какой ты глупый! Глупей не бывает.

Фёдор. Погоди... А Данька? Данька-то брат мой! Как быть с ним, Тоня?

Тоня. Что, что брат? Я ему не залётка... не целовала ни разу. Так гуляла... чтобы к тебе быть ближе. (Вскинула руки на плечи.) Феденька!

Фёдор. Тонь, не балуй... не балуй! (А сам тянется, тянется к ней.)

Тоня. Молчи, молчи! Люблю! Погибла...

Фёдор. Ах ты, пичуга! Как же нам быть-то?

Тоня. Никак. Люблю. Ждать буду.

Фёдор. Не надо, лапушка, словом не вяжись. Вдруг погибну?

Тоня. Выживешь! Выживешь! Я так хочу!

Фёдор(признаваясь). Знаешь, я ждал этого дня... Ждал хоть не верил, что такое может случиться. А вот случилось, и я растерялся. Какой день! Едва наступил – и уже кончился. Хоть бы часок побыть вместе! Хоть бы один часок! У нас и минуты не осталось!

Тоня. Как же не осталось? Вся жизнь впереди! Ну, поцелуй меня на прощание!

Целуются. Подошёл Ждан.

Фёдор(покаянно и счастливо, брату). Видишь, как вышло, Даня? Совсем плохо вышло. То есть замечательно, но не побратски... Да! Братишка мой дорогой! Как же всё разъяснить? Ну, пойми, такое и во сне не приснится! Раз в жизни такое бывает. Да!

Ждан. Не надо объяснять... не надо. Я всё понимаю. Всё!

Демид(с улицы). Фёдор! Ждан! Заблудились вы, что ли!

Фёдор. Похоже, что заблудились... похоже.

Ждан(мучительно, мужественно). Зовут... иди на голос.

Фёдор. Я бы всё для тебя сделал! Я бы жизнь за тебя отдал, Даня! Две жизни, десять! Ну, веришь!

Ждан. Ничего, братан, ничего. Всё правильно.

Братья бросаются друг к другу в объятия. Ждан убегает.